Роковое завещание - Людмила Мартова

с копченой колбасой. Следила, чтобы он вовремя принял лекарства. Меняла мокрую от пота футболку, когда Макарову было жарко, и накрывала вторым пледом, когда его трясло в ознобе.

Все это время она еще бдительно следила за тем, чтобы в комнату с болезным отцом не прорвалась Катюшка, да и сама заходила к нему исключительно в маске, чувствуя ответственность за здоровье детей. Макаров пытался минимизировать Ленины визиты, потому что боялся ее заразить, но она не обращала внимания на его слабые возражения, чему он в глубине души радовался, потому что без Лены ему было бы особенно худо.

Самое неприятное, что хворь его случилась крайне не вовремя. Вокруг «Турмалина» происходило что-то нехорошее. Макаров угадывал это тем врожденным чувством, которое называется интуицией. Никогда в жизни она его не подводила. События, творящиеся вокруг, внешне казались никак не связанными друг с другом, да и к его фирме имели весьма косвенное отношение, и все же Макаров знал, что «Турмалину» угрожает опасность, вот только не мог выявить, какая именно, и от этого злился.

По-хорошему, сейчас нужно было отправиться в офис, поговорить с руководящим составом, собрать в кучу все странности, запереться в кабинете на несколько часов и попытаться выстроить все в систему. В том, что таковая существовала, он даже не сомневался. Система имелась всегда и во всем, надо было только увидеть закономерность. Но именно это из-за болезни он сделать не мог. Мозг отказывался думать, словно помещенный в вату. В нем периодически вспыхивали какие-то искры, но единственное, на что они были способны, это поджечь эту самую вату. И все.

На Александра Гордеева, к сожалению, надежды тоже нет никакой. Нет, тот, стиснув зубы, тащил на себе всю операционку, и эта нагрузка, и без того не маленькая, удвоилась в связи с выходом из строя директора. Но построить систему, увидеть закономерность Сашка и в лучшие свои дни не мог, будучи блестящим тактиком, но никак не стратегом.

Сейчас же он еще находился под подпиской о невыезде, поскольку проходил подозреваемым по делу об убийстве какой-то своей дальней родственницы. Происходящее с Сашкой тоже было частью того непонятно откуда взявшегося хаоса, который стремился разрушить важную для Макарова часть его жизни. Он не верил в случайности, а потому то, что его заместитель и правая рука сейчас пребывал под следствием, казалось каким-то очень своевременным «кирпичиком» в конструкцию, возводимую чьей-то дьявольской рукой.

Вынырнув из очередного полусна, полубреда, Макаров попытался хотя бы перечислить в голове те сигналы, которые вызывали у него подозрения. Итак, сначала начались проблемы на социальном объекте – доме для переселенцев из ветхого и аварийного жилья, тендер на строительство которого «Турмалин» выиграл весной прошлого года. На данный момент дом уже полностью подведен под крышу и подключен к сетям. Началась внутренняя отделка, так что к сроку сдачи – первому сентября наступившего года – все должно быть готово.

Однако ту часть средств за уже выполненные работы, которая должна была поступить на счет «Турмалина» в конце декабря, они почему-то еще не получили. Мэрия, выступавшая заказчиком строительства, сослалась на предпраздничный график работы казначейства, мол, просто не успели. Особой катастрофы в этом не было. «Турмалин» имел оборотные средства, так что зарплату всем строителям и сотрудникам выплатил, и даже премию удалось наскрести, однако ощутимую финансовую брешь задержка оплаты все-таки пробила.

Контракт на строительство дома на двести восемь квартир оценивался в триста шестьдесят шесть миллионов рублей. Предоплата в нем не предусматривалась, поэтому первый этап строительства «Турмалин» осуществлял на кредитные деньги. Все документы на выполненные работы, стоимость которых составляла сто шестьдесят миллионов рублей, передали на проверку еще в первых числах декабря. Из этой суммы «Турмалин» планировал закрыть часть взятого кредита, а теперь фирма попадала еще и на дополнительные проценты, которые не учитывались в бизнес-плане.

Задержка была досадной, но все-таки объяснимой, поэтому Макаров злился, но не волновался. После новогодних праздников ситуация с оплатой не изменилась. Чиновники тянули время и уходили от прямого ответа. Конечно, можно сделать очередную скидку на то, что в январе вся страна не спешит приступать к работе, но подобные «детские» объяснения Макарова не устраивали. За задержкой оплаты он начинал видеть чью-то злую волю, направленную на то, чтобы, как минимум, выбить его из колеи, заставить нервничать и суетиться, а значит, совершать неминуемые ошибки.

Потом к Макарову пришел начальник службы безопасности Валентин Феоктистович Рюмин, с озабоченным видом сообщивший, что фирма «ВолГА» ведет тайные переговоры с поставщиками, чтобы сорвать отгрузку «Турмалину» заказанных и уже оплаченных лифтов для еще одного объекта – очередного многоквартирного дома в микрорайоне «Изумрудный город».

Проект, начатый восемь лет назад владелицей крупной строительной компании «ЭльНор» Элеонорой Бжезинской как весьма рискованное мероприятие, теперь значился в перечне самых элитных городских микрорайонов[3]. На сегодня это был комплекс из восемнадцати многоквартирных домов с собственным детским садом, школой, бассейном и кабинетом врача общей практики.

Микрорайон врастал крышами в небо недалеко от въезда в город со стороны Москвы. Необычная отделка его стен, выполненная из панелей цвета молодой травы, неизменно приковывала внимание. Благодаря удобной транспортной развязке, которую Элеонора Бжезинская выторговала, выклянчила, вырвала у мэрии, продуманной до мелочей инфраструктуре, а также высочайшему качеству строительства, жесткому соблюдению сроков, отличным планировочным решениям и расположенному совсем рядом крупному парку, тоже приведенному в порядок силами компании-застройщика, квартиры здесь имели заоблачные цены.

Люди в «Изумрудном городе» жили небедные, а потому процветали и дорогой супермаркет, престижный салон красоты и масса других бизнесов «у дома». Сама Бжезинская давно уехала к мужу в Москву, компанией руководила на расстоянии, а потому, добившись первых амбициозных целей, строительство новых корпусов начала отдавать на аутсорсинг, заключая договоры субподряда с другими строительными компаниями.

Несколько домов в «Изумрудном городе», в частности, построила фирма «ВолГА», а год назад очередной договор перебил Макаров. Он тогда съездил в Москву к Бжезинской, сумел ее заинтересовать своим тщательно выверенным коммерческим предложением, а также впечатлить отзывами клиентов и партнеров. Новый дом Элеонора доверила «Турмалину», и желание Волиных сорвать сроки работ было вполне понятным. Однако без боя сдаваться Макаров не собирался.

Разобраться с поставщиками лифтов должен был Саша Гордеев, у которого в этот момент как раз началась нервотрепка с оспариванием дедова наследства двадцатилетней давности, привлечением к участию в судебном процессе родственницы Волиных, а потом еще и свалившимся на голову делом об убийстве истицы.

И хотя вроде бы выяснилось, что Евгения Волина ни при чем, а ее знакомство с Гордеевым всего лишь совпадение, Макарову оно решительно не