Цветет черемуха к разлуке - Наталья Вячеславовна Андреева

«Только пусть он в номер не входит, а не то скоро весь ваш персонал будет заблокирован в триста третьем». Ха-ха!

– Да, смешно. – Алексей невольно улыбнулся. Забавная ситуация. – А дальше что?

– У слесаря как раз был обед, и они там сидели вдвоем почти час! Ну что можно было сделать?

– А если бы в номере жила женщина? Пикантно вышло бы. Надеюсь, ваш охранник традиционной ориентации.

– Само собой.

– Гость жалобу написал?

– О! Это отдельная история! Потребовал жалобную книгу! Ну, какая сейчас жалобная книга?!

– У вас ее нет?

– Почему? Есть. Для почетных гостей. Автографы собираем. А из постояльцев ее никто не спрашивал, кроме того придурка из триста третьего… Ой, простите! – спохватилась она.

– Он действительно придурок. – Алексей подлил ей еще вина. – В интернете надо отзывы писать. Их точно читают.

– Да старпер потому что! Ой! – Девушка испуганно зажала ладошкой рот.

– Ничего, – улыбнулся Леонидов. – Я прекрасно понимаю свой статус и как выгляжу в ваших глазах. Но мысли у меня не грязные. Я просто пригласил вас на ужин, не имея в виду продолжения. Вы молодая девушка, я мужчина предпенсионного возраста, и между нами так мало общего.

– Ну, кому-то это не мешает, – усмехнулась Алина. – Разница в возрасте.

– На Машу намекаете?

– А то!

Она с азартом принялась за лосося, который подали одновременно с пельменями. Дичь Леонидов не вполне оценил – мясо и мясо, но в целом готовили здесь на уровне. К повару претензий не было. Разве что к счету. Потому что цены были тоже на уровне. На московском.

«Однако, – подумал Алексей, оплачивая чек. – Этак разориться можно! А ведь еще и Машу тут гулять».

Но сегодня он узнал много интересного и, похоже, нашел женщину, на которую запал Скворцов. Находилась она сейчас не в Казахстане, а здесь, в Иркутске, и это было здорово.

На ужин и разговор по душам ушло два с лишним часа. Для Иркутска время уже позднее, и Алексей настоятельно сказал:

– Вызови такси. Я оплачу.

После бутылки вина они как-то незаметно перешли на ты.

– Да я на автобус… – Девушка была пьяненькая.

– Не хочу никаких неприятностей. Вот посажу тебя в машину и успокоюсь.

– Прямо как мой папа, – не удержалась Алина. – Ты меня з-зачем пригласил-то в дорогой ресторан?

– Скрасить твои серые будни.

– У тебя получилось, – хихикнула она. – Так вкусно поела!

– Вот и замечательно.

– Нет, честно. – Алина расслабилась и все никак не хотела расставаться. Уже и разница в возрасте не была помехой. – Неохота уезжать. Давай к тебе, а? Мы п-просто поговорим…

– Тебе домой надо. Родители небось заждались.

– Ага… В следующий раз я их предупрежу… Дай свой номер телефона – вдруг я по дороге заблужусь? Ну и на будущее, – намекнула она.

Леонидов не стал отнекиваться, продиктовал номер, и девушка тут же позвонила.

– О’кей. Отобью эсэмэску, как только доеду.

Роман с администратором в планы Леонидова не входил – он здесь на работе, – но и обижать Алину не следовало. Чревато.

Обиженная женщина на многое способна: неприятности доставить, оболгать, сорвать деловую встречу. Поэтому Алексей как можно мягче сказал:

– Ты очень милая, но я безнадежно женат. Лучше обрати внимание на парня, который мне сегодня нахамил с риском потерять работу. Он к тебе явно неравнодушен.

– Мне-то что… Он всего лишь халдей.

– Жестоко.

Хорошо, что машина приехала быстро. Алексей оплатил заказ банковской картой, а в ресторане на всякий случай засветил наличные: небрежно открыл портмоне так, чтобы его содержимое увидел официант, и оставил щедрые чаевые.

Спать не хотелось. Леонидов все еще не мог перестроиться на местное время, поэтому решил прогуляться в парке-мемориале.

«Мне надо ехать на Байкал, – думал он, размеренно шагая к колоннаде. – След Скворцова обрывается в Листвянке. Завтра Маша вряд ли будет дежурить на завтраке, и день можно посвятить другому – поиску следов пропавшего мужа Татьяны Александровны в возможном месте его гибели. А вдруг?»

Алексей Леонидов. День второй

Байкал

Музыка и в самом деле гремела почти до двух ночи. Алексею с трудом удалось забыться сном, а валяться до полудня в постели было некогда.

Расходы росли, цены неприятно удивляли, и разорять клиентку не хотелось. Результат расследования был все еще непредсказуем. Поэтому в Листвянку Леонидов решил поехать на автобусе. Такси – это роскошь, за семьдесят километров пару тысяч слупят. А общественный транспорт ходил в самое популярное у туристов место на Байкале регулярно. Равно как и маршрутки. Частники тоже этим подрабатывали. И цена была приемлемая – двести с чем-то рублей за билет в один конец.

Но до автовокзала еще следовало добраться. Поэтому позавтракал он наскоро, отметив, что красавицы Маши у столика с напитками нет. Значит, не ошибся, спрогнозировав ее график.

В целом поездка до Листвянки для человека, привыкшего часами томиться в пробках и к толпе в общественном транспорте, оказалась вполне комфортной. Байкальский тракт, за появление асфальта на котором следовало благодарить американцев, был своего рода местной достопримечательностью. Дорога в святая святых, к знаменитому озеру.

Тогда, в шестидесятых годах минувшего века, ждали делегацию во главе с президентом. Вот и подготовились. Не хотелось ударить в грязь лицом. Иностранцы так и не приехали, зато туристы возрадовались, и Листвянка стала бурно развиваться.

Алексей дремал, привалившись к окну, и представлял, как в Листвянку ездил Скворцов. Руслан Семенович привык жить и путешествовать с комфортом, зарабатывал немало и на автовокзал с утра не потащился бы. Не его это. Поэтому заказывал такси.

Листвянка была у всех на слуху, и москвич, решивший рвануть на Байкал, особо раздумывать не стал бы. Ну а куда еще? Тем более Скворцов собирался привезти на Байкал семью. Вот и поехал на разведку – присмотреть отель или гостевой домик, возможно, забронировать номер.

Май – это уже сезон. Купаться в Байкале все равно нельзя, вода и летом ледяная, а погода весенняя, теплая, но не изнуряющая жара.

Перед отъездом Саша зачем-то поведала мужу, как в легендарном озере утонул талантливый советский прозаик и драматург Александр Вампилов. За два дня до своего тридцатипятилетия писатель вместе с другом отправился на лодке в магазин, но по пути она перевернулась. Вампилов попытался доплыть до берега, и хотя на дворе был август, сердце все равно не выдержало.

– На месте его гибели есть памятник, ты туда сходи, – наставляла мужа преподаватель словесности Александра Леонидова. – И в озеро не лезь. Никаких купаний, слышишь?

– Да слышу, – отмахнулся он. Кому что, а этой – обожаемая литература!

Попросить водителя автобуса: «Остановите, я сойду у памятника писателю».