Ночной гость - Хизер Гуденкауф

хотела видеть, чья это ладонь, но она и так знала. Отец. Ей не хотелось смотреть, во что он превратился, и все же она пошла вперед. Тусклый блеск золотого кольца мигнул на пальце.

Джози с дрожью перевела дыхание и заглянула в дверной проем. Лицо отца исчезло. Вместо него виднелась неразличимая масса крови, костей и плоти. Крик застрял у Джози в горле, она повернулась и ринулась наружу. И почувствовала, как ее голая ступня задела ладонь отца. В ужасе Джози сбежала вниз по ступенькам, едва касаясь их ногами. Распахнула входную дверь, выскочила навстречу безжалостному солнечному свету и помчалась со всех ног.

* * *

В полвосьмого утра Мэтью Эллис направлялся к дочери и зятю на их ферму в миле от его дома по улице Медоу. Он планировать заехать к ним по пути в город, где собирался встретиться со старыми друзьями и выпить кофейку.

Мэтью увидел, как по дороге метрах в ста впереди мечется фигура. Из-за отблесков солнца на асфальте Мэтью сначала решил, что это олень, задетый машиной.

Подъехав ближе, он понял, что ошибся. Израненная окровавленная фигура оказалась не животным, а человеком, который, скрючившись от боли, шатался от одного края дороги к другому.

Мэтью позже сказал следователям, что «это напоминало встречу с зомби, как в каком-нибудь старом фильме. Глаза у нее были пустые, и сердце у меня чуть не остановилось, когда я увидел, кто это».

Если Джози и заметила приближающийся пикап, то никак не отреагировала. Ее дед припарковал машину на обочине и выскочил наружу.

– Джози! – воскликнул он. – Что случилось? Что ты делаешь?

Джози словно не слышала его и продолжала, пошатываясь, брести дальше. Не зная, что делать, Мэтью схватил ее за плечи и повернул лицом к себе.

– Джози, – повторил он, глядя в красные блуждающие глаза внучки, – что случилось? Куда ты идешь?

– К твоему дому, – выдавила внучка.

Странный ответ, подумал Мэтью, ведь она двигалась в противоположном направлении. Рука у девочки распухла и была покрыта запекшейся кровью, а ноги усеивали бесчисленные царапины. Эллис отвел Джози к пикапу и помог ей залезть в кабину.

– Что случилось, Кыш? – спросил он, назвав Джози шутливым прозвищем, которое дал ей, когда та была совсем малышкой и повсюду хвостиком ходила за ним. «Кыш, муха, кыш», – поддразнивал он внучку, а та хихикала и жужжала. – Что случилось? – спросил Мэтью встревоженно. – Авария?

– Я решил, что произошла какая-то авария, – рассказывал он помощнику шерифа, когда тот прибыл на место преступления. – Это единственное, что пришло мне тогда в голову. Дочь с мужем и детьми собирались рано утром ехать на ярмарку. И должны были уже находиться в дороге. Я решил отвезти Джози к ним домой. И никак не думал, что найду там такое.

Мэтью и Джози подъехали и припарковались на въезде возле пикапа зятя марки «шеви» и минивэна Линн. Отсутствовал только грузовик Итана.

Эллис снова оглядел внучку. Щеки ее покрывала сыпь, волосы спутались в нечесаный комок, глаза распухли, и на белках виднелись красные ниточки лопнувших сосудов, как от долгих рыданий. Она была грязная и босая, а ноги словно кто-то исхлестал хлыстом. Осмотрев пристальнее ее руку, Мэтью сглотнул ком в горле. Он уже видел такие раны.

– Джози, что у тебя с рукой? – спросил Мэтью.

Джози заставила себя открыть глаза и посмотрела на руку. Она распухла, и в ней виднелась выемка размером с мяч для гольфа в том месте, где пуля прорвала кожу.

Несмотря на жару, Джози начало трясти.

– Где все? – спросил ее дед.

Девочка посмотрела на окна второго этажа.

– Они наверху? – уточнил Мэтью, и голос его задрожал от страха. Джози кивнула. – Нужно позвать на помощь?

Джози снова кивнула, потом отвернулась и прислонила голову к окну машины.

