Магазин для киллеров. Том 1 - Джиён Кан

Это была громоздкая мебель на черном металлическом каркасе, купленная без учета моих пожеланий. Вероятно, дядя напичкал все камерами и подслушивающими устройствами и заранее расставил их так, чтобы я ничего не заметила.

– Дядя, я собираю вещи, мне не до тебя. Говорю же, я слишком занята, чтобы играть с тобой в пистолетики.

– Если это из-за мебели, перестань злиться. Самое главное, что она крепкая. Она сделана из стали, которую не пробить ничем, разве что пулеметом, поэтому в случае чего ты сможешь за ней спрятаться. Хватит дуться, лучше подойди и возьми пистолет.

Я прекрасно знала, что дядя был человеком исключительно терпеливым и настойчивым. Чтобы выставить его из комнаты, мне пришлось сначала взять у него пистолет, вытерев руки влажной салфеткой.

– Сначала нужно выровнять линию прицеливания. Вот мушка, а это прицел, и они всегда должны быть параллельны. Направь прицел на человека, которого хочешь застрелить. А вот триггер, или спусковой крючок. Положи на него палец. Поскольку пальцы у тебя короткие, при выстреле дуло может отвести вправо. Поэтому тебе нужно схватить его хорошенько и удерживать обеими руками, чтобы рамка не сдвинулась. Правильно, молодец. Одного нажатия на спусковой крючок недостаточно, чтобы вылетела пуля. Если потянуть вот так, в какой-то момент он застревает. И если потянуть еще немного, боек освободится. Так, давай попробуем еще раз. Потяни ползунок…

Я впервые видела дядю таким серьезным и увлеченным. Терминология была мне незнакомой, пальцы болели, но я не посмела сказать, что хочу закончить.

– Эй, почему верхняя половина твоего тела все время кренится назад? Так ты не сможешь контролировать отдачу!

– Так, скажи мне, почему я должна это делать?! – взорвалась я, больше не в силах сдерживать раздражение.

– У меня есть только один день, сегодняшний. Завтра у тебя появится свой дом и ты познакомишься с новыми людьми. Но меня там не будет. Потому что я останусь здесь. Может, дать тебе перочинный нож? Или перцовый баллончик? Настоящих мерзавцев таким не напугать. Неужели мне нужно тебе на пальцах объяснять, что даже просто правильная стойка поможет выиграть время?

В обычной ситуации я бы ущипнула дядю за толстое предплечье и выставила из комнаты. Но, взглянув на него внизу вверх, я заметила, что его лицо стало вдруг холодным и отстраненным, и это привело меня в замешательство.

– Дядя, я уезжаю в университет, а не в армию. Стрельба из оружия? Это, конечно, полезный навык. Но мы в Корее. Было бы практичнее научить меня торговаться на рынке или чистить картошку. Я выбрала специальность, как ты хотел, и согласилась жить в окружении громоздкой до безобразия мебели. Ну и что, что я уезжаю в Сеул, я буду возвращаться на каникулы и на праздники. А еще в годовщину смерти родителей и на Рождество. Просто позволь мне жить одной. Я справлюсь.

В ответ на мои слова дядя горько улыбнулся:

– Да, ты, как всегда, права.

На следующий день мы, неловко обнявшись, расстались. Даже распаковав вещи в съемной квартире и положив муляж пистолета под кровать, я ни капли не пожалела о сказанных в тот день словах.

– Тебе никогда не хотелось кого-то убить?

Чонмин подошел ко мне, шевеля пальцем у спускового крючка.

– Сам же знаешь. Я убила немало людей, даже не подозревая об этом. А тебе?

– А в моем списке пятьдесят два человека.

Он сказал, что их даже не пятьдесят, а ровно пятьдесят два – значит, он действительно их пересчитывал.

– Так много?

Чонмин положил пистолет на пустой стул, направился к ноутбуку, вывел на экран монитора свою страничку в соцсети и залогинился. Он не писал постов, но был подписан на несколько сотен человек.

– Этот парень плюнул мне в еду. Слышал, сейчас он в армии. А эта девушка учится на курс старше, но она меня игнорирует, что на вечеринке, что в групповом чате. Причем она демонстративно не замечает только мои слова. Все ее фотографии отфотошоплены, а на самом деле она жирная свинья. Ты же знаешь Минсу, верно? О, Минсу… Это из-за него я не смог ходить в местную школу. Помнишь, мама этого гаденыша была нашим классным руководителем в первом классе? Так вот, она пустила среди родителей слух о том, что я носитель гепатита, и от меня все отвернулись. А вот этот парень в зале для занятий тхэквондо…

– Пэ Чонмин, так это ты тот социопат из общежития?

Если он уже был носителем вируса в начальной школе, история о заражении в общежитии превращалась в ложь. Похоже, он рассказал о своем же поступке так, словно сам был пострадавшим. Чонмин, объяснявший, на какие аккаунты он подписался, обернулся и холодно взглянул на меня. Я взяла лежавший на стуле пистолет и прицелилась в него.

– Джиан, ты чего? – спросил Чонмин, поднимая обе руки и моргая с притворным удивлением.

– Я больше не могу тебе доверять. Ты ведь все снимаешь на скрытую камеру. В твоей ручке на груди.

Я осторожно и медленно отступила назад. Чонмин вытащил ручку из кармана рубашки.

– Я подобрал ее, кажется, на той неделе в кафе быстрого питания. Выглядит как обычная шариковая ручка, а что? С ней что-то не так? Не волнуйся. Я отдам ее тебе.

Чонмин, слабо улыбаясь, направился ко мне.

– Нажму я на курок или нет, зависит от тебя. Скажи, с какой целью ты пришел в наш дом?

Споткнувшись о деревянный ящик на полу, я потеряла равновесие, но не упала. Я почувствовала, как волна обжигающего жара прилила к голове, словно в нее вонзились десятки тысяч иголок.

– Сама же знаешь, я пришел поддержать тебя. А что? Боишься, что я могу тебе навредить?

В ту же секунду Чонмин бросился на меня. Я должна была нажать на спусковой крючок, но утратила самообладание. Руки ослабли – я упустила момент. Чтобы он не успел меня схватить, пришлось бежать. Я изо всех сил неслась между стальными полками, чувствуя дыхание Чонмина прямо за спиной. Мне страшно хотелось оглянуться, но терять времени было нельзя. Я схватилась за ручку двери склада и изо всех сил повернула ее. В тот же миг пуля с ужасающей скоростью просвистела рядом с моим виском, кто-то снаружи потянул меня за руку, Чонмин коротко вскрикнул – и дверь захлопнулась.

– Я попала ему в плечо. Джиан, ты сильно испугалась, да?

Наружу меня вытянула Минхе. Все ее тело было мокрым от крови, мочка уха оторвана, на бедре глубокий порез.

– А… Прости. За то, что случилось ранее…

Едва увидев Минхе, я почувствовала жгучее раскаяние за то,