Дневники преступной памяти - Галина Владимировна Романова

молодца! – похвалил он старшего менеджера. – Помогли!

Он вместе с ним просмотрел записи с камер наблюдения. Не нашел ничего необычного в опрятном интеллигентном мужчине с седой шевелюрой, в очках. Заходил почти всегда в одно и то же время. Приветливо улыбался. Усаживался за один и тот же столик. Терпеливо дожидался заказа. Пил кофе, платил картой – спасибо ему за это огромное – и уходил.

– Никогда никаких претензий к нему не возникало. Он очень интеллигентный, спокойный человек.

– А вот этой женщины вы с ним не видели? – Коровин показал сотрудникам фото Царевой.

Все головы одновременно качнулись отрицательно. Но потом одна из девушек вдруг вспомнила, что как-то выносила мусор и встала покурить не под камерами. И увидела, как Воронков быстро шагает из парка. А следом за ним эта женщина. Не рядом. А именно сзади.

– Ощущения не возникло, что он ее преследовал? – уточнил Коровин.

– Нет, что вы. Скорее, наоборот. Она шла за ним по пятам и что-то говорила и говорила ему в спину, – с легким возмущением ответила девушка.

– А он что?

– А он? – Она подумала, покусав губы. – А он словно переживал, что ли. Каким-то встревоженным казался.

– Может, ее боялся? Не возникло такого ощущения?

– Нет. Скорее, за нее. Потому что он постоянно озирался. И смотрел за ее спину тоже. Если бы меня попросили сказать, как я вижу эту ситуацию, я бы, знаете, как ее описала?

– Как? – заинтересовался Коровин, хотя категорически не любил фантазеров.

– У меня возникло ощущение, что он решил ей помочь.

– Почему? – не унимался Денис. – Откуда такое предположение? Оно же не могло родиться на пустом месте?

– Нет. Не на пустом, – кивнула девушка, доставая из кармана пачку сигарет. Время ее перекура близилось. – Во-первых, он впервые за долгое время не зашел в кофейню. Во-вторых, они шагали друг за другом лишь по парку. Когда они пошли по пешеходному переходу, он даже придерживал ее за локоть. А потом снова пошел вперед. И все, дальше они скрылись из вида. Но он совершенно точно живет где-то поблизости. Как-то обмолвился, когда я приносила ему кофе.

– Что он сказал?

– Что, если бы окна его квартиры не выходили на парк, ему бы следовало такую квартиру купить – вид из его окон потрясающий.

Глава 12

Адрес Воронкова Сергея Сергеевича установили довольно быстро. По Москве людей с такими данными было трое, но по возрасту подходил только один. И именно он проживал напротив парка, в котором любил прогуливаться по утрам.

– Шеф, я сейчас подъеду, – оповестил его Ваня Смирнов. – Не следует вам туда одному идти.

– Ждать придется час, два, капитан, с учетом пробок?

– Навигатор показывает десять минут. Я тут по соседству обретался. Мариночке помогал с установкой личностей, на их возможную причастность к…

– Понял я, – перебил его Коровин. – Жду у подъезда. У тебя десять минут.

Пока ждал Смирнова, Коровин рассматривал двор и окна Воронкова. Он уже знал, что его квартира расположена на третьем этаже, окнами на двор и парк. Большая квартира и, судя по окнам, ухоженная – стекла сверкали чистотой. Из подъезда Воронкова вышла симпатичная стройная женщина возраста под шестьдесят. И Коровин решил размяться, пока ждет Смирнова.

– Простите. – Он сразу полез за удостоверением, показал, представился. – Вы в этом подъезде проживаете?

– Верно. В этом, – сдержанно кивнула она, рассматривая Коровина с недоверием.

Она не задала дежурного вопроса «а что случилось», и тем Коровину сразу понравилась.

– Вам знаком Воронков Сергей Сергеевич? – спросил он, отслеживая ее реакцию.

– Это мой сосед с третьего этажа. Я живу на втором.

И снова ни единого лишнего вопроса или восклицания. Зачетная тетя!

– Что вы можете о нем рассказать? Кстати, как я могу к вам обращаться?

Она представилась Риммой Федоровной. А рассказывать про соседа не стала. И наконец-то спросила:

– Вы с какой целью интересуетесь Сергеем Сергеевичем? – Ее аккуратно подведенные глаза прищурились. – С ним что-то случилось?

– Нет. Не знаю. Просто хотел с ним кое-что обсудить и… А почему с ним должно что-то случиться, Римма Федоровна? Были предпосылки?

– Еще бы! Поселить у себя какую-то вертихвостку на старости лет! Он что же, действительно думал, что она способна им искренне увлечься? – Ее губы обиженно дрогнули. – Сергей Сергеевич в свои шестьдесят достаточно импозантен, конечно, но… Но не для тридцатилетних же! Есть женщины, более подходящие ему по возрасту. Нет же, он предпочел молодую! Глупо! Как глупо!

