Алексей Кленов - В понедельник я убит...

Никита был точен, как смерть, и позвонил ровно через пять минут. Благо, на остановке никого не было, к таксофону никто не совался, и я мог спокойно ответить.

Сняв трубку, я опередил все вопросы Никиты:

— Не спрашивай ни о чем. Знаю, что ты уже в курсе и сам на все твои вопросы отвечу. Никита, я не убивал Салихова и его бойцов. И к смерти Зайчика не имею никакого отношения…

И вкратце поведал Никите о событиях последних дней. Он внимательно слушал, не перебивал, и только когда я закончил, уточнил:

— Ты уверен, что среди наших есть человек Карена?

— Убежден. Карен не пустит такое дело на самотек. Он обязательно подстраховался. Осмотрись вокруг, и никому не доверяй. Даже своему шефу. Не удивлюсь, если Карен с ним по выходным в сауне девочек тискает, и двойной тариф от него получает.

Хмыкнув, Никита урезонил:

— Ну, это ты загнул, журналист. Фантазия разыгралась?

Я огрызнулся:

— А ты так уверен в непогрешимости своего начальника? Или кого-то из замов начальника УВД? Карен птица высокого полета. Говорю тебе — будь осторожен.

— Так может, ты и во мне сомневаешься?.. Не слышу?

А я действительно не знал что ответить. Стыдно, но факт. Кому я сейчас могу верить?..

— Извини, старина. Просто задумался… Не сомневаюсь. Иначе не позвонил бы.

После паузы Никита пробурчал:

— Ладно, врешь, паразит. Что делать намерен? В розыск тебя уже объявили. Теперь тебя на каждом углу могут замести. Твой портрет уже рассылают, куда только можно. И машину твою на автовокзале нашли. Есть где отлежаться до понедельника? А я пока пошустрю тут.

— Найду.

— И где будешь?.. Хотя, да. Не говори. Нам обоим спокойнее будет. Связаться с тобой как?

— Я сам выйду на связь…

Повесив трубку, я наморщил ум в поисках решения. Отлежаться… Хороший вопрос. А где? Мне никуда соваться то нельзя. Разве что к Андрюхе Гущину, моему бывшему оператору? Нет, тоже не вариант. Круг знакомств у меня широкий, но тех, с кем тесно контачу, не так уж и много, значит Карену и об Андрюхе известно. А стало быть, выход один — слинять из города до понедельника. За пару дней Никита во многом разберется, можно будет вернуться и дать официальные показания против Карена. А там уж как сложится. Вот только как мне из города выбраться? Мой абрис лица уже есть у всех ментовских служб, Никита однозначно проинформировал. Недооценил я человека Карена. В каком бы направлении я не метнулся, меня тормознут. На каждом КПМ при выезде из города шмонают все машины подряд, это к бабке не ходи…

Однако не зря говорят, что Бог пьяных и дураков любит. Пока я ломал голову над своими проблемами, решение пришло само. Точнее, приехало. С пригорка, со стороны города, лихо скатился автомобиль, И я, в первый момент дрогнув сердцем от испуга, в следующий уже радостно скалился. Потому что машинка была ничем иным, как знакомым синим "Опелем", в котором меня старательно пропасывали несколько дней топтуны Карена. В первый момент я подумал плохое о Никите, решив, что все же не зря опасался, и сдал он меня. Но мысли от напряжения последних дней скакали стремительнее обычного в моей черепушке, и уже через секунду очередная из них просигналила: это не Никита. Какой смысл? Он не стал бы звонить Карену, если допустить, что сам на него работает. Никита прислал бы именно ОМОН, и задержание произошло бы по всем правилам и по закону, чего и добивается Карен. А раз так, то вывод напрашивается сам собой: Карен разослал своих людей во все отправные точки города на удачу. Авось да и обнаружится мой следок. О том, что мы с Ульянкой не едем в Челябинск, он наверняка уже знает. Пока, возможно, предполагает, что едем в Оренбург. О моей "Ниве" ему известно наверняка, несчастная кассирша на вокзале его людям уже, конечно же, поведала об "истеричке" покупавшей билеты на оренбургский автобус. Приметы Ульянки сложили с описанием нервной пассажирки, и за автобусом уже катит джип с бойцами Карена. Ну, и до кучи он решил перестраховаться, и проверить жэдэ вокзал и наверняка аэропорт, заподозрив меня в самом беспардонном хамстве на грани беспечности. Но что особенно радует, так это то, что в салоне "Опеля" только один человек. Второй, возможно, катит вслед за автобусом, поскольку знает меня в лицо. А уж с одним то я справлюсь. Вот только здесь, возле вокзала, брать его нельзя…

