Тиана Веснина - Игра в убийство

Вера прикусила губу, чтобы не расплакаться, а следователь, откинувшись на спинку стула, продолжал:

— Да, тридцать пять лет после пятнадцати, проведенных в колонии строго режима, — он покачал головой, — Вера Борисовна, ведь вы выйдете оттуда старухой… и за душой у вас ничего не будет…

Он поднялся, прошелся по кабинету-камере и вдруг, наклонившись к ней, шепнул:

— Но ведь все еще можно исправить!

Вера вздрогнула и посмотрела на него с таким отчаянием в глазах, что он невольно передернул плечами и, потеряв мысль, протянул: «Н-да…»

Затем сел за стол и вполголоса сказал:

— Есть возможность сбавить ваш срок до пяти лет.

Глаза Веры чуть ли не вылезли из орбит, и она подалась вперед.

— Год вы проведете в колонии строгого режима, а оставшиеся четыре в колонии общего режима.

Вера кивнула в сторону графина, от волнения у нее пересохло горло. Торопливо выпив воды, она прошептала:

— Так помогите мне!

— А я собственно и пришел сюда за этим, — многозначительно приподнял брови следователь. — Но! — Он сделал паузу. — Надеюсь, вы понимаете, что от вас тоже ждут услуг.

— Каких?! — вздрогнула Вера.

— Ну… — неопределенно протянул следователь. — В данной ситуации вы ничем не рискуете, для всех вы — в тюрьме.

Вера непонимающе покачала головой.

— Что, не хотите?! — удивленно воскликнул тот.

— Не понимаю, — прохрипела девушка.

— Надо же, — усмехнулся следователь. — Короче, у тебя будет все… даже отгулы из тюрьмы!.. Но за это все ты должна будешь выполнять кой-какую работу. — Он пристально посмотрел в ее глаза.

— Какую? — продолжала допытываться ничего не понимавшая Вера.

Следователь шумно вздохнул:

— Непонятливая какая попалась!.. Ты должна будешь кое-кого убрать! В принципе для тебя это дело привычное.

— Убрать? — по инерции переспросила девушка.

— Ну ты же ничем не рискуешь! Для уголовного розыска ты — в тюрьме! Понятно?! — с раздражением бросил он. — Короче, сутки на размышление. Не захочешь, на твое место сто человек найдем, а ты сгниешь!.. — Он внимательно посмотрел на нее и добавил: — Не будь дурой!

— За… закурить дайте! — попросила Вера и, увидев «Vogue», присвистнула, вспомнив былую жизнь.

«Что тут думать сутки! — решила она. — Будь что будет! Это шанс выжить, и не важно, какой ценой».

Затушив окурок, Вера сказала:

— Согласна!

Следователь был приятно удивлен ее оперативностью.

— Молодец! — развел он руками.

— Что я должна делать? — тут же решительно осведомилась девушка.

— Пока ничего. Пока мы будем делать. На суде молчи и со всем, что услышишь, соглашайся. Когда придет время, мы с тобой встретимся. — Он весело подмигнул ей. — Молодец!

Все прошло, как обещал веселый следователь. Суд неожиданно нашел массу облегчающих вину доводов и приговорил гражданку Бокунову Веру Борисовну к пяти годам заключения с отбыванием в колонии строгого режима.

Год спустя, как и было обещано, Веру перевели в колонию общего режима, которая ей показалась санаторием. Она убедилась, что поступила правильно, согласившись на условия следователя. Со дня на день девушка ждала, что кто-то выйдет на связь с ней и потребует оплату за услуги. И вот однажды ее вызвали из швейной мастерской и повели в здание управления колонией.

— Заключенная Бокунова доставлена! — отрапортовал молоденький солдат и закрыл за собой дверь.

Мужчина, стоявший у окна, повернулся, и Вера увидела своего следователя.

— Ну здравствуй! — весело бросил он. — Садись! Кури!

— Что я должна делать? — закурив, тут же спросила Вера.

— Да подожди ты… — подойдя к ней и проведя рукой по ее шее, усмехнулся он.

От этого прикосновения Веру бросило в жар. Ей безумно, до боли, разламывающей все тело, захотелось мужчину. Его пальцы уже скользили по ее, увы, исхудавшей груди. Веру затрясло от желания.

— Я сюда и пришел за этим, — прошептал он.

Вера едва не потеряла сознания от удовольствия. Невероятное чувство покоя наполнило ее грудь. После «допроса» она едва передвигала ноги, тело не повиновалось ей, губы невольно расплывались в совершенно глупой улыбке.

Вячеслав, так звали «следователя», сказал, что на днях ее выведут за пределы колонии, а о том, что она должна будет сделать, девушка не хотела и не могла думать. Все мысли были только об одном: «На днях на час, на два, она окажется за пределами колонии!»

