Последний писк модницы - Дарья Александровна Калинина

сделает, то платье отправится к своей первой и последней хозяйке!

И Фима так разволновалась, что у нее даже слезы из глаз брызнули.

– Мы должны помешать Ольге! Должны остановить ее прежде, чем платье будет дошито! Как только она его дошьет, умрет новая жертва! Скорее, скорей поехали к Ольге!

– Если бы знать, где она прячется.

– Как это где?! – закричала Фима. – У своей тетки!

Арсений выпучил на нее глаза.

– Ты что же? Все это время знала, где скрывается наша подозреваемая?

Фима даже не стала ему отвечать. И так было ясно: что бы она ни сказала в свое оправдание, очередного выговора ей не избежать.

Так и случилось. Вместо награды и похвалы Фима всю дорогу вынуждена была слушать, какая она непослушная девочка и как строго будет однажды наказана за это.

Глава 9

Домик тетушки Ольги находился в пригороде, расположенном так удобно, что на служебной машине туда удалось добраться меньше чем за час.

Ни сама Ольга, ни ее тетушка не ожидали появления гостей. И первое время лишь растерянно хлопали глазами, явно не понимая, чем удостоились такой чести.

– У вас должно иметься бальное платье из красного бархата! Предъявите его нам.

Ольга не стала отнекиваться и возражать, она тут же откинула занавеску, за которой на импровизированном манекене находилось то самое платье из темно-красного бархата. В складках прятались густые тени, а по золотому кружеву бегали отблески света. Платье было идеально. И оно все еще было тут.

– Как раз сегодня вечером собиралась отвезти заказ клиенту.

– С вами поедет наш человек.

– Зачем? Я и сама справлюсь. Первый раз, что ли?

– То есть вы признаетесь, что и раньше шили для этого клиента платья?

– Да. Конечно.

– Посмотрите, возможно, вы узнаете свою работу.

И перед Ольгой оказались фотографии нарядов, снятых с жертв Стилиста.

– Ну как? Узнаете?

– Это моя работа.

Ольга даже бровью не повела. Ничем не показала, что ей страшно или что она нервничает. Смотрела на полицию с немым вопросом в глазах, ожидая, когда же они приступят к истинной цели своего визита. Ей и в голову не приходило, что цель визита как раз и висит сейчас на самодельных плечиках у нее за спиной.

– Работа очень искусная. Вы умеете хорошо шить? Вы же библиотекарь, если я не ошибаюсь.

– Имею первую специальность – швея по пошиву театральных костюмов. Много лет работала в театральной мастерской. Мной там были очень довольны, неоднократно премировали и награждали. К сожалению, из-за травмы шейного отдела позвоночника, которую я получила во время подъема на гору, я какое-то время была вынуждена провести на больничном, и место мое уплыло. После выздоровления такой же творческой работы мне найти не удалось, а работать на производстве мне было скучно, да и много времени проводить в одной позе я после болезни все равно не могла: сказывались последствия травмы. Выходом для меня стала работа в школе. Анна Семеновна была так добра, что замолвила за меня словечко перед директором. И меня взяли на работу учителем технологии. Я учила ребят шить. И многие под моим руководством научились вполне прилично строчить.

– Вы же библиотекарь!

– Должность учителя технологии я замещала, когда вышла из декрета основная учительница, меня должны были сократить. Но Анна Семеновна второй раз меня выручила, и я стала выдавать деткам книжки.

– А как же те платья, которые вы снова стали шить?

– Ну, мои навыки швеи никуда не делись, не в основную силу, а в охотку работать я все еще могу. Анна Семеновна продолжила оказывать мне покровительство. И я время от времени получала от нее заказы, за которые она мне очень щедро платила.

Ольга произнесла имя своей благодетельницы, ничуть не смущаясь тем, что выдает ее с головой.

– Значит, заказы на пошив платьев вам поступали от Анны Семеновны?

– От разных людей. Мерки всякий раз отличались.

– Но передавала для вас заказы именно Анна Семеновна?

– Да. Она передавала мне ткань и мерки, она же передавала мне очередной эскиз…

На этом месте Ольга внезапно запнулась, и это не укрылось от чуткого уха сыщиков.

