Сиделка - Джой Филдинг

Харрисон касался руки Рен.

– И твоей сестрице просто не терпелось примчаться сюда и доложить тебе. – Харрисон раздраженно провел рукой по волосам. – А тебе точно так же не терпелось сделать выводы. Слушай, вечер был долгий, и я совсем выбился из сил. Пойду спать.

Я просидела за столом еще около часа, чувствуя, что невидимая шелковая шаль лежит, смятая, у моих ног. Потом заставила себя встать и подняться в спальню. Умывшись и почистив зубы, я легла рядом с мужем.

– Прости, – прошептала я, обняв его и уткнувшись лицом в теплую спину.

Но если Харрисон и бодрствовал, то не подал виду. На следующий день он уехал в университет, сказав только «доброе утро». И вот теперь на сцену выходит Роджер Макадамс.

Глава 14

– Прошу прощения, – произнес незнакомый голос, – вы Джоди Бишоп?

Я оторвалась от контракта, который просматривала, и увидела в дверях кабинета симпатичное лицо: орехового цвета глаза, русые волосы, аристократический нос, полные губы.

– Роджер Макадамс?

– Собственной персоной, – подтвердил он, подошел к столу и протянул руку.

Клиент был высокий и стройный, в стильных серых брюках и темно-синей спортивной куртке. Рукопожатие показалось мне крепким, а взгляд – твердым.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – предложила я, указывая на пару дубовых кресел перед столом.

– Спасибо, что согласились встретиться так быстро.

– Чем я могу вам помочь, мистер Макадамс? – улыбнулась я.

– Пожалуйста, просто Роджер…

Он объяснил, что несколько месяцев назад переехал в Торонто из Детройта ради новой работы и пришло время сменить крошечную съемную квартирку на собственное жилье.

– Какого рода жилье вас интересует? Дом? Квартира?

– Однозначно квартира. Я разведен, детей нет. Гости, скорее всего, будут нечасто. Но, наверное, хорошо бы две спальни, чтобы одной из них пользоваться как кабинетом.

– Есть какой-то конкретный район на примете?

– Ну… Я работаю на Бэй-стрит. Поэтому желательно где-нибудь в центре. Возможно, с видом на озеро.

– Квартиры с видом на озеро недешевы. Какой у вас бюджет?

– Гибкий, – ответил он. – Может, покажете мне пару вариантов, чтобы я посмотрел, какие есть варианты и по каким ценам? Тогда я смогу лучше понять, из чего выбирать.

– Звучит разумно, – заметила я и добавила про себя: «И туманно», понимая, что нам очень повезет, если подходящая квартира отыщется быстро. – Можете посмотреть предложения на нашем сайте. Вдруг что-то приглянется. А я тем временем попробую подготовить хороший срез текущих вариантов и свяжусь с вами ближе к вечеру.

– Идеальный вариант.

– Какое время вам будет удобнее для осмотра квартир?

– Пожалуй, вечером или в выходные. Если вас это устраивает.

– Если устраивает вас, то и меня устроит, – честно ответила я, хотя уже представляла себе громкие возражения Харрисона по поводу моего расписания работы.

Роджер протянул мне карточку со своим именем и номером мобильного.

– Надеюсь скоро вас услышать, – сказал он на прощание.

«Надеюсь быть услышанной», – подумала я, глядя ему вслед.

– Значит, хочешь сказать, что будешь работать все выходные? – спросил Харрисон, когда мы ложились спать.

– Не все выходные.

– Нет. Только по утрам и днем.

– Не все утро, – спокойно возразила я. – И не весь день.

– Правда? – вскинулся он. – И какой же у тебя график? Объясни.

– В субботу у меня назначены показы с десяти до двенадцати и с двух до четырех.

– А в воскресенье?

– Воскресенье может и не понадобиться.

– Но может и понадобиться, – парировал Харрисон.

– Может, – согласилась я.

– То есть выходит, что мне придется сидеть с детьми все выходные.

– Я буду дома на завтрак, обед и ужин, – ответила я.

– А я должен развлекать их все остальное время.

– Неужели так сложно? У нас замечательные дети.

– Тебе-то откуда знать?

– Так нечестно. Я провожу с ними не меньше времени, чем ты.

– Правда? – фыркнул он. – В какой вселенной? Посмотри правде в глаза, Джоди. Муж и дети для тебя на третьем месте. После родителей и работы.

Обычно я пропускала подобные обвинения мимо ушей. Слушая ссоры между родителями, я поняла, что попытки защититься только провоцируют новые обвинения. Но мне надоел бесконечный поток одних и тех же жалоб.

– Это не только нечестно, – возразила я, – но еще и неправда.

– А я тебе скажу, в чем правда, – перешел в контратаку Харрисон. – Правда в том, что твоя работа всегда оказывается важнее моей. Мне вечно приходится приспосабливать свой график к твоему. Ты совсем не уважаешь ни мое время, ни мой труд.

Я покачала головой, понимая, что мы начинаем повышать голос, и помня, что в соседних комнатах спят дети.

– Ты спокойно занимаешься своими делами, назначаешь встречи, даже не посоветовавшись со мной. По вечерам, по выходным…

– Как будто у меня есть выбор.

– Выбор всегда есть.

– Мне приходится назначать встречи с учетом графика клиентов.

– А как насчет моего графика?

– У тебя он более гибкий, чем у меня.

– Только потому, что я умею расставлять приоритеты.

– Кто-то же в этом доме должен зарабатывать деньги, – огрызнулась я и тут же пожалела.

– Ага, – кивнул муж, – вот мы и добрались до сути проблемы.

– Я просто пытаюсь сказать, что…

– …Что зарабатываешь больше меня и поэтому имеешь право командовать.

– Я такого не говорила.

– «Кто-то же в этом доме должен зарабатывать деньги» – разве не твои слова?

– Да, но я имела в виду, что…

– Что ты зарабатываешь деньги и поэтому принимаешь решения.

– Когда это ты не участвовал в принятии хоть одного важного решения? – рявкнула я.

– Можешь потише? – неожиданно тихо спросил Харрисон. – Детей разбудишь.

Я едва не сорвалась на визг:

– Именно благодаря моему доходу мы можем себе позволить этот дом и детский сад с дневным лагерем для детей, чтобы дать тебе возможность писать. – Стараясь взять себя в руки, я говорила тихим и хриплым голосом.

– И тебе это, конечно же, не нравится, – хмуро заметил он.

– Вовсе нет. Мне не нравится твое нежелание признать мой вклад.

– То есть ты стараешься только ради нас? Речь об этом? Тебе не нравится работа? Ты не получаешь от нее никакого личного удовлетворения?

– Конечно, она мне нравится. Ты извращаешь каждое мое слово.

– И только благодаря тебе мы можем себе позволить комфортную жизнь. Разве ты не так сказала?

– Да, но…

– А я не вкладываю ничего.

– Такого я точно не говорила.

– И без слов понятно.

– Ты сам начал, – напомнила я ему. – Не я первая стала жаловаться.

– Ну разумеется, – съязвил муж. – Ты всегда ни при чем, верно? Сама безупречность.

– Я никогда не говорила, что безупречна! Что, черт возьми, происходит?! – в отчаянии воскликнула я.

– Мамочка! – раздался голосок со стороны двери.

Я обернулась и увидела Дафни, сжимавшую в