Наталья Баклина - Муж на час

— Медитировала, — легко улыбнулась Варвара.

— Здесь?

— Нет, за городом. И мне открылось, что меня держит и что мешает дальнейшему духовному росту. И поэтому я ждала тебя, Люда.

Варвара держалась так безмятежно, что Людмила поняла — золовка её не при чём. Она и сама вдруг успокоилась и принялась наблюдать, как раскрывается в кипятке чайный шарик. Он уже почти превратился в лохматый, похожий на хризантему, цветок. Листья в середине пока оставались сомкнутыми.

— Варь, а какая связь между мной и твоим духовным ростом?

— Я должна попросить у тебя прощение. Прости меня, Люда.

— А за что?

— За мою гордыню и моё к тебе отношение.

Бутон в чайнике раскрылся полностью и выпустил несколько мелких жёлтых цветочков. Настой приобрёл приятный жёлто-зелёный оттенок. Варвара разлила его по чашечкам, снова залила бутон кипятком и продолжала:

— Знаешь, я ведь всегда считала тебя глупой клушей, которая позволяет себя использовать. Я презирала тебя за то, что ты стала тенью Аркадия, что ты терпишь его дурной характер, потакаешь его бзикам. Меня раздражала эта твоя готовность раствориться и уйти в тень. Я считала, что ты — пример того, какой не должна быть свободная, ищущая, развивающаяся личность. Такой личностью я считала себя, — Варвара сделала глоток чая. Людмила тоже. Чай тонко пах лепестками. — Прости меня за эти мысли.

— Варь, ну что ты, о чём речь, — сказала Людмила, чувствуя, что слова Варвары её ничуть не задели. «Клуша… Наверное, клуша и есть, действительно ведь, приспособилась к истерикам Аркадия. Другая бы, наверное, в ответ тоже истерики закатывала. Хотя смысла нет с ним ругаться. Если не реагировать, он быстрее успокаивается».

— Знаешь, я на последних медитациях очень чётко поняла одну вещь. Я не тебя презирала — я маму презирала, — продолжала Варвара.

— Варь, да что ты такое говоришь! — поставила чашку на стол Людмила.

— Да, правда. Я вдруг поняла, что ты чем-то похожа на нашу маму. Спокойствием своим, умением ладить с людьми. Она всегда удивительным образом умела гасить конфликты. И, наверное, только с таким характером, как у неё, можно было прожить с нашим отцом. Жаль, что Аркашка перенял энергетику отца, а не мамы. Иногда мне даже кажется, что отец, когда умер, частично в Аркашку переселился. Кажется, эти приступы крикливости у него как раз после смерти отца стали появляться…

— Варь, ты меня пугаешь… У меня от твоих сравнений просто мороз по коже!

— Значит, душа узнала правду, откликнулась, — улыбнулась Варвара. — В общем, я поняла, что презирала маму, а значит — и себя тоже. И никакого настоящего духовного роста у меня не было, а было желание убежать от себя. И любить я никого не хотела по-настоящему, мужчину в свою жизнь не впускала из страха, что он подчинит меня и сделает своей тенью.

Варвара посмотрела на Игоря, который уже ёрзал от неловкости. Тема разговора его напрягала.

— Дамы, вы не будете возражать, если я выйду покурить? — спросил он, улучив момент.

— Да, можно на балконе, — кивнула Варвара в сторону портьер. Игорь поднялся и скрылся за золотистыми занавесями.

— А теперь, Варя? Теперь ты так не думаешь? — продолжала Людмила.

— А теперь я поняла, что жизни надо доверять. Что она пошлёт мне именно того мужчину, который станет моим учителем. И что стремление к духовности на фоне презрения материальных задач — на самом деле страх и бегство. Понимаешь? Страх и бегство, а вовсе никакое не совершенствование.

— Понимаю, — на всякий случай согласилась Людмила, хотя не очень-то и поняла. Но почувствовала. Та Варвара, что сидела напротив, напоминала прежнюю Варвару не более, чем свежий цветок напоминает своего собрата из гербария. С неё будто пыль стёрли, как со старого витража, и оказалось, что стёклышки, чей цвет раньше едва угадывался, способны заиграть яркими солнечными красками. — Ты влюбилась, да?

— Это заметно? — Варвара посмотрела на неё сияющим взглядом.

— Ты расцвела. Кто он?

— Его зовут Дмитрий. Он вёл наш семинар. У нас с ним кармическая связь.

«Надеюсь, от этой связи у меня со временем появятся племянники» — улыбнулась своим мыслям Людмила. А вслух сказала.

— Я рада за тебя.

— А я — за тебя. Очень хороший мужчина. Твой.

— Ты о ком? — смутилась Людмила.

— Об Игоре. Это твой мужчина.

