Ирина Шанина - Эвтаназия

— Всю получаемую от других источников информацию мы складываем на диск «L» в папку «мониторинг». Вот она, видите?

Он подождал, пока следователь щелкнет мышкой по диску «L», и продолжил:

— К этой папке есть доступ у всех сотрудников. Еще у каждого из нас есть личные папки на общем диске. Часть информации в личных папках запаролена, доступ только у владельца…

— Покажите содержимое вашей папки, — потребовал человек, сидящий за компьютером Андрея.

Андрей нагнулся над клавой, быстро набрал пароль…

— Вот, смотрите. У меня здесь ничего особенного нет.

Человек саркастически хмыкнул и погрузился в изучение файлов. На нас никто не обращал внимания, поэтому мой спутник слегка прокашлялся и произнес:

— Вот еще одна сотрудница, Василиса Муромцева.

Костя заметил меня, извинился перед собеседниками и быстро вышел из своего кабинета:

— Вася, как ты? Все в порядке?

Обычно скуповатый на мимику, сейчас он вращал глазами, поднимал брови, явно стараясь предупредить меня о чем-то.

— Извините, Константин Васильевич, — тронул его за плечо один из мужчин в сером. — Мы с госпожой Муромцевой тоже переговорим, но чуть позже. А пока давайте закончим нашу беседу. А вы, Василиса Михайловна, — это он уже ко мне обратился, — покажите свое рабочее место нашему сотруднику. Постарайтесь определить, не пропало ли что-нибудь.

Я подумала, что эти сотрудники СБ наверняка из другого отдела. Клиентского, что ли. Не было в них подозрительности, как в тех, вчерашних. Напротив, дружелюбны и приветливы. Тот, что встретил меня у дверей, продолжая улыбаться, подошел к моему столу:

— Василиса Михайловна, вот ваши коллеги говорят, что пароля от вашего компьютера не знают. Мы уже даже хотели специалиста вызывать, а тут вы собственной персоной! — Он просто светился от счастья, всем своим видом показывая, что несказанно рад видеть меня на работе.

Я криво оскалилась в ответ и подошла к своему рабочему месту. Кто-то из сотрудников Службы безопасности включил мой компьютер, на экране кривлялся маленький лохматый зверек, каждые три секунды он запрашивал пароль. Если пароль не вводили, зверек показывал фигу и советовал «подумать хорошенько еще раз».

Я быстро отстучала пароль и нажала на кнопку «Войти». Зверек на экране сделал задумчивое лицо, произнес фразу «Ну надо же, ты угадал!», после чего исчез.

— Вы, Василиса Михайловна, — подсунул мне листок бумага улыбчивый эсбэшник, — на всякий случай запишите нам свой пароль, вдруг понадобится, а вас на месте не будет.

Фраза эта не понравилась мне категорически. Первое впечатление оказалось обманчивым. Эти точно такие же, ничем не отличаются, и улыбки у них фальшивые. А уж по части цинизма они могут тем мастер-классы давать. Взять хоть произнесенную минуту назад фразу. Он ведь не то чтобы намекнул, а просто в открытую сообщил, что теперь нашему маленькому новостному отделу покоя не будет — замучают проверками.

— Посмотрите, Василиса Михайловна, в вашем компьютере все в порядке? — Это спросил тот мужчина в сером, что пару минут назад беседовал с Костей.

Хотела я ему сказать, что для хакерской атаки совершенно не обязательно вламываться в помещение, но, взвесив «за» и «против», решила не умничать. Я бегло просмотрела папки и сообщила ему, что на первый взгляд все в порядке. Да в принципе оно и не могло быть не в порядке. Пароль подобрать можно, но лохматый зверек кривляется на экране не просто так Если кто-то даже подберет пароль и войдет в нашу сеть, это не останется незамеченным. При следующем включении мохнатый защитник первым делом сообщит о попытке вторжения, причем сообщит как в том случае, если попытка увенчалась успехом, так и если она потерпела фиаско. Эту замечательную систему придумал Костин друг Алексей. Умный парень, занимается безопасностью корпоративных сетей — у него своя небольшая фирма. Лешкины услуги стоят дорого. Поэтому, хоть он и сделал Костику приличную скидку при установке программы, мы потом целый год не получали премий. Но сегодня я поняла, что Лешины услуги стоили тех денег, которые он запрашивает. Ведь если кто-то хотел нам навредить, достаточно было лишить нас архива, который мы собирали в течение шести лет. Плюс у каждого из нас в компе были свои заветные материалы, которые, как мы надеялись, рано или поздно обязательно должны были принести Пулитцеровскую премию.

