Леон Маркс - Хочешь жить - стреляй первым

— Спасибо, что уделили свое время и приехали сюда.

— Да не за что. Это — мой служебный долг, — ответил сержант, — всего наилучшего.

Он сел в машину и поехал по дороге, засыпанной снегом. Снова зазвенел сотовый. Что-то часто звонят, как будто я работаю в справочном бюро.

— Да.

— Владимир Сергеевич, добрый день. Сегодня похитители звонили опять и требуют выкуп в размере два лимона.

— Когда они вам звонили, по времени?

— Сегодня утром около десяти часов. Я спросил их, когда они вернут Дашу, но они сказали, что сначала я должен подготовить два миллиона зелененьких наличными на понедельник. Завтра они позвонят и скажут, куда доставить деньги. Вы сможете, как тот раз, отвезти бабки в указанное место?

У меня вспотели ладони. Если я завтра расскажу правду на суде, то после этого никакой речи не может быть, чтобы я отвозил деньги. Они сразу меня прикончат. Зачем же им облегчать задачу?

— Алло, вы слышите меня? — спросил он.

— Да, я вас отлично слышу.

— Вы сможете подвезти деньги, куда скажут похитители?

— Я еще не знаю. Дело в том, что мне пришла повестка в суд. Я должен явиться в понедельник туда. И пока не известно, как пройдет заседание.

— Но если пройдет все гладко, вы сможете взять на себя функцию перевозчика?

— Я постараюсь, но гарантировать не могу.

— Ладно, завтра созвонимся. Желаю вам успешной победы в судебном зале.

— Спасибо.

Я вспомнил про дискету и решил посмотреть, что на ней записано. Информация оказалась полезной. В этом я убедился.

Тарасенко Михаил, сорока двухлетний мужчина, был семь раз обвинен в преступлениях, из которых пять раз сидел на зоне. В основном за грабежи и кражи. Дальше, шел полный перечень всех его "подвигов" и когда, и за что сидел. Знаменитый рецедевист вполне мог связаться с преступниками, которые похитили Дашу. Они могли пообещать ему хорошую пайку с этого дела. Им стоит заняться серьезно.

Игорь с Аней жили в большом шестнадцатиэтажном доме, который казался просто гигантом по сравнению с другими не большими домами. Я зашел в подъезд и нажал кнопку лифта, но он отказался меня поднимать вверх. Я особо не огорчился и пошел подниматься по лестнице, которой пользовались в редких случаях, когда ломался лифт, как сейчас. Когда, я добрался до последнего этажа, то мне пришлось остановиться и восстановить дыхание, потому что, поднимался бегом. Большим пальцем руки я надавил на кнопку звонка, и он затрещал, как свисток ГАИшника.

— Кто там? — услышал я приглушенный голос за дверью.

— Частный сыщик.

— А чем докажете? — спросил мужчина, — может, вы только и ждете, когда я открою двери, чтобы ударить меня по голове.

— Вот, пожалуйста, — я поднес лицензию к глазку, чтобы он смог ее увидеть.

— Ладно, заходите, — он открыл двери.

— Спасибо, я вижу, вы страхуетесь.

— Конечно, сейчас криминала полно и я не хочу с ним столкнуться.

— Все зависит от ситуации. Вы будете Игорем? — спросил я.

— Был когда-то, а сейчас превратился в другого.

Он улыбнулся, давая мне понять, что это шутка. Мне не стало смешно из-за такой плоской шутки, и я просто промолчал.

— Проходите в комнату, — сказал он, убрав дурацкую ухмылку.

Я зашел в библиотеку. Шкафы заполняли почти все свободное место, если не считать два стула и мягкое кресло. В самом кресле сидела девушка и читала роман Акунина "Турецкий Гамбит". Она была необыкновенно красива и привлекательна. Правильные черты лица подчеркивали это. Она была в белых обтягивающих джинсах и темной кофточке.

На звук моих шагов, она подняла голову и вопросительно посмотрела на меня. Теперь я увидел ее глаза голубого цвета. Они выявляли небольшую заинтересованность мною. Губы ее слегка шевелились, словно она, что-то тихо говорила, то, что мое ухо не могло уловить. Ее волосы падали ей на лицо и закрывали большую часть кофты. Я был какое-то время растерян и очарован ее красою.

— Аня, это частный детектив Володя, — произнес Игорь за меня, поскольку я молчал и рассматривал девушку, — Володя — это моя девушка Аня.

— Очень приятно, — я уже собирался поцеловать ее в руку, когда вспомнил, что здесь рядом ее парень.

— Что вас сюда привело? — спросила Аня.

Оказывается, у нее еще и голос был чудесным, который мог сравниться с голосом певицы.

