На шестом этаже мужчин нет - Наталья Вячеславовна Андреева

На сем и разошлись.

Дома Снегин открыл ноут и завел файл, обозначенный как «Дипломная работа по криминальному профайлингу». После чего, отчаянно зевая, попытался набить текст:

«Этап первый: сбор сведений о совершенном деянии. Улик, свидетельских показаний, протоколов сотрудников полиции…»

Этот этап Снегин сегодня добросовестно отработал. Протокол с чистой совестью загрузил. Поскольку ставки профайлера пока нет, и сотрудник полиции – это сам Евгений Юрьевич Снегин. Ну не бред? А куда деваться. Криминалистов напряг, консультацию получил. Какой же он молодец, этот Евгений Юрьевич! Надо будет отметить его, как ценного и ответственного сотрудника криминальной полиции. Чтобы материально поощрили.

И можно переходить ко второму этапу: определение типа и обстоятельств совершения преступления, мотивов, риска жертвы.

Психологический портрет жертвы. Поскольку Басова вполне могла быть жертвой. Если убийство. Обязательно надо составить.

В этом поможет айфон Варвары. Который Снегин, не выдержав напора сообщений, поставил на виброзвонок. Читать все это сегодня сил уже не было. Работа – в рабочее время. А должно быть и личное.

«Вот завтра и начну, – подумал Снегин. – С маникюра».

Потому что сотрудники салонов красоты, особенно элитных должны быть хорошими психологами. Ну и в ЖЭК после этого – про альпинистов узнать.

И он с чистой совестью выключил ноутбук.

Двадцать первый этаж

Вторник как-то сразу не задался. Москва будто меховую шапку нахлобучила, причем, по самые брови. Тучи навалились густые и пышные, как мех чернобурки, а из-под них выросла седая борода тумана. Да еще и дождик обозначился.

По дороге на работу забрызганный осадками Снегин усиленно старался составить психологический портрет Варвары Басовой посредством ее айфона. Пытался читать переписку в месенджере. Но со всех сторон толкали, напирали, недовольно сопели, да еще маргинал затесался в вагон.

Этих-то какого черта носит по метро с раннего утра? Они же дети мира и цветы жизни, вольный ветер в спину. Дрыхните хоть до обеда, гуляйте по крышам и не лезьте в места скопления людей рабочих.

Маргинал был навязчивый, всем пытался улыбаться, и запах от него тоже был навязчивый.

«Если он начнет и до меня докапываться, достану удостоверение, – решил Сегин. – Ну, невозможно так работать!»

К счастью двери открылись, и Снегин из вагона вышел, оставив маргинала на растерзание тем, кто ехал до конечной. Или их на растерзание ему. Как дело пойдет. Но потом проснулась совесть, и Снегин подошел к двум полицейским с одной собакой. Которые искали террористов.

– Добрый день, – вежливость, прежде всего. Но собака все равно напряглась. Тоже, видать, окончила курсы профайлеров. Нестандартное поведение это звоночек. А Снегин сам подошел к собаке. – Я из полиции, – он достал удостоверение и задумался: кому?

Потому что пока реагировала только собака. Ее сопровождающие зырили в толпу, усиленно хмуря брови.

– Вам чего, гражданин? – спросил, наконец, тот, что младше. В погонах сержанта.

– Тут у вас маргинал бродит. В дредах. Вы бы его на дурь проверили. Утро, а он улыбается всем. Мерчи какие-то пытается всучить. Пахнет неприятно.

– Есть, товарищ капитан! – пробило-таки. – Только она у нас на взрывчатку натасканная, – сержант с сожалением посмотрел на собаку.

– Маргинал-то этого не знает, – резонно заметил Снегин.

И пошел своей дорогой. Гражданский долг он выполнил. Варин телефон сотрясал карман джинсовки непрерывно. Кто-то упорно домогался девушку. Антон, должно быть. Который еще не знал, что Вари больше нет в живых.

Мобильник потерпевшей Снегин выложил на рабочий стол, и только собрался всерьез заняться Вариной перепиской, как блямкнул собственный аппарат.

«Вы сегодня записана на маникюр, – предупредили Снегина из элитного салона. – Записью можно управлять по ссылке…»

Он добросовестно поставил + и для убедительности приписал: «все в силе». После чего отправился к начальству на доклад. Поставить в известность о том, что офицер криминальной полиции Снегин Е.Ю. в период с десяти до одиннадцати часов утра будет на маникюре. Варин айфон остался лежать на столе. Не таскать же с собой: отвлекает. Причем, постоянно.

– Ну, Евгений, как у нас дела? – майор выразительно щелкнул мышкой. Эти базы, видать, были слиты. – Я про вчерашнее происшествие. Разобрался?

– Да когда ж я успел!

– Ты это… не тяни. Работы завались, несмотря на то, что лето.

– Есть. Вот, на маникюр записался. Мне к десяти.

– Снегин, ты в конец охамел! Мало того, что играешь в бильярд, как и не российский офицер вовсе, но маникюр в рабочее время?! Явно перебор.

Мышка сердито щелкнула, видимо, нацелившись на папку с личным делом Снегина, занести туда порицание, и он надулся:

– Я важную свидетельницу иду допрашивать! И потерпевшая, и одна из подозреваемых были клиентками этого салона красоты. Мне надо местные сплетни собрать. Ну и алиби Селезневой проверить. Это работа, между прочим. Ответственная. Да еще и диплом напишу по профайлингу, – добавил Снегин для весомости. – Отчитаетесь за ваши курсы.

– Тогда иди. Но ты это… будь на связи.

– А как же. Водителя с машиной дадите? – на этот раз и в самом деле по-хамски спросил он.

– Бесплатный проезд тебе в помощь. Молодой еще, к тому же борзый. Иди, работай.

И он опять потопал к метро. У входа знакомая собака прессовала знакомого маргинала. Обнюхивала его и выразительно виляла хвостом. Снегин отметил достойную работу патрульно-постовой службы. Быстро они его. Хотя: повсюду же камеры. Это нейросеть отловила маргинала, ну и собака.

Полицейские-то даже Снегина не узнали, хоть он и вел себя сегодня нестандартно. А вот собака приветливо гавкнула.

– Ваши документы, – шагнул к Снегину давешний сержант. Видать не понимающий собачьего языка.

– Вы их уже сегодня видели. Вот как можно работать в полиции с такой отвратительной зрительной памятью?

– Борзый, да? Поговори мне! Так… Снегин. Евгений Юрьевич… Извините, товарищ капитан, – сержант взял под козырек. Но вдруг спохватился: – А вы чего туда-сюда катаетесь? – он принялся чуть ли не обнюхивать снегинское удостоверение. Не подделка ли?

А что? Нейросети все могут. Даже прикинуться лучшим другом, будучи на самом деле фейком, и попросить тыщ сто взаймы. Сейчас никому и ничему нельзя верить. Тем более бумажкам.

– Работа у меня такая, – Снегин уже понял, что напрасно сделал замечание сержанту. Еще одно очко за нестандартное поведение. – Документы верни. Можешь по базе пробить. Только у меня времени нет.

– Зато у нас есть, – подключился второй патрульный.

«Не делай людям добра, не получишь зла», – злился через полчаса Снегин, опаздывая на маникюр.

Вот вам выразительная иллюстрация к профайлингу! Сотрудник полиции не смог пройти мимо подозрительно типа, и в итоге в подозрительные типы угодил сам! Извинились, конечно, и даже поржали. Но время-то потеряно!

– Здравствуйте! – проорал Снегин, влетая в