– Что с эскизом было не так?

– Все так. Хорошие эскизы, с ними легко было работать. Я прекрасно понимала, чего хочет от меня заказчик. Вот только… Дело в том, что заказы поступали мне для разных женщин, это можно было понять по различным меркам. Длина руки, объем груди, ширина плеч – все это раз от раза отличалось. Но если бы даже размеры были одинаковы, я бы все равно поняла, что заказчицы у меня разные. Это становилось понятным по тем образам, которые воплощались в платьях. Они никак не могли годиться для одной и той же женщины.

– И что тут странного?

– Может, ничего. Но при всем при этом все переданные мне эскизы были нарисованы всегда одним и тем же художником.

Фима отметила это немаловажное, на ее взгляд, обстоятельство. А вот полицейские как-то небрежно отнеслись к словам Ольги. Их куда больше волновало, точно ли Ольга получала заказы на шитье платьев исключительно от Анны Семеновны. И когда Ольга это подтвердила, на лицах полицейских появилось выражение такой чистой и незамутненной радости, что даже Ольга поняла: дело для нее оборачивается очень плохо.

Она насторожилась:

– Постойте, а почему фотографии моих работ оказались у вас в полиции? Что случилось?

Никто ей не ответил, и она продолжала настаивать:

– Может, и сами платья тоже находятся у вас?

– У нас, у нас, все у нас.

– Но как они у вас оказались?

– Об этом мы с вами поговорим в другой раз. Лучше снова взгляните на фотографии с платьями и скажите, все ли из них вышли из ваших рук?

Ольга посмотрела и вновь подтвердила. Итак, все пять платьев, которые Стилист «дарил» своим жертвам, были пошиты Ольгой. Шестое платье пока что только дожидалось своей клиентки.

– Может, были и еще какие-нибудь наряды, которые вы шили для Анны Семеновны?

– Да! Много!

Полицейские переглянулись. На лицах теперь читалось смятение. Много платьев, много жертв Стилиста. И скольких же несчастных, убитых этим изувером девушек им еще предстоит найти?

Между тем Ольга принялась перечислять, загибая пальцы:

– Я сшила для Анны Семеновны домашний халат, который ей понравился. Потом блузку и юбку. И уже затем она заказала мне брючный костюм и сказала, что доверяет моему чутью, чтобы я сама придумала фасон. Наверное, я ей угодила, потому что она вот уже второй год неизменно надевает этот костюм на День учителя, и, когда ей случается отправиться на совещание в администрацию, она тоже идет в нем. На торжественный случай лучше наряда не придумаешь. Анна Семеновна в нем выглядит так, словно уже стала директором.

– Что-нибудь еще?

– Еще я сшила для нее вечернее платье.

– Тоже из принесенной неизвестно откуда материи?

– Нет, материю для платья мы покупали вместе с Анной Семеновной в Доме тканей. Она хотела чистый кашемир, я уговорила выбрать кашемировую ткань с примесью синтетики. Чистая шерсть очень легко мнется, да и садится, хлопот с ней потом не оберешься.

– А эскиз платья?

– Эскиза не было. Подходящий ей образ мы выбрали по фотографиям из стильных журналов, которые нашли в интернете. Потом я сделала выкройку и уже по ней сшила. Это платье Анне Семеновне тоже пришлось по вкусу, она надевала его на новогодние праздники и на свой день рождения, который тоже приходится на зиму: он у нее в январе.

– Наверное, не обошлось и без примерок?

– А как же без них? Конечно, примеряли, поправляли, хоть платье, хоть костюм, они должны сидеть идеально.

Следователь постучал пальцем по фотографиям с нарядами от Стилиста и спросил:

– А в этих случаях примерки тоже были?

– Нет! – воскликнула Ольга. – Знаете, нет! И это тоже было весьма странно! Я говорила Анне Семеновне, что так нельзя, что это неправильно и платье без примерки никогда не сядет так, как нужно. Платье вернут, и мне придется все распарывать и заново перешивать. Но она меня заверила, что проблем не будет. И точно, ни разу к моей работе нареканий не возникало.

Ну еще бы! Покойницам