Доверься мне - Лука Весте
Когда он начал продвигаться по служебной лестнице, я часто заглядывала к нему в кабинет посмотреть, как он справляется. Он засиживался там допоздна, и я всегда интересовалась, не нужно ли ему чего-нибудь принести. Он всегда приветствовал меня улыбкой. А иногда, подняв бровь, хлопал себя по бедру, приглашая сесть к нему на колени. Подойдя на цыпочках к креслу, я падала в его объятия. Гладила его по лицу, ощущая жесткую дневную щетину, и утыкалась носом в его шею. Шалела от его запаха и тепла.
Но я уже забыла, когда это происходило в последний раз. С тех пор прошли месяцы и даже годы. Джек перестал улыбаться, увидев меня на пороге, а только вздыхал и поднимал палец, чтобы меня остановить.
Увидев этот палец в четвертый или пятый раз, я перестала приходить.
Исправить ситуацию было не в моих силах. Он работал как проклятый, чтобы мы ни в чем не нуждались. Я, конечно, тоже вносила свою лепту – без моих заработков мы вряд ли сумели бы купить этот дом. Но его вклад в наше благосостояние был гораздо весомее.
Иногда мне казалось, что этот факт для него важнее, чем сам наш брак.
Отогнав эту мысль, я вытерла волосы полотенцем и тщательно их расчесала. Сев за туалетный столик, подумала об Элле.
А потом о Дэне.
Наши недолгие отношения были так давно, что многое стало забываться. И в первую очередь лица. Но кое-что в памяти все же сохранилось: его рука в моей, его манера смешить меня. Я помню, как прыгала в его машину – голубовато-зеленый «Форд Фокус» с нелепым спойлером сзади – и мы ехали далеко-далеко.
Я попыталась вспомнить, как он выглядел, однако образ был каким-то размытым. Лучше всего в памяти отпечатался его голос.
А вот лицо парня, которого он убил, я помнила очень хорошо. Хотя подсознательно добавляла к нему несуществующие детали. Тогда было темно, а в баре все случилось так быстро, что подробности его внешности мне почти не запомнились. Но я держала его голову в своих руках, когда он испустил последний вздох. Возможно, поэтому оно так четко врезалось мне в память.
Хотя сейчас передо мной возникало не совсем то лицо. Скорее то, что было на фотографии, которую печатали в газетах и показывали по телевизору. На ней ему было лет пятнадцать и выглядел он гораздо моложе, чем в ту ночь.
Но сейчас уже ничего не поделаешь. Просто с этим надо жить, что я и делаю много лет. За это время я привыкла к неожиданному появлению его лица перед моими глазами. Обычно это происходит, когда я думаю о прошлом, хотя я всячески этого избегаю.
И вот теперь в моем кабинете появляется Элла, которая возвращает мне мое прошлое.
Однако я не позволю ей навредить мне. Разрушить всю мою жизнь.
Я же только частично виновата в том, что произошло. Что случилось, то случилось. Сейчас у меня семья. Я каждый день помогаю людям. Делаю их жизнь лучше. Приношу больше добра, чем большинство людей за всю их жизнь.
Я уже расплатилась за то, что совершила. Может, и не тюремным сроком, но морально. Я рассчиталась за все.
Во мне проснулась решимость. Моя семья важнее всего. Важнее, чем эта незнакомка с ее историей и планами погубить меня.
Я надела пижаму и приняла решение.
Бесшумно пройдя босыми ногами по ковру на площадке, я спустилась и прошлепала по деревянному полу холла и коридора. Когда я подходила к кабинету, сердце у меня забилось сильнее, и в него закрались сомнения.
А что, если он меня опять отвергнет? Посмотрит на меня так, словно я ему надоела. Или вообще не обратит внимания.
Эти вопросы я задавала себе постоянно, и самый главный мучил меня больше всего: неужели работа для него важнее всего на свете?
У двери в кабинет я остановилась и стала прислушиваться. Шелест бумаги. Слова, произнесенные шепотом. Сдвинув брови, я осторожно постучала в дверь и вошла, прежде чем он успел ответить.
Джек сидел за столом, не отрывая взгляд от экрана компьютера, и что-то шептал про себя – вероятно, какие-то соображения, связанные с работой, которые я вряд ли пойму.
Я стояла в дверях, ожидая, когда он на меня посмотрит, ведь он не мог не заметить моего прихода. Но Джек не собирался прерывать свое бдение. Мне стало холодно, и к тому же я не знала, что делать с руками. На бедра класть я их не хотела, такая поза была здесь не к месту. Наконец одну руку я решила поднять, словно извиняясь за вторжение, а второй придержать дверь.
И стала ждать.
На этот раз он даже не поднял палец, прося меня подождать.
Так прошла минута, потом другая. Босым ногам на деревянном полу было не слишком комфортно.
Наконец он поднял глаза и молча взглянул на меня, даже не улыбнувшись. Я сама неловко улыбнулась, чтобы скрыть замешательство. На лице у Джека ничего не отразилось, он только тяжело вздохнул.
– Как дела? – как можно беззаботнее спросила я. – Ты все еще работаешь?
Рассеянно посмотрев на меня, Джек кивнул.
– Прости, но я должен подготовить отчеты к утру. Так что не жди и ложись спать без меня.
– Я подумала, что тебе стоит сделать перерыв…
Джек отвел глаза, но я уже не могла остановиться. Хотела быть рядом с ним, чтобы снова почувствовать себя в безопасности. Закрыв за собой дверь, я повернула ключ в замке.
– Сара…
– Тише, – прошептала я, приблизившись к его столу. – Хватит разговоров.
Обогнув стол, я встала за его креслом. Когда я положила руки ему на плечи, мне показалось, что он чуть отшатнулся. Но, возможно, я ошиблась. Я начала массировать ему мышцы и услышала, как он вздохнул. Чуть улыбнувшись, я продолжила уже более уверенно.
Потом спустилась ниже и стала поглаживать его грудь. Опустив голову, нашла его губы. Он обнял меня.
Я закрыла глаза, и мы поцеловались, прижавшись друг к другу. Я опустила руки еще ниже, но он увернулся.
– Дай мне закончить с работой, и я сразу же поднимусь в