Нет, не подумайте, что я сошел с ума, и сам лезу волку в пасть. Не настолько я крут. Просто мое внимание привлекли номера "Опеля". Как-то раньше я не придал им значения, а сейчас прямо таки резануло взгляд. Ведь номера то из "блатной" серии, Карен знает, чем надо свои машины снабжать. С такими номерами ни один угонщик к авто не приблизится, себе дороже, и ни один гаишник не тормознет. По той же причине. Иначе лишится своей палки и свистульки в тот же день. А кому охота доходное место терять из-за своей дурной инициативы и приверженности уставу? Так что я на этой машине запросто и выберусь из города. Да еще и с топтуна информацию скачаю. Ну, хотя бы ту, что ему доступна. Ведь известно же ему что-то о планах Карена…

Но здесь нельзя. Засветиться возле вокзала это верный способ указать, куда именно Ульянка мной отправлена. Проверить поезда, ушедшие за последние полчаса-час, для Карена не проблема.

Поэтому я дождался пока человечек Карена не спеша сходил в здание вокзала, где, безусловно, пробил всех, купивших билеты в последние три часа. За пятьсот баксов пожалуй ему и поведали. Ну, и натурально ни моей, ни Ульянкиной фамилии он в базе не обнаружил. А фамилия Рамиля ему вообще ни о чем не скажет.

Когда топтун вышел, и сел за руль, я коротко махнул рукой водителю ближайшего такси, подстерегающего очередную жертву на стоянке. Желтая "Дэу" хищно рванулась в мою сторону, застоялась голуба от бездействия. Плюхнувшись на заднее сиденье, я показал водиле две пятитысячные купюры, и спросил:

— На что бы их потратить, приятель?

"Приятель" широко ухмыльнулся, и предложил весь спектр услуг:

— Приезжий? Что интересует? Девочки, мальчики? "Винт", рулетка, ломбер? Отвезу, куда велишь, все самое лучшее для гостя нашего города.

Хмыкнув, я скроил нагловато-профессиональную физиономию, и отказался:

— Да не, братан. Чё там девочки, какой "винт"? А по мальчикам я и вовсе не ходок. У меня свой интерес. Просто покатаемся, поглядим достопримечательности.

Этот жучила сразу ушки навострил, расшифровав во мне по речи то ли мента, то ли киллера:

— За кем поглядим? Ты прости, друг, я не по этой части.

Я оскалился во все тридцать два:

— Так и я не по этой, не напрягайся. Я частный сыщик. Мне клиент заказал за конкурентом приглядеть, вот и шифруюсь на разных машинах. Вон тот синий "Опель" видишь? Прокатимся за ним?

И прошуршал бумажками, добавив:

— Обе твои.

С полминуты водила разрывался между желанием срубить деньгу, и страхом попасть в переделку с нагловатым "сыщиком", по ухваткам явно бывшим ментом. Алчность победила.

— А-а-а, давай.

Спрятав деньги в карман, он поинтересовался:

— Долго кататься? Здесь на пару часов, не больше.

Я заверил:

— Раньше отпущу, не беспокойся.

"Опель" рванулся с места, и направился в город. Я коротко велел:

— За ним…

Долго кататься и впрямь не пришлось. Уже минут через двадцать "Опель" тормознулся на остановке в центре, топтун вышел, и направился к киоску, сминая, и выбрасывая пустую сигаретную пачку. Уши у парня припухли без курева. Момент был — лучше не придумаешь. Этот балбес даже двери не закрыл, абсолютно уверенный в неприкосновенности машины.

Хлопнув таксиста по плечу, я пожелал:

— Все, вали. Счастливой дороги. И не оглядывайся, усек?

Для убедительности отодвинул край куртки, и продемонстрировал рукоять "Беретты" засунутой под ремень. Водила округлил глаза, часто закивал, и, когда я вышел, с места рванул почище Шумахера. А я сделал несколько быстрых шагов к "Опелю", распахнул дверцу, упал на водительское сиденье, и ужом проскользнул назад. Скатившись на пол, расположился поудобнее, чтоб водительское место хорошо обозревалось, и стал ждать. Долго не пришлось. Через минуту дверца распахнулась, топтун сел на место, и потянул сигарету из пачки.

Резко поднявшись, я сел на заднее сиденье, ткнул топтуна стволом "Беретты" в бок, и прошипел сквозь зубы:

— Замри. Ни одного движения, ни слова. Будешь тихо сидеть, — разойдемся полюбовно…

Нервы у мужика оказались крепкими. Не дрогнув ни одним мускулом на лице, он спокойно поинтересовался:

— И что дальше?

— Поехали.

— Куда?

— Пока прямо. Руки держи на руле…

— А скорости как переключать?