Двойная ложь - Джей Ти Эллисон

– Хорошо. Я этим займусь. Но самая интересная ситуация в Сети. Больше всего о Саттон пишет блогер по имени Колин Уайлд. Он делает репортажи о писателях и издателях в стиле желтой прессы. Всякая ерунда, раздутые на пустом месте скандалы. Я и не думала, что писателям уделяют столько внимания. Его читательская аудитория довольно велика, так что он в состоянии создавать людям проблемы.

– Он может иметь отношение к нашему делу? Например, попытаться создать новость для блога?

– Не исключено, хотя переход к насилию – серьезный шаг. Мне он показался говнюком, но не тем, у кого хватит смелости предпринять что-то серьезное, если вы понимаете, о чем я.

– Займись им.

– Я прочитала ответ Саттон на обвинения в Сети, и мне она не показалась истеричной. Скорее, довольно хладнокровной. Прагматичной, вот верное слово. Она очень четко строит фразы.

– Может, ответ подготовили пиарщики?

– Да, наверное. Надо найти этого Уайлда. Пока что у меня нет никаких данных о нем, помимо абонентского ящика. Я как раз собиралась утром этим заняться. Ну вот, теперь вы все знаете.

– Держи меня в курсе. И кстати, Грэм, ты отлично справляешься. Если дело примет серьезный оборот, я поставлю тебя в пару с каким-нибудь детективом и дам больше людей в помощь.

Она, немного покраснев от похвалы, закончила разговор, надеясь, что произвела хорошее впечатление, и радуясь, что получила возможность поработать с человеком, который не оставит без внимания ни одной пылинки.

Она взяла блокнот и набрала первый номер из списка – Айви Брукс. Та ответила после первого же гудка.

– Вы нашли ее?

– Нет еще, мэм. Мы договаривались пообщаться позже, но не могла бы я заехать к вам прямо сейчас? Мне нужно прояснить несколько вопросов.

– Конечно, я готова поговорить. Всем известно, каково иметь дело с группой женщин, – никогда не получишь того, что надо. Но не могли бы вы дать мне час? Вот-вот откроется биржа, и мне нужно сделать несколько звонков, пока ситуация не накалилась.

– Конечно. До встречи.

Она завершила звонок и набрала следующий номер. Филлис Вудсон. Итан называл ее Филли. Она оказалась более сговорчивой.

– О да, конечно, приезжайте.

У Холли возникло чувство, что Филлис хочет выговориться, и она обещала быть через полчаса. Может, дело наконец сдвинется с мертвой точки и уже сегодня все разрешится.

Две из четырех – хорошее начало. Было почти семь утра. После бесед она все еще раз проанализирует.

Холли быстро выпила кофе, повесила на бедро оружие, положила блокнот в карман и пошла к машине.

Прежней жизни конец

Опьяненный словами, творчеством, самой возможностью высказать мысли, столько месяцев запертые в голове, Итан дошел до кухни, заварил чай и включил телевизор. Ошибка. С экрана на него смотрело лицо Саттон. А под ним бежала строка: «Вы видели эту женщину?»

Итан прибавил громкость. Попытался высчитать, какой сегодня день. Четверг? Нет, только среда.

«Пропала местная писательница Саттон Монклер, полиция Франклина не строит предположений о причинах ее исчезновения, но наш источник из команды, занимающейся расследованием, говорит, что под подозрением ее муж, Итан Монклер…»

Он выключил телевизор. Не было необходимости слушать, что говорят люди, Итан и так чувствовал их настоящее отношение. Все считали, что он что-то сделал с женой.

Ему и самому пришлось признать, что выглядит все именно так.

Не обращая внимания на бурлящую внутри эйфорию, он быстро приготовил завтрак. Итан проголодался, и просто хлопьев было мало. Замороженная овсянка с добавлением орехов, семечек и изюма, апельсиновый сок, чай. Итан съел все это, намеренно игнорируя, что вместе со словами вернулся и аппетит.

Слова.

Они были хороши, Итан в этом не сомневался. Он расправлялся со своими текстами как самый суровый критик (как и большинство писателей), но этот получился невероятным. Насыщенный, лиричный, бьющий прямо в сердце. Билл будет в восторге. Издатель будет в восторге. Саттон…

И вся радость тут же пропала. Саттон не будет в восторге, потому что невозможно показать ей текст.

Овсянка легла в желудке каменной глыбой.

«Стряхни с себя это», – требовал разум.

«До чего же ты мерзок», – отозвалась тень жены.

Зазвонил телефон. Утренний раунд обсуждения в прессе набирал обороты. Итан видел, как снаружи передвигаются репортеры, слышал крики и призывы.

Пришло текстовое сообщение от Робинсона.

«Вижу, вокруг еще полно прессы. Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Возможно, стоит сделать заявление. Чтобы они отстали».

Шанс наладить жизнь. Шанс обрести немного свободы. Итан немедленно ответил:

«Обязательно. Скажи, что им говорить, и я повторю».

«Буду через три минуты. У задней двери».

* * *

Конечно все пошло наперекосяк. Как же иначе. Итан выглядел в камере ужасно по куче причин.

Робинсон любил подчеркивать тему семьи. Он хотел, чтобы Итан сыграл на этом, а это значит, придется упоминать Дэшила. Робинсон требовал, чтобы Итан говорил о своем браке, как они с женой были счастливы, как старались пережить смерть сына и многого достигли.

Итан воспротивился. Отказался наотрез. Ему хотелось лишь умолять о благополучном возвращении Саттон. Они спорили минут десять, а потом Итан просто закончил разговор, подойдя к входной двери. Распахнул ее и стал ждать, когда начнется безумие.

* * *

На телефоне Холли появилось уведомление от новостного канала. Она открыла приложение и с удивлением обнаружила пресс-конференцию. Итан Монклер выглядел так, будто провел три дня в запое. Небритый, волосы всклокочены. Но его глаза блестели, и свет множества направленных на него камер это уловил. В результате вид у него оказался слегка демоническим и определенно неопрятным. Дорогая входная дверь осталась открытой. В тени прихожей хмурился Джоэл Робинсон.

Холли прибавила громкость.

– Благодарю всех за внимание к исчезновению моей жены Саттон Монклер. На данный момент мы не знаем о ее местонахождении и очень хотим, чтобы она вернулась домой. Саттон, дорогая, если ты смотришь, пожалуйста, позвони мне. Я очень за тебя волнуюсь. А что касается вас, – он указал на собравшихся журналистов, вслушивающихся в каждое его слово, – вместо того чтобы слоняться здесь и досаждать мне, почему бы вам не использовать свои ресурсы для поиска моей жены? Пожалуйста, поступите правильно. Помогите мне вернуть ее. Вот и все, что я хотел сказать.

И дверь закрылась.

На мгновение установилась тишина, а потом началась суета. Холли слышала какофонию голосов.

С широкой пластмассовой улыбкой репортер повернулся к камере.

– Ну вот, Итан Монклер в своем репертуаре пытается отвадить прессу. Его поведение, несомненно, всех только распалит.

* * *

Итан сжал голову руками. Ему было стыдно за себя. От него