Рыцари и ангелы - Майя Яворская

этого большие проблемы, – она показала пальчиком в направлении бизнес-класса.

– Не понимаю.

– Как бы вам объяснить? В офисе он ведет себя совершенно нормально, но как только едет в командировку, тут же начинает сексуально домогаться. У меня уже так было два раза. Тогда меня выручали местные коллеги, забирали жить к себе. Но теперь мы направляемся в город, где только собираемся брать сотрудника, и помочь мне некому.

– Так что же вы хотите от меня?

– Если у вас не занят вечер, не могли бы вы со мной куда-нибудь сходить, чтобы мне допоздна не появляться в отеле?

– И как вам это поможет в отношениях с шефом?

– Я очень рассчитываю, что он просто вечером напьется и уснет. Тогда мне не придется от него отбиваться.

Илье проблема показалась надуманной. Даже вспомнилась пошлая фраза: «Проще дать, чем объяснить, почему не хочешь». Но озвучивать ее он не стал, чтобы не обижать. Если вопрос стоит так остро, то можно выяснить отношения с шефом раз и навсегда, снять другой номер в гостинице, уволиться, в конце концов. Вариантов масса. Но совета никто не спрашивал, просили о небольшой услуге. Погуляев внимательно посмотрел на соседку. Девушка показалась довольно привлекательной – хорошо сложена, миловидна, не вульгарна. В конце концов, чем он рискует? Планов на вечер особо никаких не было, так что почему бы не помочь?

– Сочувствую. Хорошо. Если вы так хотите, можем куда-нибудь вечером отправиться вместе.

Они чудесно посидели в уютном ресторане, поболтали о каких-то пустяках. Потом перебрались в караоке-бар, где до пяти утра пели песни и пили вкусное пиво. У новой знакомой Натальи оказался приятный, хоть и несколько слабоватый голос и наличие отменного слуха. Кое-что исполнили даже вдвоем. То, что девушка проснулась утром в постели Погуляева, стало логическим продолжением культурной программы. Но возникла другая проблема – впереди у Наташи были еще два вечера и озабоченный начальник в придачу к ним. Илья решил, что если уж взял на себя роль спасителя, то надо оставаться в ней до конца.

Три дня пролетели на одном дыхании. Но расставались без слез сожаленья и обмена телефонами, обоих дома ждали супруги. Этот вопрос молодые люди обсудили еще в самом начале знакомства, чтобы потом не случилось мучительного выяснения отношений. Такой формат общения Погуляеву очень понравился – легко, беззаботно, без каких-либо обязательств. Оказывается, вопрос интимной близости можно решать, как и прежде, без участия Даши.

С этих пор милые романчики на стороне, особенно в дальних поездках, стали для него нормой. С некоторыми женщинами отношения были чуть более длительными и серьезными, но все они рано или поздно заканчивались, не оставляя в его жизни никакого следа. Обычно в мужской компании принято делиться похождениями, но Илья был скрытен даже для друзей. Единственным человеком, с которым он был откровенен, это его двоюродная бабушка Елена Борисовна. Несмотря на то, что она производила впечатление божьего одуванчика, с головой у той был полный порядок и философский взгляд на вещи. Она сразу поняла, что в семье у Ильи что-то идет не так, и вытянула его на откровенный разговор. Ахать и охать, узнав подробности, она не стала, жалеть его тоже. Дарья ей не понравилась сразу, и она, как и сотрудники антикварного магазина, называла ее за глаза Скобой. Старушка просто пожала плечами и заметила, что из любой ситуации есть как минимум два выхода. Илья почувствовал облегчение и понял, что есть хотя бы один человек, с кем можно говорить без обиняков.

Когда в ее доме появилась Мила, Елена Борисовна сразу поняла, что родственнику она приглянулась. Мила ей тоже очень понравилась, и не только за внешность. Легкость характера, открытость и простодушие, вот что ее подкупало в молодой женщине. Узнав, что они встречаются, она иногда стала интересоваться, как развиваются отношения. Но Илья, хоть и признавался, что серьезно увлечен Милой, однако ничего в своей жизни менять не планировал. Старушка, изменяя своим принципам невмешательства, перешла в наступление – надо подумать о будущем, у Ильи с Дашей детей нет, а у Милы уже есть ребенок, значит, родить она может. К тому же ребенок уже большой, почти девушка, так что совместной жизни это не помешает. Чем не вариант? После этих слов Илья впервые за столько лет супружеской жизни задумался. А ведь верно, детей у них нет, а годы идут. Может быть, и правда пора что-то поменять? Кроме того, Скоба и его изрядно довела своим бесконечным контролем и нотациями.

Жена продолжала зудеть без остановки, пока он пил кофе. Даже громкое урчанье пустого желудка не могло заглушить этот въедливый голос. Спорить, как обычно, смысла не имело. Столкнуть Скобу с этих рельсов мог только другой такой же большой и неотвратимый паровоз. А Погуляев паровозом не был. В их отношениях ему отводилась роль бесправного вагона. Чтобы как-то отрешиться от происходящего, Илья просто отключил звук и предался мечтам о том, как они с Милой сказочно проведут следующую неделю. Будут утром пить ароматный кофе со свежими круассанами, днем бродить по пляжу или лежать в шезлонгах и потягивать через трубочку вкусный цветистый коктейль. А вечером отправляться в ресторан или просто сидеть на балконе и под рислинг с кубиками льда любоваться закатом.

– Ты слышишь меня или нет?! – зашипела Скоба, заметив у мужа неуместно-мечтательный взгляд куда-то вдаль.

Возврат к реальности был крайне неприятен. Эта безупречная кухня с ее сияющей девственной чистотой, и Скоба на ее фоне. Только она могла смотреться органично внутри такого интерьера. Не пищеблок, а выставочная экспозиция. И Даша в роли экскурсовода. Сразу захотелось встать и уехать к Елене Борисовне. Там пироги, суп и котлеты. Можно было бы комфортно отсидеться до самолета. Но Погуляев не рискнул перейти к активным действиям. Он лишь поставил кружку на стол и вяло отреагировал:

– Да, слышу.

– А что толку? Я столько лет с тобой бьюсь, а результат нулевой. Ты как пес, сорвавшийся с цепи. Стоит тебе уехать в командировку, как ты пускаешься в загул!

– Вот именно с цепи… – вздохнул Илья.

– Что?

– Ничего. Зачем я тебе такой плохой нужен, говорю?

– Что значит, нужен? – зло уставилась на него жена.

– Я плохой, детей у нас нет. Зачем мы вообще живем вместе?

– Значит, есть причина.

– Какая? Только не говори, что любишь меня и жить без меня не можешь.

– Не скажу.

– Тогда что?

– Не сейчас. Потом поговорим. Когда ты вернешься из командировки.

Илья вяло пожал плечами и стал смотреть в окно.