Месть легких денег - Наталия Николаевна Антонова

из дореволюционной лавки.

– Правильно ли я вас поняла, Раиса, что вы готовы сообщить мне более правдивую информацию о Матроне Буфетовой, чем я услышала от Элеоноры Сергеевны? – спросила Мирослава, ничем не выдавая своей заинтересованности.

– Не просто более правдивую, – заносчиво поправила её девушка, – а рассказать вам истинную правду.

– Я слушаю вас, – сухо отозвалась детектив.

– Лучше запишите!

Мирослава для успокоения самонадеянной девицы включила диктофон и повторила:

– Я слушаю вас.

– Так вот, Матрёшка спуталась с парнем, который на содержании у богатой старухи!

– Откуда вам это известно? – не выдержала Мирослава.

– У меня свои источники информации! – пафосно ответила Раиса Снегирёва.

Детектив кивнула.

И девушка, расценив этот кивок как одобрение, продолжила свой рассказ:

– Парня зовут Виталий Кукушкин!

«Жучки она, что ли, везде в агентстве расставила? – подумала Мирослава. – Но, скорее всего, она обладательница ушей-локаторов».

– Вы не знаете имя женщины, которая содержала Кукушкина? – спросила она как бы вскользь.

– Почему содержала? – фыркнула Раиса. – Она и сейчас его содержит!

«Ага, девице неизвестно, что Ревакова убита», – отметила детектив про себя и услышала ответ на свой вопрос.

– Нет, я не знаю, как её зовут и где она живёт, – с нескрываемым сожалением проговорила Снегирёва.

«Если бы знала, то давно бы донесла», – подумала Мирослава.

И, точно угадав её мысли, Раиса выдала:

– Я бы непременно сказала ей, что Кукушкин, вместо благодарности за её заботу о нём, наставляет ей рога! И с кем?!

– С кем? – иронически переспросила Мирослава.

– С какой-то моделькой! – презрительно изрекла Снегирёва.

– Сазонова сказала, что Матрона Леопольдовна Буфетова – высокооплачиваемая модель, и дала понять, что такие сотрудницы на земле не валяются.

– А что ещё могла сказать вам Элеонора?! – возмутилась Раиса.

Мирослава пожала плечами и спросила:

– А в чём конкретно вы обвиняете Буфетову?

– В том, что Матрёшка буквально уцепилась за этого дурачка! И теперь из него денежки в её руки сыплются, как горох из дырявого мешка.

– Разве Матрона сама мало зарабатывает? – сделала вид, что удивилась, Мирослава.

– Много денег никогда не бывает! – со знанием дела парировала Снегирёва.

– Значит, вы утверждаете, что Буфетова вымогала у Кукушкина деньги, которые он получал от своей «благодетельницы»?

– Вымогала – это слишком грубо, – передёрнула плечами Снегирёва, – она так вела себя с ним, что он сам ей всё отдавал.

– Сути дела это не меняет, – заметила Мирослава.

– А я про что вам толкую! – всплеснула руками Раиса.

– Хорошо, я приму ваше сообщение к сведению. А вы не знаете, у Буфетовой много подруг?

– Не думаю. Я знаю Варвару Лебедеву и Риту Гордееву.

– И чем они занимаются?

– Варя – парикмахерша, а Рита – подруга-соперница.

– В смысле?

– Она тоже модель! Но номер два.

– То есть?

– Стоит на одну ступень ниже Буфетовой.

– Каким же образом они в таком случае дружат? Разве соперничество не мешает им?

– Откуда мне знать, что у Гордеевой в душе? Может, у неё там кошки скребут. Но виду она не показывает. И размолвок между ними нет, – уныло произнесла Рая.

– А вы не могли бы дать мне номер телефона Риты Гордеевой?

– Легко! – ответила девушка и продиктовала ей номер мобильника Гордеевой, который детектив тотчас же запомнила.

– Только я сомневаюсь, – недовольно промямлила Снегирёва.

– В чём именно?

– В том, что подруги Матрёшки скажут вам правду! Те ещё вертихвостки! – вырвалось с нескрываемой обидой у Снегирёвой.