Мэтью вышел из пикапа. Во дворе было тихо, только потрескивал остывающий мотор.

– Сиди здесь, – сказал Эллис внучке и пошел к задней двери дома.

Он вошел в дом, отворив дверную решетку, та скрипнула и громко захлопнулась за ним. Джози крепко зажмурилась, словно пыталась защитить деда от того, что ему предстояло увидеть.

И даже зажав уши, девочка слышала его сдавленный крик, топот ног вниз по лестнице и грохот резко распахнутой задней двери. Слышала, как дед ловил ртом воздух, пытаясь наполнить им легкие, а потом противный звук приступов рвоты и льющейся на землю жидкости.

Отчаянные крики Мэтью наполнили воздух, и Джози попыталась крепче зажать уши, чтобы их не слышать, но это не помогло.

Деб Каттер, работавшая у себя во дворе, в миле от их дома, позже показала, что услышала вопли. Она оторвалась от прополки грядок. Вопли не прекращались, и она решила, что воет раненое животное. И сказала себе: хорошо бы кто-то сжалился над ним и прекратил его страдания. Испугавшись, Деб собрала простыни, висевшие на веревке для белья, и отнесла в дом.

Постепенно крики Мэтью превратились в тихие причитания и наконец смолкли. Джози вспомнила, что снова услышала скрип задней двери. «Неужели дедушка опять пошел в дом? Зачем? – удивилась она. – Зачем ему это делать?»

Мэтью пробыл в доме недолго. Джози услышала, как отворилась дверца пикапа и мягко щелкнула, закрываясь, после того как дед залез назад в кабину. Она осмелилась взглянуть на него. Он сидел сгорбившись, наклонив голову, а его обветренные руки с темными пигментными пятнышками крепко сжимали руль. Они сидели так довольно долго, а температура в кабине росла с каждой секундой.

Вдалеке раздался слабый, но непрерывный вой. Сирены. Помощь была в пути.

– Кыш, – прохрипел Мэтью, – что здесь произошло? – Он поднял голову, и его покрасневшие глаза встретились с глазами внучки.

– Думаю, они мертвы, – прошептала Джози. – Ты нашел Итана и Бекки?

– Нет, только твоих… – Голос старика дрогнул, а пальцы не переставали трястись.

– Я выпустила руку Бекки, – сказала Джози, словно в оцепенении. – Мне очень жаль, я не хотела ее бросать.

Сирены приближались.

– Пора выходить, – сказал Мэтью и отворил дверцу кабины. Вой сирен достиг пика и затем резко смолк. Две полицейские машины округа Блейк появились на въезде возле дома и припарковались.

– Оставайся возле меня, Кыш, – велел дед Джози.

Девочка вцепилась в шлевку для ремня на его брюках, наблюдая, как двое мужчин вылезают из полицейских машин, вынув пистолет из кобуры. Выйдя на открытое пространство, Мэтью поднял руки вверх.

– Они наверху, – кивнул он в сторону дома. – Их застрелили.

Глава пятнадцатая

Малышка сидела на полу, а мама заплетала ей косы.

– Когда я была маленькая, у меня были такие же волосы, – сказала мама. – Моя мама делала мне «колосок», но я так и не научилась плести такую косу.

Девочка любила слушать рассказы о мамином детстве, но это случалось редко. Мамины родители умерли, и она грустила, вспоминая о них. Поэтому, когда речь заходила о них, девочка смаковала каждое услышанное слово.

Она как раз собиралась спросить, что такое «колосок», и тут мама вдруг тихо застонала.

– Что случилось? – спросила девочка, оборачиваясь. Мама стояла покачиваясь. Яркое красное пятно расплылось у нее между ног, и кровь струилась по внутренней стороне бедер.

– Ребенок, – пробормотала мама и, пошатываясь, пошла в ванную.

– Она хочет выйти? – спросила девочка, уверенная в том, что у нее будет сестра.

– Слишком рано, – мама вскрикнула, сняв шорты, и потом захлопнула дверь ванной.

Девочка стояла с другой стороны двери и слушала, как мама завывает и стонет. Это было громко, слишком громко. Девочка с тревогой смотрела на дверь наверху над ступеньками и надеялась, что мамины крики не потревожат отца.