Это было в Одессе - Александр Владимирович Козачинский

Леди Эдит рассмеялась:

– Нет.

Генерал посмотрел на нее:

– Куда же?

– В Россию…

Несмотря на то, что мысли генерала были очень заняты столкновением двух держав, столкновением интересов Британии и Франции на Востоке, столкновением, грозившим выявить подлинные инстинкты обоих победителей в мировой войне еще до конца Версальской конференции…

Несмотря на то, что генерал был занят обдумыванием донесений его агентов о нападении курдов на британские отряды, нападении, явно инспирированном французами, о том, что эмир Фахед-ибн-Феццал, получив круглую сумму в сто тысяч фунтов стерлингов от британских агентов, получил после этого еще и пятьсот тысяч франков от французов и устроил уничтожение британского отряда между Деир-Эль-Камаром и Джуном при участии бедуинов пустыни, стрелявших из пулеметов Льюиса, источник получения которых был достаточно ясен…

Несмотря на то, что главнокомандующий британскими силами получил донесение от полковника Гавварда, командующего оккупационной зоной в Одессе, о крайне сложном положении в Одессе, о тайных планах французского командования, об агитации среди моряков флота…

Несмотря на все эти сложные мысли, лорд Алленби выразил крайнюю, доступную ему, степень удивления:

– В Россию, миледи?..

Леди рассмеялась, взглянув на изумленные глаза командующего.

– Да, милорд!

Командующий сказал более спокойно:

– Вы шутите? Я не отпущу дочь моего лучшего друга, дочь старика Холлстена, в Россию. И кроме того…

Леди Эдит переспросила:

– И кроме того?..

– России нет, миледи… Есть пропасть, кишащая варварами-большевиками, есть сыпной тиф, и больше ничего нет. Поезжайте лучше в Каир, там довольно занятно. Я дам депешу нашему пред…

Леди Эдит прервала его:

– Сэр, я сражалась с отцом и выиграла сражение. Хотите ли вы, чтобы и вам я устроила битву на Марне?[7] Хотя я, впрочем, лучше разбираюсь в прошлом… Согласны ли вы на Седан?[8]

Юмор был доступен главнокомандующему в ограниченной степени; он еще раз сказал:

– Я не отпущу вас в эту ужасную страну большевиков.

Ответ леди Эдит был краток:

– Именно большевиков, настоящих живых большевиков я и хочу посмотреть: это чисто спортивный интерес, сэр. И я поеду!

Леди вновь выиграла сражение: она победила главнокомандующего точно так же, как победила вождя консерваторов, британским упрямством и своеволием…

И через сорок восемь часов миноносец «Гладстон» привез леди Эдит, мисс Дуллас в белой косынке с расширенными от сознания того, что она едет в ужасную страну большевиков глазами и шофера Ли-Ванга в Одессу, где они были встречены полковником Гаввардом, получившим специальное радио с инструкциями.

Полковник Гаввард приветствовал леди Холлстен на территории города Одессы, представил ей своего помощника майора Стильби и командира «Адмирабля» Томсона и, чинный и корректный, предложил леди Эдит обед в кают-компании «Адмирабля», совершенно британский обед на палубе британского крейсера.

И здесь случилось нечто, что повергло в крайнее изумление полковника Гавварда, командира Томсона и перепугало насмерть скромную мисс Дуглас, виновницу этого случая…

Весь экипаж «Адмирабля» был представлен леди Эдит. Все лейтенанты, механики и остальные офицеры флота по очереди прикладывались к ручке леди Эдит, знатной гостьи из Лондона, прибывшей на Восток для утоления жажды приключений. Мисс Дуглас присутствовала при этом передобеденном параде.

И когда смуглый старший механик в чинном поклоне сказал стереотипную фразу:

– Рад видеть вас на борту «Адмирабля», миледи…

Командир Томсон представил:

– Наш старший механик Абиндра-Нат.

Мисс Дуглас порозовела под белой косынкой, приподняла красную огрубевшую руку и с прямотой британской мисс сказала:

– Эту фамилию я уже слышала… Абиндра…

Перед ее глазами встал лазарет на Трафальгар-сквер… И мисс Дуглас сказала:

– У вас был брат на фронте, мистер Абиндра?

Самое странное было то, что мистер Абиндра смутился. Но, сейчас же оправившись, он сказал корректно:

– Никакого, миледи.

– Но я… – начала мисс Дуглас.

Затем она сказала, волнуясь:

– В моем лазарете скончался лейтенант Абиндра из колониального полка, это я хорошо помню…

Острый взгляд полковника Гавварда ухватил смущение индуса и еще более яркое смущение при сообщении о смерти его тезки в лазарете на Трафальгар-сквере. Мистер Абиндра-Нат повторил:

– Я не имею к нему никакого отношения, мисс…

Он сейчас же отошел в угол. Все время обеда полковник Гаввард изучал выражение лица этого судового механика и, должно быть, оно ему не понравилось.

Уезжая с «Адмирабля», он сказал вполголоса Томсону:

– Особое наблюдение за старшим механиком, Томсон…

Томсон удивился:

– Инженер Абиндра? Но этот вне сомнений: племянник раджи Непала, кончил калькуттский техникум, совершенствовался в Лондоне, по всем симпатиям, воззрениям, воспитанию подлинный британец!

Полковник Гаввард повторил настойчиво:

– Особое наблюдение за этим индусом.

– Хорошо, – коротко сказал Томсон.

Леди Эдит съехала на берег в сопровождении Томсона и Гавварда. Этот город напомнил ей немного Глазго, немного Соутгамптон, немного Марсель…

– Но это неинтересно, – сказала она Томсону. – Где же большевики?

– Миледи, – сказал Томсон, – их здесь нет. К счастью. Иначе мы с вами не ездили бы так спокойно на автомобиле по улицам этого города.

– Я должна увидеть большевика, – деловито сказала леди Эдит.

Командир Томсон заверил миледи, что это трудно и вряд ли осуществимо. Вот кабаре «Арлекин» можно показать миледи…

Мисс Дуглас ехала позади в другом автомобиле. Она мучилась мыслью, что совершила некорректный поступок, смутив инженера Абиндру. Потому что его смущение не ускользнуло и от мисс Дуглас…

Поэтому мисс Дуглас вечером принесла свои извинения индусу, чем еще больше испортила свои отношения с ним.

Почти грубо, это не вязалось с его обликом, индус сказал:

– Оставьте наконец эту историю с