Двойная ошибка - Дмитрий Борисович Пасека

Он попытался сделать голос бодрым, чтобы она не поняла, как застала его врасплох. Не вышло. Девушки тебя всегда раскалывают, как бы ни старался.

– Я тебя разбудила? – раздался в трубке звонкий мелодичный голос Мари, настолько не совпадающий с серым тяжелым утром Филиппа, что этот звонок запросто мог быть сновидением.

– Почти нет, – он потер глаза и сел, опустив ноги на ковер.

– Я бы хотела встретиться.

– Что-то случилось?

– Нет, конечно, почему ты сразу переживаешь? – искренне удивилась она.

– Лучше не спрашивай, – вздохнул он. – В последнее время мне так проще, чем беззаботно ко всему относиться.

– Все с тобой ясно. Так что скажешь насчет встречи?

– Вечером?

– Да, вечером, я отпросилась с работы в кафе, чтобы посидеть с тобой на нашем старом добром месте.

Филипп затаил дыхание.

– Ты имеешь в виду крышу? Ту самую крышу?

Он почти увидел сквозь трубку, как она улыбнулась.

– Да, быстро ты догадался. Дом напротив старого вокзала.

– Ты всегда любила смотреть на поезда, – ответил Филипп, сжимая трубку в руке, словно эти слова давались ему с трудом.

– Любила, конечно. Но вдвоем еще лучше, сам знаешь.

– Встретимся на перекрестке, в двух улицах от вокзала, где был книжный магазин?

– Подойдет. Не опаздывай, дружок, буду ждать.

– Хорошо. Пока.

Он медленно опустил телефон рядом с собой.

Филипп стоял на перекрестке в ожидании Мари и поглядывал на часы. Ему пришло в голову, что часы – единственная относительно ценная вещь, которую он может себе позволить. Он даже и не задумывался о том, что это вечерняя встреча с девушкой, и стоило бы одеться немного лучше, чем в мятую толстовку и протертые джинсы. Но, надо признать, мысли Филиппа занимали куда более тяжелые вещи, чем забота о внешнем виде, и он был уверен, что Мари поймет это после их разговора. Да и вообще, она не из тех девушек, которые в первую очередь оценивают парней по внешнему виду, это он знал наверняка. Она появилась на перекрестке ровно в назначенное время. Филипп шагнул ей навстречу и обнял, она улыбнулась, как не улыбалась никому. Может, под звездным небом все улыбки кажутся особенными?

– Поезда еще ходят? – спросила Мари

– И будут ходить еще несколько часов, – кивнул он. – Потом все меньше и меньше, но мы вряд ли дождемся этого момента.

– Не говори, если не знаешь точно, дружок, – подмигнула Мари.

Она не изображала наивность, а правда была такой. Ему это нравилось. Он засунул руки в карманы и попытался улыбнуться, несмотря на тяжесть внутри. Настроение будто падало в глубокий колодец, где всегда дул холодный ветер.

Они прошли вдоль книжного магазина, чья вывеска выглядывала из-под большого козырька, освещенная уличным фонарем. Филипп понял, что Мари не хочет много говорить, пока они не достигнут крыши, да и ему слова сейчас казались ненужными и фальшивыми. Когда ты смотришь на поезда, все приобретает свой смысл, и даже простые фразы становятся весомыми. Поэтому они перебрасывались впечатлениями о прошедшем дне, легкая, ни к чему не ведущая беседа. Как только друзья достигли нужного дома, Филипп открыл перед Мари дверь и отступил в сторону:

– Вперед, к звездам.

– Романтично, – отозвалась она и нырнула во тьму подъезда.

Поднявшись по лестнице быстрым шагом, они открыли люк на крышу, который не закрывался уже несколько лет, потому что сторож потерял ключи и так и не сделал новые, после чего уволился, а новый сторож думал, что жильцы дома сами закрывают люк. Вот так вечный переброс ответственности на другого человека и подарил молодым людям возможность любоваться поездами, прибывающими на вокзал, и проводить приятные вечера, а иногда и ночи, на этой крыше. У него возникла мысль: а что если и сегодня на крыше кто-то есть, место ведь в городе почти легендарное. Но сегодня ему повезло, здесь были только они с Мари. Он еще раз поблагодарил своего внутреннего хранителя и захлопнул за собой люк. Грядущий разговор был слишком важен для него, и если бы пришлось искать для беседы с Мари какое-то другое место, то он бы растерялся окончательно. Легкий ветер прочищал голову. Вдали раздался стук колес прибывающего поезда.

– Какой вид, а? – она провела рукой в направлении вокзала. – Я здесь не в первый раз, но это правда прекрасно.

– В вокзалах есть своя магия, – согласился Филипп. – То, что ты можешь приехать и уехать в любой момент… Это завораживает.

Далеко от дома, на перроне, снова зажглись огни, встречающие прибывающий поезд. Прозвучал громкий гудок, и птицы, сидевшие на проводах у дороги, ведущей к вокзалу, поднялись в воздух.

– А птицам и платить за билет не надо, – сказала она. – Так о чем ты хотел поговорить?

Филипп выдохнул и повернулся к девушке. Он пожал плечами и посмотрел вдаль.

– Этот город… Тебе часто кажется, что все города, которые ты знаешь, скопированы друг с друга? Есть небольшие различия, но это будто коробка, из которой не вылезти?

– Может, и так, – задумчиво ответила она, положив руки на колени. – Я думаю, что города ничем не отличаются, если смотреть глубже. Отличаются только люди.

– Но разве это не город влияет на людей?

– Наверное, нет. Это жители создают город. Без них он и правда коробка. Бесполезная и картонная, которую можно выбросить, и никто не будет жалеть. Притащишь новую, никто и не заметит.

– Я здесь задыхаюсь, если честно, – проговорил он, стараясь не давать волю эмоциям. – Сколько я уже без работы? А время идет.

– Не переживай, – Мари подвинулась ближе и коснулась его руки. – Я уверена, скоро все образуется.

– Город не даст этому случиться. Ему нравится, когда я борюсь за жизнь.

– Все не так плохо. Ты хочешь переехать из Парижа?

Прямота вопроса застала Филиппа врасплох. Он взял паузу и потер руки. Затем глубоко вдохнул.

– Я не знаю, – ответил он.

– Зато я знаю. Мне кажется, ты пока не готов. Только без обид.

– Нет, ты что… А почему я не готов?

– Ну, ты слишком привязан к этому городу, – покачала головой Мари. – Хочешь уехать и в то же время не знаешь, что будешь делать на новом месте, не хочешь бросать старых друзей.

– Неизвестность меня не пугает, – сказал он, стараясь, чтобы слова прозвучали убедительно.

– Дело не в неизвестности, Филипп. Мы всегда думаем, что за горизонтом лучше. Понимаешь, о чем я?

– Это все правильно, но я…

Гудок поезда вновь поднял птиц, уже устроившихся на крыше соседнего дома. Мари проводила их взглядом и промолчала, давая ему время собраться с мыслями.

– Мне кажется, я живу во временной петле, – наконец выпалил он. – Дни