Сколько стоит твоя смерть - Ирина Градова

– Да-да, мадам уже давно не приходит, – сказала она, – но у нас строгие инструкции прибираться в номерах, даже если гости отсутствуют. Я или Аннет каждый день застилаем постели и меняем полотенца, а также моем балкон и пылесосим ковры. Только вот постель мадам застилать не приходится, потому что она остается неразобранной с того самого дня, как она ушла.

– Вы помните, какого числа это случилось?

– Дайте подумать… Пятнадцатого. Нет, шестнадцатого, потому что как раз в тот день нам выдавали зарплату, и я запомнила!

Мы с Ивом переглянулись: судя по полицейскому отчету, тело Ивана обнаружили утром семнадцатого числа, а застрелили его, по утверждению патологоанатома, накануне. Жители деревни, рядом с которой произошла трагедия, сказали, что не видели ни Амели, ни Ивана, а мальчик, случайно ставший свидетелем убийства, не упоминал о том, что видел женщину. Значит, Амели там не было. Тогда где же она и знает ли о том, что случилось?

– То есть именно вы заходили в комнату мадемуазель Дегрэ шестнадцатого числа? – уточнила я.

Горничная кивнула.

– А на следующий день прибиралась Аннет?

Она снова ответила утвердительно.

– И никаких доказательств того, что мадемуазель возвращалась в номер?

– Нет. Но Аннет сказала очень странную вещь…

– Что за странную вещь? – насторожилась я.

– Видите ли… – нерешительно проговорила Мари и вновь умолкла.

– Говорите же! – повысил голос Ив, но я бросила на него предупреждающий взгляд: еще не хватало пугать бедняжку воплями!

– Вы не расскажете начальству? – просительно уставилась на меня своими миндалевидными глазами Мари. – Нас строго наказывают, могут даже уволить…

– Нет-нет, не волнуйтесь, – поспешила успокоить ее я. – Мы не намерены общаться с вашим начальством, нас интересует только то, что вы можете нам сообщить! Так что все-таки сказала Аннет?

– Она сказала, – после минутных колебаний ответила Мари, – что, когда пришла утром, все в номере было перевернуто вверх дном!

– В самом деле? – снова вмешался Ив. – В смысле вы прибирались шестнадцатого, а семнадцатого…

– Верно. Я застелила постель, пропылесосила, как обычно, и поменяла полотенца, а через день, когда Аннет сдавала смену, она рассказала об этом. Очень странно, ведь мадам всегда была аккуратна, после нее прибираться – одно удовольствие, не то что за некоторыми другими постояльцами! Я даже спросила у администратора, возвращалась ли мадам, но оказалось, что нет.

– Аннет, значит, не рассказала никому, кроме вас, что случилось?

Горничная покачала головой:

– Я же говорю: нас наказывают за любую оплошность, к тому же мы не знали, кто мог устроить такой кавардак… Всё свалили бы на нас! Поэтому Аннет просто навела порядок, и больше в номер никто не заходил. Ну, кроме нас с Аннет, – добавила она.

– А вы не могли бы дать нам адрес вашей сменщицы? – попросила я.

Впервые я получила возможность осмотреть Антананариву. В основе города лежит разновысотное плато, на природных «ступеньках» которого располагаются постройки, и потому столица разделена на три части: Нижний, Средний и Верхний город. Нижний город, в котором находится железнодорожный вокзал, состоит из улицы Независимости, являющейся центром района, и торгового квартала Аналакели с множеством кафе, рынков и сувенирных лавок. Архитектурные памятники располагаются в Верхнем городе. Ив воспользовался возможностью показать мне достопримечательности хотя бы из окна автомобиля и кое-что рассказал о столице Мадагаскара. Самая большая проблема здесь – перенаселенность Нижнего города. Он же и самый загрязненный: все выбрасываемые в атмосферу вещества оседают здесь. Муссонных дождей в Антананариву и опасаются, и ждут. Опасаются – потому что они могут залить тоннели и затопить Нижний город, а ждут потому, что после них воздух становится чище.

Через сорок минут мы оказались в одном из самых бедных районов Антананариву, Антухумадинике, где, по словам Мари, и проживала Аннет. Ив обмолвился, что его еще называют «районом каналов». Здесь располагались по соседству мечеть и католическая церковь. Мы проехали мимо блошиного рынка, который, как опять же заметил Ив, считается одним из самых крупных в мире рынков под открытым небом. Я подумала, что, когда выдастся свободный день, надо бы приехать сюда за сувенирами: в конце концов, побывать на другом конце света и не привезти ничего с собой на родину – просто преступление!

Ив припарковался, и дальше мы отправились пешком. Отправились – не совсем правильное слово, скорее, начали восхождение по длинной узкой лестнице, змейкой вьющейся между тесно прилепленными друг к другу домишками. Ив несколько раз спрашивал дорогу, и наконец мы вышли к нужному зданию. Стройная чернокожая женщина с блестящими глазами сидела на крылечке и наблюдала за стайкой детишек, возящихся в песке. При виде нас она удивленно нахмурилась и поднялась: видимо, туристы здесь встречались не часто.

– Простите, – обратился к ней Ив, – вы случайно не Аннет?

Она с опаской окинула высокую фигуру моего спутника взглядом и медленно кивнула.

Сказав, что адрес нам дала Мари, мы объяснили женщине ситуацию. Она забеспокоилась и так же, как ее коллега, спросила, не собираемся ли мы все рассказать управляющему отелем. Получив искренние заверения в том, что этого не произойдет, она согласилась поговорить.

– Что именно вы хотите знать?

– Насколько мы поняли, – заговорила я, – Мари заходила в номер Амели Дегрэ в день, когда она исчезла, а вы – на следующий день, так?

– Так, – подтвердила Аннет.

– В каком состоянии вы обнаружили комнату, когда вошли?

– Там был беспорядок. Вещи валялись на полу, как будто их специально вытряхивали из шкафов!

– А чемоданы оставались на месте?

– Они и сейчас там. Если хотите знать мое мнение, там что-то искали.

– У вас есть предположения, что бы это могло быть? – вмешался Ив.

– Откуда у меня взяться таким предположениям? – пожала плечами Аннет. – Я ведь совершенно не знала мадам!

Ив расстроенно опустил взгляд на носки своих роскошных ботинок, покрытых толстым слоем красной пыли.

– Но вам же что-то еще известно, верно? – не сдавалась я. – Что-то, о чем вы не рассказали даже Мари?

– Почему вы так решили? – удивленно вскинула брови горничная, но ее удивление не показалось мне искренним.

– Послушайте, Аннет, – понизив голос, дабы вызвать доверие, произнесла я, – мы ведь обещали, что никому ничего не расскажем, так? Я еще раз повторяю, что вам совершенно нечего бояться – расскажите все, и мы больше никогда не увидимся!

Женщина молчала, и Ив тронул меня за локоть:

– Тамара, она ничего не знает, это же очевидно – зря проделали такой путь!

– Погодите, – вырвала я руку. – Аннет?

– Хорошо, хорошо! – вздохнула она. – Но не забудьте, вы обещали! Через пару дней после того, как мне пришлось наводить порядок в номере мадам, я пылесосила коридор на втором этаже,