Город греха - Валентина Владимировна Гасс

— Увы, таковы правила, я сожалею, но… внутрибольничный распорядок един для всех. Можете пока скрасить досуг просмотром телевизора, там есть каналы на русском. Думаю, пару дней вы сможете потерпеть.

Эля пожала плечами, на неё навалилась какая-то моральная усталость.

— Когда мы подготовим вас к выписке, — сказал Кристиан, перед тем как покинуть палату, — я сообщу Владлену, и он вас отвезёт, куда вам необходимо. Поэтому ещё раз повторяю — никаких поводов для беспокойства у вас быть не должно.

Глава 13

Лжесвидетель

Амстердам, 16 сентября 1889 года

— Госпожа… м-м-м… Сузанна. Что значит «не могла»? — искренне удивился Эрих, машинально подаваясь вперёд в кресле.

Фрау Тис некоторое время молчала и разглядывала собеседника, словно решая, стоит ли он раскрытия удивительного секрета. В конце концов, видимо, решила, что стоит.

— Просто несколькими часами ранее я лично отправила Эмму де Беккер в компании господина де Шауа с Центрального вокзала поездом до Берлина. Я лично видела, как она садилась в вагон. И как чуть позже состав отправился в путь!

— Это случилось в тот самый день? — переспросил Краузе, слегка сбитый с толку. — Вы уверены?

— Молодой человек. — Фрау Тис глянула на Эриха снисходительно. — Я ещё не добралась до маразма. Эмма в тот день уехала из Амстердама, никаких сомнений.

— Но… как тогда?

Эрих восстановил в памяти события, предшествующие его встрече с Эммой у Рейксмузеума. Накануне на приёме у бургомистра они договорились о вечернем свидании на следующий день. Получается, случились некие срочные обстоятельства, которые заставили её спешно покидать город? Это если верить госпоже Тис. Но к чему ей врать? Но Эмма же пришла на свидание, а фрау Тис столкнулась с ней в галерее!

— Если честно, я настолько удивилась, когда встретила вас в музейном зале, что повела себя бестактно, — заметила Сузанна. — Но я была несколько ошеломлена: встретить Эмму в обществе некоего незнакомого гражданина в таких обстоятельствах, согласитесь, довольно пикантно!

— Я слегка запутался, — признался Краузе. — А почему вы провожали Эмму в Берлин? Разве она не собиралась замуж за Симона?

— Всё не так просто, — пояснила Сузанна. — Поездка намечалась хоть и срочная, но в какой-то степени деловая. А я не то чтобы специально провожала Эмму, у меня, скорее, была потребность переговорить с Луисом де Шауа. И вот так вышло, что мы встретились все трое на перроне.

— Но как Эмме удалось вскорости оказаться в Рейксмузеуме? Или у неё есть сестра-близнец?

— Разумеется, нет! — Госпожа Тис поджала губы. — Такие повороты сюжета случаются только в бульварных романах. У меня пока нет точного объяснения данному феномену, но полагаю, Эмма сошла на первой же станции или, что ещё удивительнее, экстренно остановила состав.

— Но для такого демарша нужны ведь весомые основания, — задумчиво пробормотал Краузе. — А что говорит де Шауа, её спутник?

— Он ничего не говорит, так как находится, видимо, в Берлине. Я не могу с ним связаться, отправила депешу, но… по большому счёту, ведь Эмму уже не вернуть.

— Хм. — Новая информация вроде бы, по идее, должна была прояснять ситуацию, но Эрих ощущал, что она её только сильнее запутывает.

— А Симон ничего не знал об отъезде своей невесты? — спросил Краузе, морща от размышлений лоб.

— Думаю, нет. Я от природы неплохой физиономист, — сообщила Сузанна. — Последнее время, наблюдая за этой парой, я отмечала, что у них не всё гладко. Кажется, начинающий адвокат не уделял ей достаточного внимания, либо она считала, что не уделяет. Встреча Эммы с вами, уж извините, только подтверждает моё предположение.

— Хорошо, — несколько растерявшись, пробормотал Эрих. — Простите за дерзость, но зачем вы следили за нами на следующий день в «Голубой утке»? И что там, в конце концов, приключилось?

— Прошу прощения, где следила? — Госпожа Тис вовсе не казалась взволнованной, чего мог ожидать Краузе, задавая этот вопрос в лоб.

— В «Голубой утке». Это непритязательный кабачок на улице Нювендюк, — пояснил Эрих.

— Впервые слышу о таком, — слегка надменно заявила Сузанна. — И уверяю вас, что никогда там не была! К тому же я разве оставляю впечатление человека, способного опуститься до унижающей меня слежки?

— Нет, но… — Краузе хотел было продолжить «вас там видели», намекая на свидетеля драки, но осёкся, а вместо этого спросил: — То есть вы после выставки мадемуазель де Беккер больше не встречали?

— Точно так! Я и о той случайной встрече думать забыла, если бы не… произошедшее.

— Вы уверены?

— Молодой человек, вы меня в чём-то подозреваете?

— Упаси бог. — Эрих даже замахал руками. — Ни в коем случае! Просто хочу разобраться, простите, если чем-то вас оскорбил.

— Нет, к счастью, не оскорбили. Я не меньше вашего заинтересована в справедливости наказания негодяев!

— Негодяев?

— А как их ещё можно назвать?! — возмущённо вопросила Сузанна, сверкая глазами.

— Нет, просто мне интересно, почему вы решили, что их было несколько?

— Потому что сомневаюсь, что настолько кровавое преступление можно совершить в одиночку, — пояснила фрау Тис не моргнув глазом.

«Кто-то из свидетелей говорит неправду, — размышлял Эрих, трясясь на сиденье кеба, передвигающегося по не самой гладкой дороге обратного пути. — Но вот в чём загвоздка: формулу презумпции „моё слово против твоего слова“, если сопоставить показания, нарушает… да-да, извозчик, что подвозил нас с Эммой к „Утке“! Не будь его наблюдений, уличить кого-то во лжи было бы затруднительно. Так, давай проверим ещё раз. Показания разнятся в отношении госпожи Тис. Некто неизвестный свидетель, назовём его пока так, сообщает мне после драки в ресторане, что Эмму увела высокая женщина в плаще с капюшоном. Однако впоследствии выясняется, что эту женщину, вполне себе выделяющуюся своим видом из толпы, не видел в заведении не только Малыш Бенни (допустим, что мог не заметить спьяну), но и, что самое главное — извозчик! Который априори обладает намётанным глазом. Отрицает посещение „Голубой утки“ и сама Сузанна. Получается, из-за нелепой встречи с ней в галерее я попал в капкан собственной подозрительности. А уж показания свидетеля о присутствии её на месте драки добавили мне „огонька“. Выходит, что ввёл