Даниэль Клугер - Убийственный призрак счастья

Господин Каплан задумчиво посмотрел на сыщика.

– Хорошо, я вам объясню, – он поднялся с места, потер руки. Прошелся взад вперед по комнате. Остановился напротив детектива. – Боюсь, без небольшой вступительной лекции все-таки не обойтись.

Розовски обреченно кивнул и приготовился слушать.

– Вы, полагаю, знаете, что одним из краеугольных камней нашей религии является понятие гилгул нешамот – круговращение душ. Или, как это принято называть сейчас, учение о реинкарнации. Согласно этому учению, душа после смерти вновь возрождается на земле. Не всегда и не всякая, разумеется. Души праведников – настоящих праведников – обретаются в раю, души грешников – в аду. Не знаю, известно ли вам, но максимальное пребывание в нем составляет двенадцать месяцев.

Натаниэлю понравился еврейский ад. Всего год – можно потерпеть. После такой жизни…

– Но даже его требуется заслужить. Есть категории грешников, чьи души даже ад принимать не желают. Вот они-то и оказываются в самом страшном положении – ни рай, ни ад их не принимают, они испытывают чудовищные мучения. Такие души принято называть «неприкаянными» или «обнаженными».

Розовски хмыкнул. Видимо, сдержать своего скепсиса он не мог. Раввин отреагировал на его усмешку спокойно.

– Вы зря так скептически относитесь к этой части еврейского учения, – заметил он. – Есть некоторые явления, которые не в состоянии объяснить наука, но которые логично и здраво объясняются в рамках представления о гилгул нешамот.

– Например? – спросил Натаниэль.

– Например, такое явление, как гомосексуализм. Ученые пытаются дать этому самые разные объяснения – и психологические, и генетические, и прочие, прочие. Мы же объясняем его, исходя из учения о реинкарнации как части посмертного воздаяния. Согласно мнению некоторых каббалистов, особо грешная женщина, которая была при жизни распутницей и за это подлежит наказания на том свете, получает шанс исправить свое положение и свой грех, возродившись в теле мужчины. Это серьезное испытание, ибо она продолжает испытывать сексуальную склонность к мужчинам – как это было в ее предыдущем существовании. Если она – он – поддастся влечению, уступит страсти – то наказание ее душе лишь усугубится. Если же она в своем новом обличье осознает греховность влечения и проживет жизнь, борясь с искушением – ее душа получит прощение. Существуют специально разработанные каббалистические методики, помогающие таким людям победить нечистую страсть. И многие раввины владеют ими и могут научить. Правда, для этого человек должен осознавать противоестественность своих желаний и искренне желать победы над ними…

Рабби Давид увлекся, он говорил громко, хорошо поставленным голосом, сопровождая речь скупыми отработанными жестами.

– Да, – сказал Натаниэль. – Очень любопытный пример. И вполне логичный, если принять учение о реинкарнации. Но давайте-ка мы вернемся к явлению диббука.

– Да, хорошо… – пробормотал г-н Каплан. – Вы правы, я увлекся. Знаете, не так давно меня пригласили прочесть лекцию на эту тему в объединение, созданное лесбиянками и гомосексуалистами, желающими вести устраивающие их сексуальные отношения, но при этом не быть отринутыми синагогой. Боюсь, они восприняли мои слова как оскорбление. Хотя у меня и в мыслях не было… – он развел руками. – Действительно, продолжим… Да, так вот. Чтобы прекратить пытку неизвестностью, неопределенностью, обнаженная душа должна попытаться исправить хотя бы одно из своих греховных деяний. Но ведь душа бесплотна! Она ничего не может сделать здесь – в материальном мире. И тогда она стремится завладеть – хотя бы временно – чужим телом. Если ей удается, то мы и получаем явление диббук. То есть – приклеивание. Грешная душа как бы приклеивается к другой душе и временами управляет не принадлежащим ей телом. Чаще всего такое это происходит с родственником, может быть, потомком умершего. Исправление греха так и называется – тиккун, – рабби Давид подошел к книжному шкафу, снял с полки большого формата том в тисненном переплете. – В книге «Хамса», например, рассказывается о некоторых документально зафиксированных случаях явления диббука, подтвержденных уважаемыми раввинами и многочисленными свидетелями. Обычно диббук вселяется в человека, совершившего тайный грех и тем самым открывший свою душу для воздействия нечистой силы. Если нет возможности совершить тиккун, опытный раввин, сведущий в Каббале, способен низвергнуть чужую душу в ад. Кстати говоря, даже низвержение в ад можно рассматривать как облегчение участи грешной души. Последний случай изгнания диббука был зарегистрирован в Иерусалиме в 1904 году. Тогда душа грешника вселилась в тело пятилетней девочки. Девочка начала скверно ругаться, поносить родителей, говоря современным языком, – неадекватно себя вести. Далее… – он вдруг оборвал сам себя. – Извините, я вновь увлекся. Что мы будем ходить вокруг да около, – в голосе рабби Давида появились нотки усталости. – Насколько я понимаю, вас интересуют не теоретические рассуждения и не то, что случилось сто или тысячу лет назад. Вас интересует случай, связанный с моим отцом. Верно? И реб Иосиф уже, видимо, что-то рассказал вам.