— Варя, ну что ты такое говоришь. Он просто мой друг, он мне помогает. Аркадий, как всегда, уехал по делам, а на меня куча неприятностей навалилась, и если бы не Игорь, не знаю, как бы я с ними справилась.

— Люд, а ты никогда не думала, зачем в твоей жизни появился Аркадий?

— Что значит — зачем? Странный разговор у нас с тобой получается…

— Подумай, пойми и отпусти его. Я вижу, что уже пора.

— Что пора? Идти пора? — выглянул с балкона Игорь. — Люд, может быть, и вправду поедем уже? А то скоро пробки начнутся — не протолкнёмся.

— Да, да, пойдём, — Людмила переменила позу и ойкнула, потревожив больную ногу.

— Давай, я всё-таки посмотрю, — опять предложила Варвара. — Я отсорожно.

— Посмотри, — решилась Людмила.

Варвара аккуратно потрогала щиколотку под повязкой, потом положила ладони, зажав между ними травмированное место, и затихла с закрытыми глазами. По ноге пошло тепло и покалывания. Потом Людмила почувствовала, как будто между ладонями Варвары завертелся шар, потом в середине ступни появилось какое-то тянущее ощущение, как будто изнутри вытекала тягучая жидкость. Почему-то увиделось, что — чёрная.

— Ф-фу, — Варвара выдохнула, открывая глаза и встряхивая кистями. — Ничего так тебя приложил кто-то. Ты ни с кем в последнее время не ругалась?

— Нет. — В ноге продолжалось покалывание, но уже с ментоловым холодком. Варвара тем временем поднялась, поставила на столик плоскую красную свечку.

— Игорь, вы не могли бы поджечь? Спасибо. Люд, кто-то из твоего близкого окружения очень зол на тебя. Так зол, что от души смерти пожелал. Правда, на тебе грязь не очень-то держится, но по щиколотку ты в землю провалилась.

— Варвара, вы сейчас говорите, как моя тётушка, которая решила, что на Людмилу порчу навели, — хмыкнул Игорь. — Хватит уже Людмилу пугать, с неё достаточно и вчерашнего происшествия.

— А что было вчера?

— А вчера кто-то, похожий на Людмилу, стукнул по голове одного уважаемого человека, а потом вызвал милицию, подгадав так, чтобы все подумали на неё. Мы решили, что это могли сделать вы.

— Игорь, перестань, пожалуйста. Это не Варвара. Пожалуйста, дай мне руку.

Игорь протянул руку, помогая Людмиле встать с подушки.

— Варенька, спасибо тебе за чай. Я очень рада, что в твоей жизни наступили хорошие перемены. Извини, что мы на тебя подумали.

— Да ну, глупости, — улыбнулась Варвара. — Я потом, попозже, посмотрю, может быть, пойму, кому ты дорожку перебежала. Игорь, рада знакомству. Заходите с Людой ко мне при случае. Я вас как-нибудь с Димой познакомлю. Мне кажется, мы сможем дружить.

До лифта, а потом до машины Людмила дошла, прихрамывая совсем чуть-чуть. Варварины процедуры, как ни странно помогли. Щиколотка уже не отзывалась на каждый шаг резким уколом, а лишь ныла тихонечко, напоминая, что её всё-таки пока стоит поберечь.

— Надо же, мне всегда казалось, что Варвара меня презирает. И, оказывается, я была права, — сказала Людмила, когда они уселись в машину. — Удивительные с ней случились превращения, просто удивительные. Совсем другой человек.

— А тебе не кажется, что она нам просто заморочила голову? — спросил Игорь задумчиво. — Устроила отвлекающий манёвр с чаепитием, напустила туману с этим своим прощением, просветлением и прочим сглазом.

— Зачем ей это?

— Поняла, что мы её вычислили, вот и стала выкручиваться.

— Нет, Игорь, нет, — покачала головой Людмила. — Она была предельно искренней, я это почувствовала. Она просто сияла вся, фальшивый человек так сиять не сможет. Нет, это не Варвара мною притворялась. И потом, подумай, откуда бы она узнала, что я собираюсь в этот день и в это время ко Льву Романычу, что я одета именно в такую блузку? Не сидела же она в засаде и не следила же за мной, чтобы всё узнать. Нет, это не она.

— Тогда кто-то с работы.

— Ага, бритый Миша в парике.

— Тогда остаётся только два варианта, — спокойно заключил Игорь. — Либо это всё-таки была ты…

— Игорь!

— Либо за тобой действительно следили и знали каждый твой шаг.

— Да кто мог следить? Кому я вообще интересна!

— Люд, а ты не думала о том, что у твоего мужа может быть любовница? Может быть, ты интересна ей?

Так, всё-таки он сказал это. Игорь посмотрел на Людмилу, наблюдая реакцию: глаза растерянные, взгляд вовнутрь, губы шевелятся, будто она что-то повторяет.

— Игорь, а другие версии есть? — она вынырнула из воспоминаний.