Ага, а вот и любимая мозоль.

– Взгляните, Римма Федоровна, Воронков не эту женщину у себя поселил? – Коровин показал ей фото Царевой.

– Ее поселил, точно! А она что, преступница? – радостно ахнула соседка Воронкова. – Вот я так и думала! Не просто так они прятались.

– Прятались? – удивленно вскинул брови Коровин, краем глаза заметив въезжающего во двор Смирнова.

– О, и еще как! – разошлась Римма Федоровна. – Он вел ее к себе таким конспиративным способом! Сначала сам зашел. Потом она. Но я же этажом ниже живу. Мне все слышно.

«Особенно если прислушиваться», – чуть не фыркнул Коровин.

– А чего это они так? Стеснялись? Или…

– Так она наверняка замужем! – брезгливо сморщила ухоженное лицо соседка Воронкова. – И сбежала сегодня от Сергея Сергеевича. С вещами! Как раз перед тем, как ее муженек заявился. И устроил старому дураку скандал! Даже мебель роняли ловелас с рогоносцем.

– Другими словами, после ухода Царевой в квартиру к Воронкову вошел мужчина, и в его квартире произошла драка? Правильно я вас понял, Римма Федоровна?

Коровин сделал знак Смирнову, повисшему с телефоном у бампера своей машины, двигаться к подъезду. И сам там очутился через минуту после того, как Римма Федоровна подтвердила его догадку.

Лифт был занят, застряв на восьмом этаже.

– Давай ножками, капитан, – помчался вверх по лестнице Коровин. – Соседка сказала, что Царева все это время жила у Воронкова. Сегодня уехала. А после нее к нему заявился какой-то мужик. И они роняли мебель.

– Вы думаете о том же, о чем и я? – задыхался от подъема Смирнов, отставая сразу на пять ступенек.

– А о чем ты думаешь?

– Что Царева, съехав, навела на квартиру своих подельников.

– Можно и так думать. А можно и по-другому, – не поддержал капитана Коровин.

– А как же еще?

– Ну… По ее следу могли идти злоумышленники, о которых она либо знала, либо догадывалась. Все! Тихо! – скомандовал он, останавливаясь у нужной двери.

Дверь оказалась лишь прикрыта. За ней было тихо. Коровин со Степановым одновременно вытащили из кобуры табельное оружие.

– На счет три! – громким шепотом проговорил Коровин, чувствуя, как по спине под черной водолазкой ползут ледяные капли пота.

Они ворвались в квартиру отрепетированно четко, не столкнувшись, не помешав друг другу. Натыкаясь на перевернутую мебель, быстро осмотрели комнаты. Злоумышленника в квартире не было. Воронков лежал на полу в кухне с большим разделочным ножом в правой руке. Домашняя трикотажная кофта на его груди пропиталась кровью. Глаза были закрыты, но он дышал.

– Капитан, скорую быстро! – заорал Коровин, нащупав слабый пульс на шее Сергея Сергеевича. – И нашим звони. Надо тут все осмотреть.

Скорая приехала через пять минут. Пункт их был за два квартала от дома Воронкова, и случился свободный экипаж.

– Пока не могу давать никаких прогнозов, – авторитетно заявил фельдшер, молодой парнишка. – Но дядька сильный, выкарабкается. А может, и нет… Крови не так много вокруг. Если только не внутреннее кровотечение.

– Утешил! – фыркнул Коровин, глядя вслед медбратьям, уносившим носилки с Воронковым. – В какую больницу повезете?

– Диспетчер велела в тридцатую. Скорее всего, туда.

– Понял, Смирнов? – обернулся на капитана Коровин. – Пациент или выживет, или нет. Повезут его или в тридцатую, или непонятно куда! Что за…

– Да пацан он еще, товарищ подполковник. Осматривал Воронкова, руки тряслись. Будем надеяться, что выживет наш охотник до красавиц.

– Ты еще помолись, – проворчал Коровин, заметив в коридоре приехавшую Асю Панкратову. Окликнул ее: – Товарищ подполковник.

Она переоделась. В узкую юбку до колена, туфли не на шпильке, конечно, но тоже каблук будь здоров. И пиджачок на ней был такой тесный, что Коровин диву давался, как под ним прижилась белоснежная блузка.

– Что тут у вас опять, подполковник? Здравствуйте, – поздоровалась она, спохватившись, будто и не выбиралась поутру из его кровати. – Ножевое?

– Да. Доктор насчитал три ножевых в область груди. Но жив. Пока жив.

– Зачем тогда меня вызвали, раз он жив? Причина нападения выяснена?

Ася