Сэйси Ёкомидзо - Бал-маскарад

Конечно, инспектор Тодороку не мог знать таких интимных подробностей жизни Тэцуо Сакураи, однако он располагал информацией, что среди профессионалок «веселых кварталов» Гиндзы и Акасаки он имел репутацию отъявленного повесы.

– Ей вчера весь вечер пришлось провести одной.

– Но она уже не ребенок. И потом, ведь есть же прислуга.

– А ее служанка, Эйко-тян, вчера была на танцах О-Бон. Поэтому…

– О, оку-сан знает нашу Эйко?

– Так это я вам ее порекомендовала. Наша прислуга, Рики, из Каруидзавы. Мне без прислуги было довольно тяжело, и один из моих знакомых нашел мне Рики. А я через Рики нашла вам Эйко.

– Спасибо вам за заботу. – И Тэцуо в знак благодарности склонил голову. – И эта Эйко ушла на танцы О-Бон?

– Она ведь местная девушка, а танцы О-Бон бывают только раз в году. Они сговорились с нашей Рики, что пойдут вместе. Когда я сегодня утром разговаривала с Мися-тян по телефону, она тоже жаловалась, что ей было грустно и одиноко.

– Получается, что скорее нужно пожалеть Мися, а не Хироко.

Водитель такси продолжал, не переставая, рассказывать инспектору Тодороку о вчерашнем тайфуне, и тому стоило больших усилий прислушиваться к беседе на заднем сиденье и стараться кое-что запомнить.

– Вообще-то, оку-сан, есть причина, из-за которой я приехал сюда на день позже, – сказал Тэцуо беззаботным тоном.

– Что вы имеете в виду?

– Дело в том, что завтра начинается турнир по гольфу, который спонсирует наш отец. Чтобы принять в нем участие, я обязательно должен на один день задержаться здесь. Я ведь служащий, поэтому просто так взять лишний день не могу. Турнир по гольфу проводится уже третий год и начинается пятнадцатого августа.

Появившаяся было на лице Ясуко улыбка застыла. В прошлом году в это время погиб при невыясненных обстоятельствах Ясухиса Фуэкодзи. Помнит ли это Тэцуо? Она сидела в полной растерянности, ждала, что Тэцуо начнет выражать соболезнования. Этого не произошло, и она перевела разговор на другую тему:

– Вы заговорили о гольфе, и я сразу вспомнила о Кадзухико Мураками.

– А…

Беседа принимала неожиданный оборот. Тэцуо, которому не хотелось говорить о своих отношениях с женой, облегченно вздохнул, но на лице осталось подозрительное выражение.

– Асука-сама проявляет о нем чрезвычайную заботу, – продолжила Ясуко.

– Я к нему испытываю ревность.

– Это почему же?

– Моя жена без ума от него. Только и слышу: Кадзухико-сан, Кадзухико-сан. Мне ее порой не сразу удается убедить в своей правоте, зато она соглашается со всем, что говорит Кадзухико.

Тэцуо не мог понять истинного отношения Ясуко к Кадзухико, поэтому шутил и посмеивался.

– Неужели?

– Нет, оку-сан, если говорить правду, то именно Кадзухико был для нас богом любви.

– Что вы имеете в виду?

– Когда я влюбился в Хироко и начал за ней ухаживать, у меня было много соперников. Она была красивая.

– Она и сейчас красивая.

– Как вам сказать? Недоступный цветок на вершине горы стал моей собственностью. – Тэцуо хихикнул. – Если отбросить шутки, то мне надо было избавиться от конкурентов и выйти победителем. Я изобретал для этого различные уловки, и мне пришло в голову использовать Кадзухико, которого Хироко любила как младшего брата. Как я узнал позже, его пытались переманить на свою сторону многие мои соперники, но по какой-то причине он выбрал меня. Он помогал устраивать встречи, давал мне нужные советы, и я завоевал любовь Хироко. – Тэцуо снова захихикал. – Хороший парень этот Кадзухико!

Каким бы беззаботным ни выглядело в зеркале заднего вида лицо Тэцуо, инспектор Тодороку начал сомневаться в том, достоверны ли слухи о его репутации самого известного плейбоя в районе Гиндза-Акасака. И что же представляет собой Кадзухико? Тодороку продолжал внимательно слушать беседу пассажиров на заднем сиденье, разговаривая по-прежнему с водителем.

– Извините меня. Я уже надоел вам рассказами о своем романе с женой. Так что там с Кадзухико?

– В прошлом году Мися захотелось научиться играть в гольф, и она попросила кого-то из участников соревнования отвести ее в гольф-клуб. Как раз в это время в клуб пришли Асука-сама и Кадзухико, и Мися вдруг взбрело в голову попроситься пройти с ними по всему полю. Асука-сама, рассмеявшись, согласился. Мися мне рассказывала, что он очень о ней тогда заботился.

– Кадзухико может стать хорошим тренером. Он ведь спортсмен и к тому же хороший парень, – сказал Тэцуо со смешком.

