Сыщик поневоле - Михаил Александрович Михеев

именно за ним, Виталием. И когда он резко собрался и уехал, позвонили и сообщили. Только вот куда и кому, этот конкретный человек не знал. Знал один из их компании, с которым он и знаком-то был шапочно. Его так подрядили, для массовки, да и остальных тоже. Как ни крути, одинокий человек в неположенном месте привлекает внимание, а хмельная компания лишь вызывает желание свалить прочь. Если бы не собака и возникшее в результате встречи с ней глупое желание поквитаться, они растворились бы, и никто не вспомнил о них потом.

А пистолет – да… Пистолет вообще был из другой оперы. Мальчишка, как оказалось, работал в горводоканале, следил за состоянием ливневой канализации. Ну и нашел пистолет в ней. А найдя, по скудоумию решил оставить себе. По большому же скудоумию и вовсе таскал в кармане. Что же, придется решить возникшую проблему – на данном этапе скандал в их тихом городке Виталию был не нужен.

Капитан Самохин взял трубку после второго гудка и на предложение встретиться согласился без раздумий. Рабочий день уже закончился, а он все разбирался с бумагами в своем кабинете, поэтому, когда Виталий, сменив машину, заехал за ним, то уже через пару минут имел сомнительное удовольствие наблюдать в ее новеньком, вкусно поскрипывающем салоне фигуру, облаченную в пуховик. По случаю неустановившейся еще погоды одежда капитана пахла слегка подмоченным пером, что, вкупе с «ароматом» табака (и где, спрашивается, все призывы к борьбе с курением, если милиция первой нарушает неписаные указивки с самого верху), давало совершенно неповторимое амбре. Впрочем, чтобы не морщиться, его выдержки хватило.

Капитан же, в свою очередь, с интересом рассматривал вместительный и ранее невиданный им салон машины. Интересно, наберется наглости попросить разрешения посидеть за рулем или нет, подумалось Виталию. Не попросил. Что же, этим капитан заработал в его глазах пару лишних очков – бесцеремонности в любом ее проявлении Виталий терпеть не мог.

– Только не говорите мне, что мы едем куда-то далеко, – заметил капитан, когда машина выбралась из города. – По этой дороге мы приедем разве что в дачный поселок.

– Я знаю, – равнодушно пожал плечами Виталий. – Я ведь в этом городе родился, знаю его неплохо.

– И вы теперь меня на дачу тащите?

– Дача – это место, где саженец становится деревом, семечко – овощем, а человек – раком. Ненавижу дачи! Все гораздо проще. Дорога тут пустынная, да и телефон не везде берет. Сможем встать и поговорить без посторонних ушей.

– Считаете, они будут?

– Не знаю. Может статься, в ваших интересах, чтоб не было. А может, и нет.

Они некоторое время молчали, аккурат до момента, когда достигли неприметной, чуть припорошенной снегом отворотки. Пикап коротко, по-немецки породисто взрыкнул двигателем и легко перелез через небольшой ровик, призванный, теоретически, перекрыть движение, а на практике способный затормозить лишь низкосидящие иномарки, да и то не все. Отползя метров на двадцать, машина замерла рядом с могучими, в три обхвата, лиственницами. Виталий погасил огни, отчего «амарок» словно бы растворился в полумраке, немного подождал, но все было тихо.

– Ну и что мы сюда приехали?

– Капитан, – Виталий повернулся к Самохину. – Ты в курсе, что городок у нас спокойный, но мы-то, простые обыватели, знаем не все.

– Кхе, – Самохин поперхнулся.

Виталий безразлично пожал плечами:

– Простые обыватели, – повторил он. – Не все знаем. Ты мне скажи, в течение последних двух недель… Хотя нет, берем с запасом.

В течение последнего месяца стрельбы-трупов не было?

– Стрельбы точно нет. Трупы были, но криминальных только два. Один с поножовщиной на кухне, а второй – когда бомжа насмерть запинали.

– Бомжа? – Виталий даже удивился немного. – А они еще остались? Я думал, вымерли.

– Эти вымрут, дождешься от них…

– Ясно. Тогда второй вопрос. У тебя никто из подчиненных оружие не терял?

– Из моих – нет. А так…

– Было, значит?

– Считай, да. Сержант ППС утопил ствол в колодце и так и не нашел. Не знаем, что с парнем делать. Это же статья.

– Держи, – Виталий положил на колени Самохину пистолет. – Только проверь – вдруг ошибаюсь.

– Откуда?

– Мальчик… известный тебе… нашел.

– Опаньки. И ты…

– Да нет, я его вообще о другом спрашивал. А пистолет – он во всех смыслах удачно совпал.

Максимально коротко, без эмоций и не вдаваясь в нюансы допроса, Виталий рассказал то, что узнал. Затем усмехнулся:

– В общем, смотри сам. Хочешь – давай делу ход, не хочешь – просто не мешай мне копаться.

В том, что Самохин не захочет лезть, он не сомневался. Капитану и лишний геморрой не нужен, и придется насчет ствола объясняться, а его за подобное не похвалят. Сор из избы в органах выносить не принято, лишние скандалы, которых и без того хватает, никому не нужны. А с другой стороны, должок теперь за капитаном имеется, да и копать самому он Виталию мешать не будет. Более того, пошлет наряд на квартиру Кожедуба – пусть отвяжут и задержат под каким-нибудь предлогом на недельку, чтоб без связи посидел. Тоже неплохо. И расстались они в результате весьма довольные друг другом.

Дома вновь было очень чисто и вкусно пахло – Катерина, похоже, за его домашнее хозяйство взялась плотно и всерьез. Что же, пусть так. Виталий залез под душ, некоторое время наслаждался бьющими со всех сторон струями воды, после чего ощутил себя заново родившимся. И ужин был вкусным, да и Катерина, оклемавшись от свалившихся на нее проблем, вела себя куда бодрее, чем накануне. Еще и приоделась, найдя в гардеробе Виталия вещи, оставшиеся от его… гм… предыдущей пассии. Были они коротковаты и широковаты, так что смотрелись немного комично, но, увы, вариантов особо не наблюдалось. Занятый весь день собственными проблемами, Виталий о потребностях гостьи попросту забыл, а она из квартиры выходить боялась.

Пожалуй, единственное, что удивило Виталия, были серьги – большие, тяжелые, с темно-фиолетовыми аметистами. Их он у девушки раньше не видел и не помнил, чтобы такие откуда-то остались у него самого. Катерина в ответ на вопрос, откуда они, лишь улыбнулась чуть кокетливо и сказала, что лежали в кармане, их не нашли те, кто ее похищал. А так – отец сделал, давно, еще в молодости. Подарил будущей супруге, но той они почему-то не понравились, и носила она их нечасто. А вот дочери, напротив, пришлись по душе. Уже несколько лет носит… Что же, рукастый Петрович мог сделать и не такое.

Откровенно говоря, Виталия так и подмывало прямо сейчас отправиться и всерьез поговорить с мозгляком, который был за главного