Три дня спустя после свидания со «следователем» Вера, как ей было указано, пожаловалась надзирательнице на сильные боли в животе и была незамедлительно отправлена в лазарет.

«Эх, заболеть бы на все четыре оставшихся года и пролежать здесь!» — мечтательно вздохнула она.

По сравнению с камерой лазарет показался ей отелем. Но на вторую ночь ее разбудил чей-то голос и толчок в спину.

— Быстро одевайся! — скомандовала надзирательница, которую Вера раньше никогда не видела.

Девушка в одно мгновение выполнила команду.

— Пошли! — бросила та и повела ее по узкому, освещенному редкими лампочками коридору. — Стой! — приказала она перед железной дверью и посмотрела на часы. Несколько минут они стояли друг против друга, учащенно дыша от тяжелого воздуха.

— Теперь можно, — сказала та и вставила ключ в замок. Они быстро прошли по двору по направлению к кирпичной будке.

— Все, свободна! — усмехнулась надзирательница и открыла небольшую дверь, ведущую из будки наружу.

Вера захлебнулась от сладкого воздуха. Ей чудилось все: и легкий бриз моря, и прохладное дуновение гор, и запах полевых цветов.

— Эй! Замечталась! — вдруг схватила ее в темноте чья-то рука. — Надо поторапливаться, Золушка!

— Славик! — воскликнула Вера.

— Да тише ты! — весело прикрикнул он и потянул ее за собой.

Минут через пять они подошли к небольшому автофургону.

— Карета подана! — продолжал шутить Вячеслав.

Вера поднялась в фургон, Вячеслав закрыл дверь и включил свет.

Девушка с удивлением оглянулась по сторонам.

— Прямо гримерная, — произнесла она, рассматривая туалетный столик, прикрученный к полу, и большое зеркало над ним.

— Так и есть! А ты — актриса! — ласково погладив ее по бедру, подтвердил Вячеслав.

Вера тут же обвила его руками за шею.

— Нет… нет!.. Это потом, — отстранил он ее. — А теперь слушай и запоминай! От того, как ты поймешь и сделаешь, зависит твоя жизнь. — Он вынул из блокнота две фотографии и протянул Вере. — Вот — твой клиент. Сейчас ты переоденешься, и я отвезу тебя к этому субъекту на дачу. У него сегодня шумная вечеринка. Когда часть гостей разъедется, а другая отправится спать, ты, притворившись сильно выпившей, ляжешь на диван в гостиной. Он, заметив тебя, подойдет, а ты вставишь ему меж ребер вот это. — Вячеслав протянул девушке прозрачный пакет, в котором лежал нож с длинным тонким лезвием. — Потом выйдешь в сад, подойдешь к воротам, а там я тебя уже буду ждать.

— Славик, а ты не бросишь меня? Не подставишь? — зная, что не получит правдивого ответа, тем не менее спросила Вера.

— Нет, не подставлю, — вполне серьезно ответил Вячеслав. — Это не входит в наши планы. Ты нам нужна. Ну, давай быстренько приводи себя в порядок. Вот платье! — Он протянул ей пакет. — Украшения!.. Одним словом, все что надо, — открывая большую дорожную косметичку, объяснял он.

Вера принялась делать макияж.

— А это что? — спросила она, указывая на маленькую коробочку с двумя коричневыми кружочками.

— Линзы, чтобы цвет глаз изменить!

Промучившись с ними минут пять, Вера выругалась и сказала:

— Нет, не могу я их вставить!

Вячеслав посмотрел на часы.

— Ладно, потом научишься. Поторапливайся!

Вера вынула из пакета синее, мерцающее потаенным блеском платье, которое обхватило ее фигуру, оставив обнаженными руки и спину. К платью прилагались длинные черные перчатки и сумочка. Парик цвета дикой вишни сделал Веру неузнаваемой. Вячеслав не скрыл своего восхищения, начав осмотр с длинных, упругих ног и закончив синими, горящими дерзким огнем глазами.

— Черт возьми! Ни дать ни взять — красавица!

Он сел за руль, и фургон тронулся с места. Они ехали около часа, затем остановились и пересели в «Опель», водителем которого был молодой мужчина.

— Да, Веруня, ты надеюсь, поняла? Никаких фокусов с твоей стороны, — холодным тоном, словно лезвие ножа, который лежал в ее сумке, вдруг сказал Вячеслав. — Если попробуешь удрать, менты, может, тебя и не найдут, а мы найдем, и тогда… лучше бы ты не родилась!..

Вера ничего не ответила.

— Так, подъезжаем, — напряженно вглядываясь в темноту, сказал Вячеслав. — Ты все поняла? — жестко спросил он девушку.

— Все! — кратко отозвалась та.

— Ну давай! — Вячеслав открыл дверцу машины.