У меня лично лежали интервью на тему «Должны ли классические виды искусства, такие как опера и балет, сохранять традиции, или они тоже должны идти в ногу со временем». Интервью были взяты в разное время у видных деятелей культуры. Последний файл, внесенный мной не далее как позавчера, — пиратская видеосъемка постановки балета «Танцы с мышами», записанная во время премьеры прямо из ложи неким любителем балетного искусства.

— Василиса Михайловна, я попрошу вас пройти в тот кабинет для беседы…

Это опять тот мужчина в сером костюме, один из двух мужчин в сером. Впрочем, они все в серых костюмах, суетятся вокруг нас. Прямо-таки «танцы с мышами». Я чуть не рассмеялась, но от смеха пистолет еще сильнее вдавился в живот. Я тут же перестала смеяться и посмотрела на Костю. Следователи наверняка будут спрашивать о вчерашнем репортаже, а мы не успели выработать единую версию. На всякий случай буду все отрицать. Если потом даже выяснится, что Костя что-то им рассказал, все равно сначала буду отрицать.

Мы зашли в Костин кабинет, мужчина в сером костюме плотно закрыл дверь, предложил мне сесть, сам удобно устроился в Костином кресле и наконец представился:

— Меня зовут Артем Сергеевич.

Я понимающе кивнула.

— Скажите, Василиса Михайловна, — продолжал тем временем Артем Сергеевич, — есть ли у вас какие-нибудь догадки, почему нападению подвергся именно в ваш офис.

Я пожала плечами:

— Не знаю. Наверное, какие-нибудь хулиганы…

Объяснение прозвучало неубедительно, Артем Сергеевич тоже это заметил, перестал улыбаться и заговорил несколько строже:

— Вы, Василиса Михайловна, видимо, не представляете, насколько все серьезно…

— Нет, не представляю, — бодренько ответила я, решив немного покосить под дурочку.

— Мы уже выяснили, — Артем Сергеевич взял с Костиного стола листок бумаги и помахал им перед моим носом, — на втором этаже расположены офисы тридцати компаний. Тридцати! И надо же, забираются именно к вам. Хотя буквально рядом сидят торговцы недвижимостью, в соседнем помещении — солидная фармацевтическая фирма… Что могло заинтересовать преступников в вашем офисе?

— Перепутали, — доверительно сообщила я Артему Сергеевичу. — Наверняка хотели к фармацевтам забраться. Они же новый препарат на рынок выводят, и у них в офисе образцы хранятся.

— Откуда вы это знаете? — заинтересовался Артем Сергеевич.

— Это все знают, — ответила я. — Не верите — спросите любого человека с нашего этажа. Их реклама уже плешь проела. Каждый раз, как в столовую идем, на мониторе баба мажет лицо кремом… Может, кому-то это надоело, вот и…

Артем Сергеевич снисходительно улыбнулся и задал следующий вопрос:

— Скажите, Василиса Михайловна, а что вы делали вчера вечером и сегодня ночью?

Вот это уже «горячо». Эх, знать бы, что им Костя сказал… Я уставилась Артему Сергеевичу в переносицу, сделав вид, что вспоминаю. В ответ я собиралась выдать причудливую смесь правды и лжи, поэтому не сводила глаз с лица собеседника. Стоит мне посмотреть в сторону, как он мигом догадается, что я собираюсь соврать. Уж основам нейролингвистического программирования их учат наверняка.

Я размышляла так долго, что Артем Сергеевич стал выказывать признаки нетерпения.

— Что же вы, Василиса Михайловна, так задумались? — спросил он через несколько минут. — Не можете вспомнить?

Я широко улыбнулась ему в ответ:

— Отчего же, я все помню, просто прикидывала, не забыла ли я, часом, что-либо… Вчера после работы я ездила на день рождения к старому другу.

Артем Сергеевич достал диктофон, нажал на кнопку записи и попросил меня повторить последнюю фразу. Я слегка наклонилась вперед, чтобы мой голос лучше записался, и повторила, тщательно выговаривая слова:

— Вчера вечером после работы я ездила на день рождения к старому другу.

И, практически без паузы, предваряя последующие вопросы, продолжила:

— Кроме меня там были мои родители и его родители. Ушла я оттуда приблизительно в девять часов вечера. Это могут подтвердить мои родители, его родители и сам именинник, он проводил меня до машины.

— Его имя и адрес? — Артем Сергеевич больше не улыбался.

Я пожала плечами:

— Я могу, конечно, назвать его имя и адрес, но думаю, что если вы его побеспокоите, у вас будут неприятности.

Артем Сергеевич не повелся и еще раз попросил меня все же назвать имя и адрес моего таинственного и такого влиятельного знакомого.