Убийство на корпоративе - Джейн Кристи

перешептывания. – Такая красивая песня, давай потанцуем?

У Наташи перехватило дыхание. Никто в зале не танцевал, а ей, новенькой, предлагал выйти и на глазах у всех танцевать под медленную романтическую песню сам Горан Вукович! Но разве можно было отказать, когда он так нежно глядел ей в глаза? Отказ, казалось, уничтожил бы его! И вот они закружились в танце. Все взгляды обратились к ним словно по взмаху волшебной палочки. Оба собственника компании, Лиз Перкинс – все с изумлением и интересом следили, как они двигались в такт песни Брайана Адамса.

В это самое время Джейн удалилась в туалет, чтобы привести в порядок свои рыжие кудри, но на выходе столкнулась с Луиджи. Он зачем-то был в подсобке и теперь выходил из нее. Странно, но буквально за секунду до этого женщине показалось, что в подсобке разговаривали двое. Вероятно, это был телефонный звонок, иначе чей еще это мог быть голос? Раздраженность и озлобленность итальянца позабавили Джейн, и она предложила помощь, намекая на то, что он заблудился.

– Вам помочь?

– Помочь?.. О да, согласитесь потанцевать со мной?

– Я? Ну хорошо…

И вот уже две пары кружились по залу под вторую медленную песню. Казалось, музыкантам так понравилось, что на чрезмерно сухом корпоративе образовалась любовная парочка, что они намеренно продолжили выступать для них.

В это самое время Кэтти и Алекс пытали Виргенса, их руководителя, пытаясь узнать все о скандальном поступке Грега, который привел к его столь скорому увольнению. Виргенс был лысоватым добряком с большими глазами и начинающим выступать животом. Он был самым примерным семьянином из всех сотрудников, обожал своих сыновей и жалел жену, во всем ей уступал, не выгонял на работу, оплачивал все ее прихоти и капризы. Точно так же он жалел и сотрудников, прощал им гадости, слабости, недоделки, заступался даже за самых ленивых и глупых перед стервой Перкинс и Верховным, отчего даже его друзья-коллеги считали его плохим руководителем.

– Да вы поймите! – Сказал Виргенс. – У нас, может, в компании много всего неправильного. Но у Грега была зарплата намного выше любого из вас. И не по заслугам. Он работал с Китаем, новым и сложным для нас направлением, это правда. Но он ничего для этого не делал. Кто искал поставщиков, кто выискивал низкие цены? Кто проверял качество товаров? Я всем занимался. Он только заказы размещал. Конечно, раньше он получал намного больше…

– То есть у него зарплата все же упала? – Уточнила Кэтти.

Кэтти была на редкость некрасивой девушкой с непропорционально широкими скулами и узким подбородком. Все изъяны внешности она компенсировала обильным макияжем и дорогими шмотками, которые приобретала чуть ли не каждый день. В офисе она хранила двенадцать пар туфлей под разные наряды, и число это постепенно росло.

– Зарплата его упала. – Ответил Виргенс. – Но она все равно была выше вашей.

– Так и чего он сделал-то? Я, похоже, прослушал. – Перебил его Алекс.

Виргенс все это им рассказывал только потому, что доверял обоим: они давно сидели в одном кабинете и делились друг с другом порой тем, чем делиться не следовало.

– Виргенс говорит, – объяснила Кэтти, – он написал вчера вечером письмо самому Верховному!

– Да ладно!

– Да. – Сказал Виргенс. – Он там просто всех разнес, конечно, Перкинс главным образом. Но мне тоже досталось. Мы с Перкинс, видите ли, плохие руководители. Не ценим сотрудников. Не мотивируем.

– Так про Перкинс все правда! Молодец! Наконец-то хоть кто-то высказал все о нашей стерве! – Воскликнула Кэтти, и обычно завистливое лицо ее исказилось от злорадства.

– И что теперь с ним будет? – Спросил Алекс.

– Я ему звонил весь день.

– Зачем?

– Как зачем? Сказать, чтоб перестал выдумывать и выходил на работу.

– А он?

– Не берет трубку. На работу не вышел, на корпоратив не приехал. Побесится, вернется.

– Ха-ха! – Воскликнула Кэтти. – Наша мстительная Перкинс не допустит этого. Не простит она его. А кто возьмет бренд Lecker?

– Новая сотрудница.

– Наташа? Но почему? – Возмущению Кэтти не было предела. – Она что, так же долго работает здесь, как и мы с Алексом? Или чем-то лучше нас? Виргенс, ты почему допустил? Даже Луиза и та достойнее! Lecker лучший бренд компании. Я бы тоже поборолась за него.

– Решение Перкинс. А Луиза, извини, никакущий продакт менеджер. Наташа мехмат закончила. Так-то. – Пожал плечами Виргенс.

– А что насчет Тайного Санты? – Спросил Алекс. – Кэтти, можно я тебе подарок сделаю?

Кэтти посмотрела на него с осуждением: настолько не вовремя он заговорил об этом.

– Так, а я Алексу тогда! – Сказал Виргенс.

– Ну а я кому? – Спросила Кэтти. – Этой стерве новенькой сегодня достается все! Даже красавчик-богач Горан. – Кэтти с завистью посмотрела на танцующие пары.

– Давай я тебя приглашу. – Предложил Алекс. Он был невысоким, но стройным, молодым, с добрым лицом и раскосыми глазами.

– Не надо, пойду лучше с Марком и немцем пообщаюсь.

– Кэтти, сделай подарок Наташе! – Крикнул ей вслед Виргенс. Он шутил, как и всегда. Кэтти не оценила его чувства юмора, обернулась и, казалось, испепелила его взглядом.

Кэтти подсела за столик к Кляйнцу и стала строить ему глазки, но он невозмутимо и холодно смотрел на нее, отвечая односложно и скучно, чем еще больше испортил ей настроение. Казалось, этот черствый немец не знал, что такой момент, настроение момента, легкий флирт.

Однако Джейн недолго танцевала с по-своему привлекательным Луиджи. Он был высоким, худощавым, большеглазым, и в минуты, когда губы его не оттопыривались с недовольством, казался ранимым и чутким. Но эти минуты быстро проходили, и он вновь становился раздраженным и циничным. Луиза не выдержала, и сама рванулась к своему бывшему поставщику, которого не так давно жестоко вырвали из ее рук и впихнули в портфель новенькой Наташе. Луиза за последние месяцы скинула пятнадцать килограмм и теперь выглядела как девочка, только с тонкой талией и огромным бюстом, светлыми от природы волосами, забавно состриженными в каре. Она казалась красивее и эффектнее любой из сотрудниц «Первого решения», но отчего-то Перкинс, ее верная подруга, разлюбила ее, даже посадила сегодня за стол с сервисным отделом, где Луиза умирала от скуки.

– Луиджи! – Воскликнула она и сделала жест, приглашая потанцевать. Он, казалось, был не очень рад ее приближению, но не стал отказываться. Они пошли танцевать.

Луиза весело щебетала и одаривала его улыбкой, полной восхищения, а он, казалось, сдерживал внутреннее отторжение и неприятие.

– Ты на Рождество здесь останешься или вернешься в Италию? – Спросила она.

– Конечно же, я вернусь домой.

– Будешь праздновать с семьей?

– Да, с мамой, братом и его семьей.

– А сам не