– Да, он показывал ей, как надо бить по мячу, отвез на машине домой, разумеется, по указанию Асука-сама. Осенью прошлого года на концерте я встретила Асука-сама, вместе с ним был Кадзухико. Он произвел на меня впечатление очень вежливого и учтивого молодого человека, что редко можно встретить среди нынешних молодых людей. Поэтому я и спросила…

Тэцуо после некоторого молчания сказал:

– По-моему, нет причины скрывать историю происхождения Кадзухико. Вы, оку-сан, помните тридцать шестой год, когда героической смертью погиб дед Хироко?

Ясуко судорожно вздохнула, как будто у нее перехватило дыхание. Инспектор Тодороку еще внимательнее стал вслушиваться в разговор, не забывая кивать водителю.

– В то время у князя Асука работал некто Татикана Мураками… В тот вечер, когда восставшие офицеры ворвались в резиденцию Асука, Мураками бросился спасать деда и пал первой жертвой. Затем они убили и деда.

– Да, я знаю. А при чем тут Кадзухико?

– Он сын Татикана Мураками и родился уже после его смерти. В семье Асука в то время была очень красивая служанка по имени Сидзу, она и родила Кадзухико. Он никогда не видел своего отца.

– А что произошло с его матерью?

– Сидзу умерла, когда Кадзухико было пять или шесть лет, и супруги Асука, пожалев ребенка, взяли его в семью и воспитывали как сына вместе с Хироко и своим родным сыном Хироясу, который сейчас в Англии.

– Да, это можно понять. Поэтому он и называет Асука-сама дядей.

– Он очень уважает Асука-сама. Попробуйте-ка сказать что-нибудь плохое при нем о нашем отце! Кадзухико разъярится. А если при этом будет еще и Акияма, так они просто голову кому угодно оторвут.

– А, этот Акияма-сан…

Похоже, что Ясуко хотела что-то спросить об Акияма, но то ли ей стало неудобно слишком подробно расспрашивать, то ли она решила разузнать о Тадахиро, раз уж речь зашла о нем.

– Асука-сама, как видно, имеет много почитателей?

– Я сам один из них. У отца в характере много противоречий, и в этом заключается его привлекательность. Самая хорошая черта его характера – великодушие. Я сам, да и другие слишком часто этим пользуемся. – Тэцуо рассмеялся.

Хотя слова Тэцуо и сопровождались смехом, наблюдая за выражением его лица в зеркале заднего вида, инспектор Тодороку заметил, как по лицу молодого человека пробежала тень раскаяния.

Расстояние между станцией Наганохара и Каруидзавой довольно большое, к тому же полиция перекрыла дорогу минут на двадцать в связи с дорожным происшествием: управляемая каким-то безрассудным молодым человеком взятая напрокат машина врезалась в придорожное дерево, в результате два человека погибли, а третий находился в тяжелом состоянии. Поэтому только в половине четвертого такси въехало в Нака-Каруидзаву.

За два часа инспектор Тодороку смог узнать много нового. Когда зашел разговор о Такудзо Акияма, инспектору стали понятны его отношения с Тадахиро Асука, и он убедился, что Акияма пойдет за Тадахиро в огонь и в воду. Ему стало известно, что детектив Кондо из полицейского управления Каруидзавы убежден в том, что автомашина, которая насмерть сбила Кэндзо Акуцу, имела белый номер. Инспектор Тодороку с трудом сдерживал возбуждение от обилия полученной информации.

От Нака-Каруидзавы машина быстро доехала до въезда в район Минамихара и, высадив инспектора Тодороку, свернула с государственной дороги № 18 и помчалась по направлению к Старой дороге мимо подножия горы Ханарэяма и кемпинга «Белая береза». Когда машина проезжала мимо кемпинга, Ясуко отвернулась, видимо не желая вспоминать события прошлого года.

При въезде на Старую дорогу им попалась навстречу полицейская машина, в которой ехали Коскэ Киндаити, помощник инспектора Хибия и детектив Кондо, однако они проехали мимо, не заметив друг друга.

Вилла Тэцуо Сакураи находилась несколько в стороне от оживленной Старой дороги, недалеко от отеля «Такахара», в аристократическом районе с великолепными аллеями японских пихт. Из-за деревьев проглядывали современные здания, построенные в стиле бунгало. Пять или шесть берез перед виллой были повалены в разные стороны, но территорию уже привели в порядок.

Ясуко хотела выйти из машины, чтобы поздороваться с Хироко, но та в это время принимала ванну. Тэцуо предложил проводить Ясуко до дома, но Ясуко попросила не беспокоиться и согласилась только воспользоваться машиной. Недалеко от своей виллы, сквозь густые ветви наклонившихся дубов, она заметила мужчину, который пробирался к ее дому, но, увидев машину, резко повернул в обратном направлении, поспешно полез в гору и скрылся за большой скалой.