Блеск - Александр Варго

им рукой. — Что бы это все значило?

Ответ на этот вопрос был получен быстро. В кабинете, куда Серкана проводил Синицын, уже сидела Анна. Сдвинув коленки, она положила руки на сумочку и невинным взглядом посматривала на Василия, который восседал за столом.

— Вероятно, мне следовало бы пригласить с собой адвоката? — полюбопытствовал Серкан, усаживаясь на свободный стул.

— Ну, пока что в этом нет необходимости, это просто беседа, — сказал Василий. Его темные глаза буравили турка, словно пытаясь просканировать его мозг, и в какой-то момент Серкан почувствовал себя неуютно.

— Если можно, побыстрее, — сказал он, миролюбиво улыбаясь. — Меня ждут дела.

— А вообще вы классно придумали, — вдруг заговорил Василий. — До меня даже не сразу дошло, как изящно вы всех развели.

Улыбка на губах турка померкла, и он взглянул на Синицына:

— Может, уже перестанете говорить загадками?

— Полиция считает, что мы специально с вами сговорились, — неожиданно подала голос Анна. — И подстроили ограбление.

Серкану показалось, что стул под ним зашатался.

— С кем, с ней сговорились?! — возмутился он.

— А можно чуть меньше презрения? — спокойно ответила Иванушкина.

Василий выдвинул ящик из тумбочки и, вынув оттуда колье, положил его на стол.

— Но самое интересное даже не это… — сказал он, продолжая сверлить глазами замершего султана.

— Весь цимес в том, что мы нашли эксперта, который оценивал ваши украшения перед выставкой. И знаете что?

— Что? — хрипловатым от волнения голосом спросил Серкан.

— Он признался, что ему заплатили, — сообщил Василий, глядя на турка в упор. — За то, чтобы он подписал все нужные бумаги. А на самом деле в коллекции нет ни одной подлинной вещи. Вот так.

В кабинете повисла вязкая пауза.

Пока Серкан лихорадочно собирался с мыслями для достойного ответа, помощь пришла откуда он ее совершенно не ждал.

— Конечно, ни одной подлинной вещи в этой коллекции нет, — внезапно сказала Анна. — Они же все сгорели! И вы должны были об этом знать.

Полицейские изумленно вытаращились на девушку.

— Ну, сами погуглите, — продолжала она уверенным тоном. — Эрмитаж, 1837 год. Тогда произошел грандиозный пожар, в котором было потеряно много произведений искусств. В том числе и коллекция Дома Османов. Но остались рисунки, и по ним часть украшений удалось восстановить…

— Откуда ты все знаешь? — с подозрением спросил Синицын.

— Меня всегда интересовала история любимого города, — с достоинством ответила Анна. — И вообще…

— Ни на какую страховку я не рассчитывал, вот что хочет сказать юная леди, — подхватил Серкан.

— А кто же тогда заплатил эксперту? — нахмурился Василий. Иванушкина, не моргнув глазом, выдала ответ:

— Бельская, конечно же. Это вполне в ее духе.

Выйдя за пределы полицейского участка, Серкан вздохнул полной грудью:

— Признаюсь, не очень хорошие впечатления после такой беседы…

— Да уж, — неопределенно ответила Анна. Сняв резинку с волос, она распустила их, слегка тряхнув головой.

— А вы ничего, соображаете, — похвалил турок. — Не знаю, зачем вам понадобилось мне помогать, но в любом случае спасибо.

— За «спасибо» штаны не сошьешь.

Серкан рассмеялся, но Анна лишь улыбнулась краем рта.

— А я, кажется, знаю, как решить вашу проблему с Петергофом.

Заметив изумленный взгляд султана, она продолжила:

— Думаете, это тайна под семью замками? Бросьте. У меня есть кое-какая информация и предложения, как решить эту задачу.

— Очень интересно, — протянул Серкан.

— Слушайте, вы не хотите меня на обед пригласить? — бесцеремонно спросила Иванушкина. — Там, в располагающей к беседе обстановке, и пообщаемся.

Серкан вздохнул:

— Я уже понял, что от вас так просто не избавишься.

Спустя пятнадцать минут они уже сидели в небольшом уютном ресторане. Анна, ничуть не стесняясь, заказала едва ли не половину того, что было перечислено в меню. Себе же Серкан попросил принести только зеленый чай.

— А вы довольно прожорливы, — заметил он, глядя, с какой скоростью его новая знакомая поглощает блюда. Стол уже был вовсю заставлен тарелками со всевозможной снедью — стейк, бургер на черной булочке, два салата, буррата с томатами…

— Надо пользоваться моментом, я ж теперь не работаю, — пояснила Анна. — Вдруг это мой последний в жизни выход в ресторан.

Видя, как официант несет еще одну тарелку, она с удовлетворением кивнула:

— Отлично, обожаю батат.

— Итак, я вас слушаю, Анна.

— Деньги — вперед, — тоном, не терпящим возражений, потребовала она.

— У меня есть предложение получше, — после небольшой паузы сказал Серкан. — Раз вы такая умная и полезная, работайте на меня. Будете получать процент с каждого дела.

Иванушкина скривилась, словно среди вкусных корнеплодов батата ей попалась долька лайма:

— Работать — это слишком долго… Мне деньги сейчас нужны. Четырнадцать миллионов.

— Хорошо. Как насчет кредита? — предложил Серкан. — И у вас будет интересная работа. Это же лучше, чем за копейки в агентстве Бельской пахать.

Анна вытерла губы салфеткой:

— Почему я должна вам верить? Я вам все расскажу, а вы меня кинете.

— Ну, я султан все-таки, — с оскорбленным видом сказал турок. — А не какой-то мелкий вор.

— Ладно, — поразмыслив, проговорила Анна. — Придется вам довериться… В общем, Бельская и Ковалевич раньше подругами были. И Ковалевич у моей бывшей начальницы когда-то давным-давно парня увела. Они даже подрались, когда Бельская их застукала при интиме. Это они в лицо друг другу улыбаются, а сами ненавидят друг друга. И теперь Бельская организует вам эти смотрины, а дочери Ковалевич даже в списках нет.

— Понятно, — кивнул Серкан. — У меня ведь было предчувствие…

— Так что вам выбирать, — сказала Анна, делая глоток вишневого сока. — Вариант первый — Бельская и нет Петергофа. Вариант второй — нет Бельской, дочь Ковалевич в списках, зато Петергоф в вашем распоряжении. Не представляю, конечно, как вы смените организатора в последний момент… Истерика ведь до неба будет.

— Это точно, — согласился Серкан.

— Но! — Иванушкина подняла указательный палец. — Можно сделать так, чтобы Бельская сама от вас отказалась. Хотя это и немного жестоко по отношению к ней…

— Ну-ка, ну-ка, — подался вперед Серкан.

— Ковалевич только спит и видит, как бы насолить Бельской. И этот план просто шикарный. Вы уламываете Ковалевич на свидание, подготовив для этого номер в отеле. Параллельно намекаете Бельской, что ждете ее в апартаментах — например, отсылаете ей фото с разобранной кроватью, вокруг свечи… Она, естественно, клюет на эту наживку, спешит к вам, а там — опа! Вы с Аллой в непристойном виде. Шах и мат.

Щеки Серкана покрылись легким румянцем.

— Осталось только затащить в постель Ковалевич, — сказал он задумчиво.

— Полагаю, как только она узнает, что таким образом можно припомнить своей сопернице прошлые обиды, то немедленно согласится.

— Сказать, что я ошарашен вашей идеей, значит, ничего не сказать, — признался Серкан. — Но рациональное зерно в