– Меня действительно интересует случай, имевший место в начале января этого года, – согласился Розовски. – Поскольку шамес Дарницки, не совсем понятным для меня способом связывает гибель вашего отца – а значит, и гибель Даниэля Цедека – с этим не таким далеким событием. Что же до его рассказа – честно говоря, я из него ничего не понял. Поэтому давайте перейдем к этому случаю, и я послушаю, что вы можете о нем рассказать… Кстати, – он вдруг нахмурился. – Вы говорите, в 1904 году был последний случай. Наверное, вы оговорились? Вы, видимо, хотели сказать – предпоследний случай. А последний как раз и произошел около двух месяцев назад!

– Я хочу сказать следующее. Изучив множество рассказов об изгнании диббука – и в книгах рабби Хаима Виталя, ученика святого Ари а-Кодеша, и в книгах Менаше бен-Исраэля, и других, я нисколько не сомневаюсь, что никак и ни при каких обстоятельствах грешная душа не могла бы стать убийцей – убить человека в нашем, материальном, мире, да еще и оставить при этом следы. Надеюсь, вы и сами понимаете.

– Ну, а если предположить, что грешная душа – душа какого-нибудь злодея – вселилась в чье-то тело, заставила человека стать убийцей, а потом удрала, и… – Натаниэль сам почувствовал, что несет откровенную чушь и остановился. Ему казалось, что раввин сейчас рассмеется прямо в лицо. Но рабби Давид только покачал головой и ответил:

– Такое иногда описывается в откровенных сказках – например, в историях, вошедших в «Маасе-бух». Но, повторяю еще раз, диббук это душа, бесплотный дух. Он никого не может убить. Кроме, разве что, законного владельца своего временного обиталища – известны несколько случаев, когда изгоняемый дух удушал несчастного, в тело которого вселялся. И я полагаю, что плохое знание данного вопроса и подвело шамеса, – убежденно произнес рабби Давид. – Он слышал о том, что диббук может удушить свою жертву, и решил, что имеется в виду реальное удушение.

Действительно, следы на шее несчастного раввина оставило существо более чем материальное, с сильными руками. И Пеле тоже был задушен никак не духом.

– Теперь по поводу истории госпожи Юдит Хаскин, – продолжил рабби Давид. – Суть ее в следующем. Десятого января сего года к моему отцу обратился Игаль Хаскин с просьбой помочь его матери. По его словам, с ней происходит что-то странное и страшное, родственники говорят, что необходимо вмешательство опытного и знающего раввина, знатока Каббалы. Юноша уверял, что в его мать вселился дух отца, погибшего за полгода до того в результате несчастного случая – Йоэль Хаскин попал под машину… – голос рабби Давида дрогнул. – Ужасная смерть. Впрочем, он все равно скончался бы через полгода, максимум – через восемь месяцев.

– Почему вы так считаете? – удивился Натаниэль.

– Цирроз печени. Собственно, уже распад, – ответил раввин. – Йоэль Хаскин был хроническим алкоголиком. Под машину он, насколько я понимаю, тоже попал в состоянии сильного алкогольного опьянения… Да, так вот. Из рассказа Игаля следовало, что впервые дух покойного проявился в полночь, через полгода после смерти. Юдит Хаскин сидела и смотрела телевизор. Когда пробило двенадцать часов, она вдруг начала биться в судорогах, чем здорово напугала детей – кроме нее в комнате в тот момент были два сына, восьми и двенадцати лет. Остальные спали.

– Остальные? – переспросил сыщик. – А кто это – остальные?

– В семье пятеро детей. Младшие, четырехлетний Юваль и шестилетняя дочь Наама спали в соседней комнате. Самый старший, восемнадцатилетний Игаль, был на вечеринке. Так вот, после первого, вполне естественного испуга, Шломо и Бени – те два мальчика, которые тоже сидели у телевизора, – хотели вызвать скорую. Но у матери судороги прекратились, зато она вдруг заговорила низким мужским голосом, по словам детей – очень страшным…