— Я расследую одно дело, и в ходе следствия обнаружил запись на диске, где вы с Дашей и со Степаном отдыхаете на природе.

— Да, оператор Федя нас снимал, — сказал Игорь.

— А вам известно, что с этой записи сделали монтаж?

— Что? — округлила глаза девушка.

Изумленной она мне еще большее впечатление на меня произвела. Меня это забавило, когда она с непонятным лицом на меня смотрела. Я ей улыбнулся и тут же убрал улыбку с лица, понимая, что это не к месту.

— А вот, что, — я достал диск, — хотите посмотреть?

— Можно. Мне самому интересно, что за монтаж.

Мы посмотрели запись. Я больше смотрел не запись (я ее не раз видел), а как реагирует на это Аня с Игорем. Игорь смотрел, немного нахмурившись, а Анна с изумлением, которое не сходило с ее лица, пока не кончилась запись.

— Что вы по этому поводу скажете? — спросил я, удобней устроившись в кресле, заложив ногу за ногу.

— Этого не может быть, — удивительно шептала девушка.

Меня больше беспокоил Игорь. Он оставался таким же нахмуренным и сосредоточенным. Возможно, он знал больше, чем я думаю. Хотя, разные люди на одну и ту же ситуацию, реагируют по-разному.

— Этого не может быть, — снова повторила она.

— Почему не может? — спросил я.

— Потому что не может.

Я чуть не взорвался.

— Но ведь это монтаж, — заметил я, — кто-то, возможно, решил пошутить.

— Хорошая шутка, — наконец, произнес хриплым голосом Игорь, — кто-то у меня поплатиться за такое.

— У вас есть догадки, кто это сделал?

— Оператор Федор.

— Вы уверенны?

— А кто еще может быть, — возразил он.

— А по моим источникам, Федор просил одного человека сделать монтаж.

— Ну и кто он? — спросил парень.

— Это я у вас должен спросить.

— Мне кажется, что это сделал Степан.

— Но он мертв, — возразила Аня.

— Правильно, но тот, кто его убил, узнал, что Степан сделал монтаж и по какой-то причине хлопнул его.

— Это сделал не Омельченко, — сказал я, — может, вы знаете компьютерщика, который это сделал?

— Понятия не имею.

Я решил пойти ва-банк:

— А где сейчас Даша?

— Вы что, с ума сошли? — возмутился Игорь, — такое говорить. Ее нету уже больше двух недель. Она куда-то пропала.

— Как вы думаете, куда?

— Да откуда я знаю?!

— Но может, она вам что-то говорила или намекала, куда собирается?

— Да, она собиралась… — начала Аня.

— Стоп! — крикнул Игорь. — Никуда она не собиралась. Не говори ерунды — Даша тогда пошутила.

— Что за шутка?

— А, так, не важно, пустяк…

Я понял, что Игорь что-то скрывает и не дает Ани возможность мне сказать кое-что. Почему? При этой мысли, сердце у меня забилось с бешеной скоростью. Я думал, что, если бы Аня была дома сама, то она бы мне все рассказала. А так Игорь мешает ей это сделать.

Но телефонный звонок мне помог.

— Пойди, возьми трубку, — сказала она парню.

Он пошел в прихожую, а я, не теряя ни минуты, спросил Аню:

— Куда она собирались уходить?

— Они со Степаном собирались провести ночь в отеле "Плазма".

— Когда это было?

— В тот же вечер после съемок они туда поехали.

— Не знаете, какой номер?

— Даша не говорила.

— Понятно. Что еще можете вспомнить, Аня?

— Ну, мы ездили несколько раз в казино "Золотое яблоко". Играли в карты, в бильярд.

— Это давно было?

— Да, примерно месяц назад. Крупье зовут Артур. Все, больше я ничего не знаю. Только не говорите Игорю.

— Почему он не хотел, чтобы вы мне это сказали?

— Все, я не отвечаю больше.

— Ладно, и на этом спасибо.

Я собрался уже уходить, когда в библиотеку вернулся Игорь.

— Вы еще здесь?! — спросил он меня, — больше мы ничего не знаем. Поэтому вы свободны. Провожать не стану.

— Еще один вопрос.

— Никаких вопросов. Вы прямо как лейтенант Коломбо.

Я ничего не сказал. В принципе я уже достаточно узнал новой информации и поэтому молча вышел в коридор. Постояв пару секунд, я прислонился к дверной скважины и попытался услышать, что твориться в квартире.

— Что ты ему сказала? — услышал я приглушенный голос Игоря.

— Ничего.

— Не ври. Я еще раз спрашиваю, что ты сказала этому сыщику? — его голос уже сорвался на крик.

— Тише, тише, сейчас весь дом будет на ушах стоять.

— А мне по фиг. Ты понимаешь, какую глупость ты сделала, рассказав ему все?