Кукушонок - Камилла Лэкберг

делаете? – Он схватил каждого за ворот спасательного жилета и развел драчунов по сторонам.

– Он первый начал. Обозвал меня «малявкой», потому что у меня детский спасательный жилет, – пожаловался Вильям.

Его жилет был оранжевый, с большим воротником. Макс показал брату язык. На нем был темно-синий, более строгий – уменьшенная копия тех, что носили взрослые.

– Это не детская модель, – строго заметил Петер. – Перестань дразнить его, Макс.

– Они идут! – закричала Луиза, показывая на холм. – Я помогу им с багажом. Поднимайтесь на борт, скоро снимаемся с якоря.

– Есть, капитан! – Уле бодро вытянулся в струнку и отдал честь.

Никто не засмеялся.

Когда лодка отчалила из гавани Фьельбаки, Луиза, впервые с тех пор как узнала от Эрики, что Рольфа нашли мертвым, расслабила плечи. Море всегда действовало на нее успокаивающе. Вода была ее стихией. Медленно, держась за перила, она направилась в носовую часть судна. Лодку бросало из стороны в сторону, но Луиза быстро освоилась с качкой.

Встав на носу, она подставила лицо холодному ветру и каскадам брызг. Во рту стало солоно, но чувство свободы позволило впервые за долгое время дышать полной грудью. Луизе хотелось бы как можно дольше сохранять его в теле. На горизонте собрались темные тучи. Приближался шторм. Никто из них не избежит его.

* * *

– Бертиль!

Йоста окликнул начальника отделения Бертиля Мельберга, но комиссар прошел прямо по коридору в свой кабинет и закрыл дверь. Йоста вздохнул. Сегодня Мельберг явно не в настроении. С учетом того, что и в лучшие дни с ним не просто ладить, вряд ли это можно считать хорошей новостью.

Йоста остановился возле кабинета Мартина Мулина и постучал в дверную раму.

– Мельберг вышел на тропу войны.

– Что ж, неплохо.

– Что в этом хорошего?

– Старый ворчун, что у тебя со списком свидетелей?

Йоста прислонился к дверному косяку. Кроме кабинета Бертиля, все двери в коридоре были открыты. Так приятнее и легче работать.

– Всё в порядке, – сухо ответил Йоста. – Я опросил около десяти гостей, и все говорят одно и то же. Что никто ничего необычного не заметил, в том числе и возле галереи. При этом мямлят… как с похмелья. Не знаю, стоит ли верить таким показаниям.

– Об этом лучше спросить Патрика. Он был здесь.

– Да, и тоже выглядел бледновато… – Йоста рассмеялся. – Сам-то как?

Мартин помахал списком, в котором отмечал галочками одну фамилию за другой.

– Все то же. Никто ничего не видел и не слышал.

– А соседи? Кто живет там, на Бакене, местные или курортники?

– Местные, насколько мне известно. Нужно их опросить.

– А персонал отеля?

– Я поручил Пауле составить список, – Мартин вздохнул и повел плечами, сбрасывая напряжение. – Нужно разузнать, кто из местных склонен к насилию. И если такой тип в последнее время носился с какой-нибудь сумасшедшей идеей…

– Не могу назвать никого во Фьельбаке, кто склонен к насилию. И потом, от ограбления до убийства довольно большой шаг.

– Это так. Но и ты, и я знаем, насколько непредсказуемо порой развивается ситуация. Орудие убийства, судя по всему, преступник подобрал на месте. Это позволяет предположить, что он действовал спонтанно.

Йоста серьезно посмотрел на молодого коллегу.

– Наверное, ты прав. Но сначала мы всё же спросим у Патрика. Он скажет, с кем беседовать и в каком порядке, согласен?

– Он скоро будет. – Мартин поднял трубку телефона, чтобы продолжить обзвон по списку. – Наверное, проведет «летучку», когда придет.

– Наверное. Посмотрим еще, в каком настроении будет Бертиль… – Йоста оглянулся на закрытую дверь в конце коридора.

Насколько проще было бы работать, если б Патрику разрешили остаться начальником следственной группы! Но не всегда все складывается так, как хочется.

* * *

– Что ты здесь делаешь?

Эрика только что приготовила кофе и собиралась вернуться за компьютер, когда вошел Патрик.

– Решил заглянуть ненадолго. Приму альведон, ипрен, соберу контейнер с едой и вернусь в отделение.

– Ты успеешь выпить кофе, – Эрика налила чашку себе и мужу.

– Ну хорошо. Задержусь еще на пять минут… – Патрик сжал пальцами переносицу и прикрыл глаза.

Эрика достала таблетки из шкафчика над вытяжкой и налила стакан воды.

– Детей еще нет? – спросил Патрик, озираясь.

– Анна согласилась придержать их до трех. – Эрика села за стол напротив мужа и внимательно вгляделась в его лицо. – Как продвигается расследование?

– Мы пока в самом начале, – уклончиво ответил Патрик и опустил глаза в кофейную чашку.

– Никак, другими словами… А я навестила Вивиан. Она на удивление хорошо держится, хотя не думаю, что оправилась от шока.

Патрик вопросительно посмотрел на жену.

– Вивиан? С чего вдруг тебе вздумалось ее навещать?

– Она говорила… про какое-то убийство в прошлом Рольфа.

– Убийство? Ты о чем?

Глаза Патрика сузились. Привычка Эрики совать нос не в свои дела, особенно касающиеся работы мужа, – их вечная тема.

– В далеком прошлом… – повторила Эрика. – Тогда убили подругу Рольфа и ее ребенка. В начале восьмидесятых как будто, но Вивиан не уверена. Я подыскиваю идеи для новой книги… но ни о чем таком никогда не слышала. Нераскрытое убийство женщины-трансгендера и ее дочери. Там может что-то быть.

– Трансгендера?

– Да, жертву звали Лола. Я собираю информацию, но пока мало что нашла. Рольф ее фотографировал. У Вивиан есть журнал по интерьерному дизайну, там материал об их с Рольфом доме, и на стене в спальне – снимок Лолы.

Патрик улыбнулся. Неужели впечатлился ее идеями или это таблетки подействовали?

– Ты человек искусства, – сказал он. – Что тебе известно о клубе «Бланш», о котором ты вчера упомянула?

– Я не человек искусства, – поправила мужа Эрика. – И вчера за столом люди искусства достаточно прозрачно намекнули, что не считают меня своей. Но мы с Вивиан действительно говорили о клубе «Бланш». Она обмолвилась, будто эта загадочная Лола и побудила их организовать клуб, – Эрика нахмурилась. – Так или иначе, «Бланш» – клуб в Стокгольме, где немногие избранные имеют возможность себя показать. Этакий снобистский андерграунд.

– О господи… – простонал Патрик.

– Я давно перестала плакать по поводу того, что меня туда никогда не пригласят. Но ты ведь интересуешься этим из-за Рольфа?

Патрик кивнул и поморщился. Эрика поняла, что головная боль еще не утихла.

– Да, я спрашивал об этом Хеннинга и Элизабет. Насколько я понял, Бауэры управляли клубом при активной поддержке Рольфа, Уле и Сюзанны.

– Да, и во многом благодаря Сюзанне клуб приобрел желаемый статус. Каждый мечтает оказаться рядом с кем-нибудь из восемнадцати.

– Почему? – удивился Патрик. – Извини, если вопрос глупый.

– Как мы обычно говорим детям, глупых вопросов не бывает. Но это действительно трудно объяснить человеку со стороны. В