Город греха - Валентина Владимировна Гасс

— Ну да.

— Небольшой якорь с верёвкой?

— Вот дьявол! Вы хотите сказать…

— Возможно, его принесли вместе с жертвой. Якорь собирались привязать к ноге, например, и потом уже скинуть тело в воду. Тогда бы точно с концом.

— Что значит «принесли вместе с жертвой»? — недовольно нахмурился инспектор.

— По моему мнению, — сказал Эрих, — девушку убили в другом месте. На ней нет даже верхней тёплой одежды, согласитесь, гулять по ночным улицам в такую погоду без пальто, плаща или накидки может только ненормальный.

— Получается, её притащили сюда для того, чтобы скинуть в воду?

— Притащили или привезли на экипаже, если место убийства достаточно удалено.

— Проверим, — кивнул Винк.

— Опознали сразу? — уточнил Эрих, чувствуя, как проклятые капли продолжают мерзко заползать за воротник.

— Почти. В кармане девушки оказалась визитка некоего Симона ван дер Берга, кстати, вы должны знать этого никчёмного адвокатишку. Его срочно привезли сюда, благо живёт он в двух кварталах. Ну и… Оказалось, убитую зовут Эмма де Беккер. Мадемуазель высшего света с Лейдсестраат. Невеста этого самого ван дер Берга, чёрт его подери! А вовсе не проститутка, как думалось нам вначале.

— Я закончил, — сообщил Эрих, захлопывая и подхватывая правой рукой саквояж. — Остальное в полицейском управлении. Полагаю, я подъеду чуть позже.

— Как изволите, — недовольно пробурчал инспектор. — Не было печали, — в сердцах добавил он.

Эрих кивнул Винку и пошёл обратно в начало причала.

Бледный Симон всё ещё продолжал там топтаться под бдительным присмотром сержанта.

— Ну что? — тоненьким голосом нетерпеливо спросил он, стоило Эриху приблизиться.

— Вы же понимаете сами, Симон, — попытался урезонить его Эрих. — Ей уже ничем не помочь. Соболезную, но…

— Эта мразь должна получить по заслугам! — с пылкостью заявил адвокат, на его щеках проступил нездоровый румянец. — Умоляю вас!

Найдите его и… — Глаза Симона наполнились слезами. — Боже мой, — прошептал он совсем тихо и отвернулся. — Боже мой…

— Я постараюсь, не отчаивайтесь уж так. — Эрих ободряюще похлопал знакомого по плечу, помедлил несколько секунд и пошёл дальше, к кэбу, что получасом ранее выслал за ним инспектор.

Сам Эрих, хоть и не подавал виду, но пребывал сейчас в очень растрёпанных чувствах. И даже не от шокирующего вида жертвы и чудовищности жуткого преступления. В конце концов, биологу, химику и внештатному судмедэксперту главного городского управления полиции часто приходилось сталкиваться в своей практике со всякими неприятными и непотребными вещами. Но данное дело усугублялось тем, что Эрих Краузе всего каких-то семь часов назад сидел с мадемуазель Эммой де Беккер в забегаловке под названием «Голубая утка», что на улице Нювендюк, и пытался пить с ней шипучее шардоне.

Глава 2

Демоны

Заречинск, наши дни

— Да они издеваются, что ли?! — возмущённо воскликнула Элис самой себе. — Что за наваждение?

Последнее время её почему-то стали преследовать потусторонние силы. А как иначе объяснить тот факт, что четыре последних редакторских заказа из пяти оказались связаны с магией и оккультизмом?

Клиенты словно сговорились. Только Эля закончила правку скучного теологического трактата о «Деструктивных общественных организациях и некоторых религиозных группах матрицы „Экологии духа и язычества“, как ей на смену подоспел заказ от некоего адепта магических практик, который якобы корректно (!) расшифровал-таки три енохианских ключа, но не был уверен в пунктуации. Пунктуацию Элис, разумеется, поправила, но…

Она щёлкнула мышкой по тексту на экране:

«Я правлю вами, — молвил Господь Праведный, — властию, вознесённой выше тверди Гнева Небесного, в чьих руках Солнце — меч, а Луна — пламень пронзающий; кто отмерил одеяния ваши среди покрова Риз Моих, и соединил вас вместе, яко ладони рук моих. Чьи престолы озарил я огнём собрания, и украсил одеяния ваши восторгом. Для кого учредил я закон, повелевающий святыми, и передал жезл с ковчегом знания. Сверх того, возвышали вы голоса ваши и клялись в вере и покорности Тому, кто Жив, и Торжествует, у Кого нет ни истока, ни предела — и быть не может; тому, кто сияет, яко пламя, среди чертогов ваших и правит среди вас, как равновесие Справедливости и Истины. Двигайтесь посему и проявляйтесь! Откройте тайны Сотворения вашего! Будьте дружественны, ибо я жрец Бога вашего, почитатель Всевышнего!»

Причём в сопроводительном письме клиент отдельно отметил, какие слова должны начинаться с прописной буквы, сообщив, что это «категорически важно».

— …Кто сияет, яко пламя, среди чертогов ваших, — продекламировала Элис с выражением. — Ну, куда деваться-то?

Но и на этом всё не закончилось. Та самая поэтесса, давняя клиентка, что раньше присылала на правку стишата про белочек и «кОкое всё зелёное», вдруг загрузила Элю «Тёмными сонетами», общее содержание которых хорошо укладывалось в одну из присланных строф:

Померк туман в сознание моё входящий, и увидала свет, Тоннель в небытие, Безрадостный, кромешный. Смеялся глаз, подмигивал лукаво, Он Дьяволом рождён в мой разум Чёрный, сумасшедший.

Теперь же, пять минут назад на электронную почту пришло ещё одно задание, которое, собственно, и вызвало такую бурную реакцию молодой редакторессы.

Материал назывался «Международная Школа Золотого Розенкрейца. Синтез религий: от христианства до сатанизма».

Труд состоял из семидесяти пяти страниц «вордовского» текста, и заниматься им предстояло, судя по всему, не меньше недели.

Элис вздохнула и с тоской взглянула на начинающую светлеть синь за окном. Стоял зябкий март, но птицы на ветках клёна, что рос под окнами Элиной квартирки в стандартной пятиэтажке, уже иногда по-весеннему пищали, предвкушая грядущее тепло.

Эля передёрнула плечами.

Рабочего настроения определённо не чувствовалось.

Девушка ради интереса перещёлкивала страницы «Розенкрейца», произвольно натыкаясь профессиональным взглядом на кусочки текста. Где-то на середине талмуда её внимание привлекло следующее:

«Согласно Библии, демоны обладают следующими характерными свойствами:

демоны — бестелесные духи;

демонов много;

демоны организованны;

демоны обладают сверхъестественной силой;

демоны