Ночные животные - Эшли Энн Дьюал

Ознакомительный фрагмент

– Ты его сосед?

– Сосед.

– Молчаливый или вечно недовольный?

Костя пьяно ухмыльнулся и ответил:

– Видимо, вечно недовольный.

– А ты ведь разбил моему брату нос. – скрестив на груди руки, напомнила девушка и выгнула дугой правую бровь. – Ничего не скажешь в свое оправдание?

– Ты, что ли, адвокат?

– Я «что ли» прокурор.

– Артур сам напросился, – пожал плечами Костя. – Я невиновен, ваша честь.

– Навешали друг другу тумаков, а потом решили подружиться? – Девушка вдруг усмехнулась. – Типичные мужики.

Едва Ромал устроился на заднем сиденье, Алина вдавила педаль газа, и машина лихо сорвалась с места, подняв облако пыли. Она черной стрелой пронеслась по опустевшим, будто бы вымершим улицам Санкт-Петербурга, на которые широкими полосами ложился свет фонарей. Летали, парили, смазывались огни светофоров, мосты и набережные. Костя открыл окно, и в салон ворвался свежий холодный воздух, от которого мурашки пробежали по телу.

– Ты что там делаешь? – удивилась Алина и покосилась на незнакомца.

Она увидела его ярко горящие глаза, наблюдающие за проносящимися мимо зданиями, и отвернулась с легкой улыбкой на губах.

– Дай парню насладиться, – проворчал Артур. – Он ведь впервые на такой машине по городу разъезжает, да еще и по Питеру! Питер и ночь – это как Ромео и Джульетта. Нельзя представить одно без другого.

– А ты ценителем заделался?

– Я никогда им не разделывался.

– Кажется, ты слишком много выпил. Как и твой друг. Может, ему плохо?

– Мне хорошо, – отозвался Ромал, завороженный стремительным движением. Какое же безумие и какая красота… Циник умер всего на мгновение, позволив любознательному мальчишке насладиться великолепием своего города. – Мы едем по центру, да?

– Ага, – кивнула Алина. – Вон там, видишь, Петропавловская крепость, на острове, с золотым крестом на самом-самом пике.

– О, – одновременно протянули парни, на что девушка рассмеялась и сказала брату:

– А ты что «охаешь»? Ты тут сто раз ездил.

– Ну ездил, – возмутился Артур, – как будто я что-то замечал. Ты лучше за дорогой следи и не издевайся над моим пауком, сбавь обороты.

– Что за паук? – обернувшись, спросил Костя.

– Крошка, в которой мы сейчас сидим. «Порше 919 Spyder»[14],– невзначай бросил Арт, а потом опять уставился на сестру и недовольно свел брови: – Ты выжимаешь все…

– Я сама разберусь, как мне ехать, – перебила его Алина.

– Ничего ты не разберешься.

– Разберусь.

– Цыц! Я старший, значит, я умничаю, а ты соглашаешься.

Девушка хмыкнула, будто уже в миллионный раз выслушивала эту нотацию, а Ромал протиснулся между двух передних сидений и спросил:

– Если ты старший… она, что ли… без прав ездит?

Артур только развел руками – мол, что поделаешь, а Алина покосилась на парня и, коварно сверкнув угольными глазами, прошептала:

– Никому не говори.

– Отлично… – Ромал пожал плечами, откинулся назад и скатился по кожаному чехлу, как по снежной горке. – Почему бы и нет? Вполне себе нормальное поведение для дочери известнейшего питерского детектива. Проблем с ментами ведь не будет, правильно?

– Чтобы ты знал, меня еще ни разу не останавливали.

– На этой неделе, – вставил Артур.

– Слушай, если не устраивает, сам за руль садись.

– Да ты смотришь на меня, а я две головы твои вижу. Мне и одной хватает, а тут две, как в фильме ужасов! А вообще, знаешь, интересно, за что меньше дадут: за вождение без прав или за вождение в состоянии алкогольного опьянения? Ну же, вортако, ты ведь у нас будущий юрист. Что посоветуешь?

Костя удрученно поджал губы. Все, что происходило, казалось нереальным. Он ехал в машине с детьми самого Марка Селиверстова. Ехал в «порше»! Ехал с теми, кого привык считать врагами, но не хотел сровнять их с землей, а наоборот, общался, как с друзьями.

– Ты чего завис? – Артур обернулся. – Вспоминаешь Уголовный кодекс?

Ромал почесал саднившую рану на подбородке и проговорил:

– Там столько этих кодексов, что мозг сломается.

Блондин усмехнулся и вновь повернулся к лобовому стеклу. Он ехал непристегнутым. Громко болтал и отвлекал сестру от дороги. Был весел. И совершенно спокоен. Как можно было отказаться от такой жизни? Жизни без правил. Жизни, где твое имя открывает любые двери и приносит больше плодов, чем труд и амбиции? Костя смотрел на Алину, на Артура и не представлял, что могло причинить им боль, сбить с пути, смешать карты.

Неприкосновенные. Так он их окрестил про себя.

А потом отвернулся и замолчал до конца пути.

Алине пришлось заплатить охраннику, чтобы тот пропустил всех троих в общежитие. Бедняжка тащила Артура за руку, как упрямого барана! А он все хотел пробежать по коридору и постучать во все двери, словно маленький ребенок. Ромал плелся за ними, ступая точно по их следам, играя в квест, созданный пьяной фантазией, и смеялся, когда Артур вырывался из рук сестры и заносил руку перед чьей-то дверью. Один из таких его смелых порывов закончился тем, что он неуклюже споткнулся и налетел щекой прямо на дверную ручку. Алина вскрикнула, Костя затормозил с поднятой ногой, боясь наступить на воображаемую лаву. А блондин застонал и распластался на грязном линолеуме, будто советский пестрый ковер.

– Пардон, – прокряхтел он, – кажется… у меня что-то… жопа.

– Ну что с тобой не так? – встревоженно воскликнула девушка. За дверью кто-то зло выругался, и шатенка поспешила поднять брата с пола. – Больно?

На покрасневшей щеке виднелась толстая красная полоса содранной кожи. Крошечные капельки крови уже выступили наружу, и девушка заботливо прикоснулась к ним рукой.

– Балда.

– Шрамы украшают мужчин.

– У тебя прошлые еще не зажили.

– Чем их больше, – со знанием дела протянул Артур, – тем лучше. – Тут он взмахнул рукой и увидел алые пятна, проступившие на перебинтованной ладони. Грусть мгновенно вытеснила самолюбование. – Кажется, швы разошлись.

Алина цокнула языком, а Костя подошел ближе и тихо спросил:

– Может, доктора вызовем?

– Давай сразу скорую помощь. Мало ли что еще случится, пока мы дойдем до вашей комнаты. – Она в отчаянии огляделась. – Долго еще?

– До конца коридора.

– А раны где можно промыть?

– Вот здесь, – Ромал указал на дверь, неаккуратно выкрашенную в белый цвет. – Там есть раковины и жидкое мыло. Принести полотенце?

– Не нужно. Вы ведь в сто второй живете?

Костя кивнул и проследил за тем, как девушка потащила за собой шатающегося из стороны в сторону брата. Кто бы с ним так возился? Семья у Ромала была большой. Вот только никто в ней не приходил друг другу на помощь, потому что несолидно это. Мужчина всегда должен справляться с проблемами самостоятельно, а женщина всегда должна помалкивать. Вот и вся наука о счастье.

Алина усадила Артура на табурет и включила воду.