«Непонятно, чем Матрона и две другие девушки могли обидеть её. Скорее это просто зависть. Неужели причиной всему банальные веснушки? Кстати, некоторым девушкам они очень даже идут».

– Куда вас подвезти? – спросила Мирослава, повернувшись к девушке.

– Высадите меня здесь! Я вернусь пешком. Не нужно, чтобы нас видели вместе.

– Конечно, – согласно кивнула Мирослава, скрывая иронию в уголках губ. И спросила: – Сколько я должна вам за информацию?

– Нисколько! – гордо ответила Раиса.

Глава 11

Мирослава надеялась спокойно пообедать в компании Мориса и кота, поделиться с Миндаугасом добытой ею информацией и выслушать его мнение. Заодно узнать, что удалось выудить ему из соцсетей.

Но не тут-то было! Планы мирного времяпрепровождения спутал друг детства Шурочка Наполеонов.

Колебания атмосферы в доме она почувствовала, едва переступив порог. Морис вместо того, чтобы спокойно ожидать её, почитывая в кресле какой-нибудь сборник стихов, развил бурную деятельность на кухне.

– Ты чего? – удивлённо спросила она.

– Обед готовлю!

– Зачем? У нас же ещё что-то осталось от вчерашнего ужина. Кажется, тушённая с овощами рыба. Мы бы вполне этим обошлись.

– Мы да, – вздохнул Морис, – но звонил Шура.

– Приедет вечером?

– В том-то и дело, что обещал нагрянуть на обед!

– Чего это на него нашло? – удивилась Мирослава.

– Понятия не имею!

– Он не объяснил?

– Когда это Шура что-либо объяснял?!

– Ну и ладно, – сказала Мирослава. – А ты зря так балуешь его! Наделали бы бутербродов!

– Всухомятку есть вредно, – изрёк Морис поучительно, – тем более в обед.

– Миндаугас! Тебе не надоело быть таким правильным?

– Нет! – отрезал он.

– Ну и мучайся тогда! – Взмахнув рукой, Мирослава ушла из кухни, но спустя пятнадцать минут вернулась, благоухая лавандовым мылом. – Помочь?

– Не надо, сам справлюсь!

– Тоже мне, представитель маленького, но гордого народа, – фыркнула она.

– Не надо, – попросил он печально.

– Извини, больше не буду. Но давай я всё-таки что-нибудь сделаю.

– Хорошо, если не трудно, начистите картошку. Я её уже вымыл.

– И не лень?

– Что не лень? – не пронял он.

– Мыть картошку!

Он бросил на неё укоризненный взгляд своих проникновенных серо-голубых глаз.

И она пояснила снисходительно:

– На ней же не кочки грязи! Можно было почистить так, как есть, а потом помыть.

– Я привык чистить чистую картошку.

– Знаю, знаю, – отмахнулась она, – а мне всё равно, какую.

После этого воцарилось молчание, и они каждый занялись своим делом.

Когда на сковороде прожаривались котлеты, из сада явился Дон и стал тереться о ноги Мориса, громко мурлыча и стараясь поймать его взгляд своими глазами цвета жёлтого янтаря.

– Подожди немного, – ласково проговорил Морис, – скоро будут готовы.

Кот понял его и, запрыгнув на подоконник, погрузился в терпеливое ожидание.

– Я надеялась сразу после обеда поговорить с тобой, – вздохнула Мирослава, бросая в тазик последнюю очищенную картошку.

– Так и поговорим, – отозвался он.

– Ты думаешь, что Шура не насовсем приехал?

– В смысле – насовсем? – встревожился Морис.

Мирослава невольно улыбнулась.

– Я имела в виду, что не с ночевкой?

– Нет, он обронил что-то о том, что на вечер у него много работы.

– Ага, – кивнула она, – значит, поест и уедет.

– Может, передохнёт чуток.

– Как же без этого, – согласилась Мирослава.

Морис снял со сковороды первые поджарившиеся котлеты, одну из них тотчас отложил на тарелку и разрезал на мелкие