Медная роза - Андрей Михайлович Дышев

и пыли лицом внимательно изучает ее паспорт.

– Куда направляемся?

Это для нее самый трудный вопрос. Боясь показаться не вполне нормальной, Ольга уверенным голосом отвечает:

– К своему жениху. К Сергею Рябцеву.

Военный поднимает на нее насмешливый взгляд.

– К какому еще Сергею?

Ей кажется это невероятным, но фамилия Сергея ему не знакома. Ольга пытается что-то объяснить, но у военного нет времени слушать ее. Он передает ее паспорт своему помощнику и кивает на зеленый вагончик, металлический бок которой изрешечен пулями, словно дуршлаг.

– Отойдите в сторонку!

Шлагбаум поднимается, и грузовик, на котором Ольга приехала, трогается с места. Ее попутчица машет рукой. На глаза Ольги наворачиваются слезы.

Ей хочется выть от досады. Неужели ее не пропустят? Она уже так близко от Сергея! Может, он где-то совсем рядом, в окопах, которые коричневым пунктиром тянутся вдоль дороги?

* * *

Она стоит в вагончике, провонявшем сигаретами, и боится поднять глаза. Солдаты, сидящие на топчане, пьют чай из металлических кружек и откровенно пялятся на нее. Кто-то предлагает ей стул, но Ольга не реагирует.

Наконец, заходит тот молодой офицер, который отобрал у нее паспорт.

– Пожалуйста, объясните мне, куда вы хотите ехать? – вежливо спрашивает он, подходит к столу и наливает в кружку из черного закопченного чайника.

Путаясь и заикаясь, она говорит про сержанта Сергея Рябцева, который служит где-то в Чечне, о том, что она его невеста, и ей обязательно надо его увидеть.

Солдаты дружно гогочут. Кажется, Ольга краснеет и едва сдерживается, чтобы не расплакаться. Офицер жестом руки обрывает смешок. Он достает из кармана паспорт, еще раз мельком смотрит на фотографию и возвращает документ.

– Вот, что, невеста, – говорит он, и лицо его вдруг становится жестким. – Поезжай-ка ты в Москву. И чем быстрее, тем лучше.

– Как это – в Москву? – бормочет она. – Мне надо увидеть Сергея. Вы знаете его?

– Если б Басаева, – отозвался кто-то из солдат. – А Сергеев у нас много…

– Здесь идет война, милая! – говорит офицер. – Это же не Анапа, и не Крым! Ты понимаешь, куда приехала?

– Понимаю, – отвечает, а у самой на глазах уже слезы.

– А раз понимаешь, – говорит офицер и ставит кружку на стол, – так давай побыстрее выметайся. Сейчас автобус в Моздок пойдет, я тебя посажу.

Она выходит из вагончика, словно во сне. Все вокруг нее плывет. Она почти слепая. Едва волочит ноги по пыли. Нашла какой-то валун, села на него и разрыдалась.

Глава шестая

Она чувствует себя несчастной и мысленно ругает и себя, такую непутевую, и Катю, за то, что толкнула на эту авантюру. Вот уже час сидит на камне рядом со шлагбаумом, глядя на грузовики, бронированные машины, КамАЗы, которые пылят мимо, и ее глаза все никак не просыхают.

Молодой офицер без устали проверяет документы у всех, кто проходит контрольный пост. День катится к закату, и людей немного поубавилось. Офицер изредка поглядывает на Ольгу. Наверное, она уже намозолила ему глаза своим присутствием.

К ней подходит солдат в тельняшке-безрукавке. У него смешно торчат уши. Он улыбается и становится еще смешнее. Ольга вытирает слезы.

– Хотите чая? – спрашивает он и, не дождавшись ответа, опускается рядом на корточки. – А вы из самой Москвы, да? А какая там сейчас погода?

Она отвечает, и тяжесть с души постепенно сходит. Солдат закуривает и играет мускулами, чтобы понравиться ей. Она улыбается. Мальчишка!

– Здесь война, понимаете, – голосом бывалого воина объясняет он. – Чрезвычайно опасно. Не исключены диверсии и ночные обстрелы. Бандформирования активизируют теракты… А этот ваш… ну, к кому вы едете, где служит?

– В Чечне.

– Я понимаю, что не в Анапе. В каком подразделении?

– В разведроте.

– В какой разведроте? Какого полка?

Ольга пожимает плечами.

– Кажется, в разведроте пехотного полка… Сейчас, я вам его адрес покажу!

Она торопливо вытаскивает конверт, в котором пришло письмо от Сергея.

– Понятно, – со знанием дела говорит солдат, едва глянув на конверт. – Это отдельный разведывательный батальон. Отлично воюют ребята!

– Естественно! – ревниво добавляет Ольга.

Ее нового знакомого окликают, и он вразвалку идет к «газели» проверять мешки с мукой.

Ольга чувствует пустоту в душе и бесконечную усталость. Небо постепенно окрашивается в розовый цвет. В низине за постом сгущается туман. К ней приближается крупная овчарка. Миролюбиво помахивая хвостом, она обнюхивает ее колени. Ольга вспоминает, как сослуживец Сергея рассказывал: «А если наши псы к нам приткнутся, то вообще благодать! Знаете, как с овчарками в обнимку тепло?»

Ольга невольно теребит собаку за загривок, смотрит в ее добрые умные глаза.

– Ты не знаешь, где мой любимый? – спрашивает собаку.

Ольге кажется, овчарка знает, только ответить не может.

* * *

Наверное, она задремала и потому вздрогнула, когда офицер тронул ее за плечо.

– Бог с тобой! – говорит он. – Быстро запрыгивай на эту бээмпэ, полезай в люк и сиди там, как мышь!

Ольга смотрит по сторонам, хлопает глазами и не понимает, о чем речь. А офицер уже берет ее под локоть и ведет к бронированной машине, от которой тянет жаром и горьким запахом выхлопов.

– Но имей ввиду: я тебя на «броню» не сажал, ты сделала это по своей воле…

– А куда он едет? – кричит она, стараясь пересилить гул мотора, но офицер отмахивается и растворяется в пылевом облаке.

С БМП уже протягивают руки.

– Быстрее! – поторапливают солдаты.

Бронированная машина рычит на холостых оборотах. Ольга ставит ногу на гусеницу и хватается за руку в кожаной перчатке без пальцев. Ее легко затаскивают на броню. Не успевает она взяться за крышку люка, как машина резко трогается с места. Гусеницы с лязгом подминают под себя грунтовую дорогу. Грохот стоит неимоверный. От едкого выхлопа у нее слезятся глаза.

Они мчатся по степи. Ольга медленно приходит в себя и начинает оглядываться. Вокруг, опираясь на стволы автоматов,