Дублер - Анна Кейв

Нура хотела пошутить, не собирался ли он отвести её в Пиратский парк и засунуть по частям в термосумку, но вовремя прикусила язык. Этот юмор был совсем не к месту и мог только омрачить такое хорошее начало дня.

– Мне нравится, – согласилась девушка и добавила: – Только я сегодня обещала зайти к родителям, ты не против, если мы?..

– Без проблем, – не раздумывая отозвался Гоша. – Во сколько?

– После обеда в любое время. Папа сегодня выходной.

– Значит, заглянем к ним. У них на остановке всё ещё работает та кондитерская?

– Вроде бы… – неуверенно протянула Нура.

– Надо будет зайти за тортиком или чак-чаком, – решил парень. – Ну что, встаём?

Вздохнув, Нурия ещё раз потянулась, отпихивая одеяло в самый низ. Ей безумно хотелось понежиться ещё немного, не зря мама всегда называла её лежебокой.

– Ты пока иди умывайся, а я полежу ещё пять минуточек и встану, – зевнула девушка.

Гоша погладил её по щеке и усмехнулся:

– Ты ж моя соня-засоня. У тебя пять минут. Если не встанешь – вернусь из ванной и защекочу тебя.

Девушка зарделась. Парень всегда приводил подобные угрозы в исполнение, но быстро отвлекался, и дело заканчивалось утренним сексом.

Встав с дивана и подтянув синие пижамные штаны в крупную клетку, Гоша распахнул шторы, впуская в комнату больше света. Нура, поморщившись, перевернулась на другой бок и, пошарив рукой, дотянулась до смартфона. Читать новости с утра давно стало для неё привычным ритуалом.

Она бегло пробежалась взглядом по скопившимся за ночь новостям и остановилась на последнем посте о Ренате Кизнер. Поиски с собаками в Пиратском парке не привели к результату. Она открыла комментарии и удостоверилась, что больше ни в одном из них не упоминалось о «подозрительном доставщике пиццы». Комментаторы разделились на два лагеря – одни были уверены, что к исчезновению дочери приложили руку родители, вторые неустанно твердили о похищении. Закрыв вкладки, Нурия села на диване и мотнула головой, прогоняя мысли о Ренате Кизнер. В этот день ей не хотелось думать ни о ней, ни об обвинениях в адрес Гоши.

Спустя двадцать минут Нурия, стоя в одном белье у окна, выискивала взглядом прохожих, чтобы понять, в чём лучше пойти – в лёгком шифоновом платье или отдать предпочтение джинсам и рубашке поверх топа.

– Ну-ра, зай-ка! – протяжно позвал её Гоша из прихожей.

– Я иду! – крикнула девушка, переводя взгляд с компании подростков в шортах и футболках на собачницу в спортивных штанах и ветровке.

Решившись, она запрыгнула в джинсы и, на ходу натягивая рубашку, вышла к Гоше, держащему мусорный пакет. Парень выгнул бровь:

– Ты так пойдёшь?

– Ну да, а что? – Нурия поспешила надеть кроссовки.

– Там тепло, а днём вообще жарко будет. Солнце не припечёт тебя? Ты же спаришься.

Чертыхнувшись, девушка полезла в рюкзачок за смартфоном. Проверив прогноз погоды и увидев отметку в двадцать четыре градуса, которая должна была дорасти до двадцати девяти, Нурия скинула кроссовки и бросила Гоше:

– Сейчас, я быстро!

Парень вздохнул и продолжил смиренно ждать любимую. Нуре понадобилось несколько минут, чтобы переодеться в приталенное нежно-оливковое платье с короткими рукавами-бабочками. Критично осмотрев отражение в зеркале, она распустила волосы и собрала пряди у лица, закрепив их сзади заколкой в виде большого бежевого банта. Оставалось дополнить образ белыми кедами, и можно было отправляться в кофейню.

– Что ты так долго делала? – проворчал Гоша, но, рассмотрев девушку, присвистнул: – Гражданка, вы арестованы за превышение милоты. Красометр зашкаливает!

Добавив на улыбающиеся губы коралловый блеск, девушка переложила смартфон, кошелёк и несколько мелочей из рюкзачка в сумочку цвета слоновой кости.

– Можем идти, – оповестила Нурия. – Ой, подожди, я в туалет.

Взвыв, Гоша запрокинул голову и простонал:

– Девушки такие копуши!

– Парни такие нытики! – в тон ему раздался голос из туалета.

На самом деле Нура не могла назвать себя копушей. Из косметики она пользовалась только блеском и не любила делать сложные причёски. Но каким-то образом каждый раз, когда они вместе с Гошей куда-то собирались, парень одевался чуть ли не за минуту и ещё десять-пятнадцать ждал её, топчась на коврике у порога.

Когда пара добралась до кофейни около аллеи Литераторов с увядающими цветочными композициями, близилось время обеда. Нура, которая никогда не пропускала завтрак, голодным взглядом окинула витрину с немногочисленными сэндвичами и десертами в стаканчиках по типу трайфла.

– Поедим в другом месте, – шепнул ей Гоша и пояснил: – Здесь дорого и невкусно. Сама знаешь, какая еда в кофейнях.

Нурия согласно закивала, даже не думая перечить. Когда она последний раз повелась на аппетитный разрез сэндвича, оказалось, что тонюсенькая нарезка была выложена только по самому краю, салат давно пожух, а хлеб, взмокший от соуса, даже не был поджарен. А стоило это удовольствие так же, как полукилограммовая шаурма.

– Что-нибудь выбрал? – уточнила девушка, разглядывая меню на большой чёрной доске прямо за стойкой бариста.

– Попробую сырный латте? – неуверенно ответил Гоша, будто спрашивая самого себя, стоило ли оно того. – А ты?

– Я хочу попробовать кедровый чай, – загорелась Нурия.

– А кофе? Ты же не можешь без кофе по утрам?

Девушка пожала плечами и мягко улыбнулась, мудро рассудив:

– Кофе я могу выпить дома, а кедровый чай – нет.

Кивнув, Гоша встал в очередь:

– Иди пока посиди, я закажу и подойду к тебе.

С трудом отлепившись от витрины с десертами, которые манили разноцветными слоями в прозрачных стаканчиках, Нурия медленно прошлась по небольшой кофейне. Её нельзя было назвать типично студенческой – интерьер напоминал залу царских времён, цены были на том же уровне. Ни один студент – если он не из числа мажоров – не смог бы позволить себе потратить триста рублей на маленький стаканчик латте и взять на перекус бутерброд по цене пакета пирожков из кулинарии. Нурия и Гоша не были завсегдатаями подобных мест, но иногда разрешали себе такую роскошь. Например, в такой особенный день, каким был этот.

Поднявшись на второй ярус – Нура не могла назвать это полноценным этажом, скорее пристройкой под потолком, – девушка села за один из пустующих столиков и с высоты окинула взглядом кофейню. В расписных фарфоровых вазах были собраны милые букеты сухоцветов, а канделябры – пусть и с электрическими свечами, а не натуральными – придавали этому месту особый шарм. Ненавязчивая классическая музыка расслабляла и успокаивала, ограждая от городской суеты за стенами заведения.

Когда напитки были готовы, пара вышла из кофейни, постеснявшись остаться в зале. Все посетители брали кофе навынос, а сидеть в одиночестве и смущать девушку-бариста своими разговорами не хотелось ни Нуре, ни Гоше. Шептаться, чтобы не нарушать идиллию заведения, они тоже не собирались.

– Такой