Жаркий детектив - Альбина Равилевна Нурисламова

знакомиться с ее отцом, и вовсе остолбенела от счастья. И на целых полчаса потеряла дар речи.

Конечно, они заблудились и петляли два часа по лесу, пока карта не вывела их к поселку на озере.

– Вот и Ваня, наверное, тоже заблудился. Потому и не вернулся до сих пор, – снова начала всхлипывать Степанида Ильинична, следуя под руку с кавалером от стоянки к будке охранника.

– Сейчас все выясним, Стеша, – ласково гладил ее по ладошке бывший тренер. – Не паникуй раньше времени.

– Он мог заблудиться и стать обедом для диких животных! – округляла она глаза от ужаса.

– А мог не заблудиться и просто наслаждаться отдыхом в обществе красивой девушки, – предположил он. – Или на солнышке лежать, загорать…

Ванька не загорал. Он косил траву! Триммером, конечно, не косой. Треск они услышали метров за двадцать до участка, обнесенного высоким забором из гофрированного железа темно-бордового цвета.

А Настя – о боже! – варила уху на переносной газовой плитке. Из рыбы, которую они с Ванечкой наловили в озере.

Она теперь его называла Ванечкой, чем снискала благосклонность сердитой Степаниды Ильиничны. Та, конечно, сразу набросилась на племянника, даже пару раз кулаком его в плечо двинула.

Ваня не возмущался. Он выглядел совершенно беспечным и счастливым. Тут же сообщил всем: как только в поселок проведут интернет, они с Настей сразу же переберутся туда на ПМЖ.

– Но тут же глушь, – с сомнением покачала головой Яна. – На десятки километров никакого жилья. Мало ли что может случиться? Сюда даже «Скорая» не сразу доедет.

Парочка – Иван и Настя – рассмеялись и ответили практически хором:

– А мы постараемся быть здоровы. Здоровы и счастливы вместе.

Потом было много шума и суеты. Кто-то вызвался колоть дрова для мангала. Кто-то занялся мясом – его Иван благоразумно захватил из города и хранил в глубоком погребе на участке. Пожилые мужчины исчезли куда-то, пошептавшись с дамами, и вернулись спустя час с огромными пакетами с продуктами, а также шестью спальниками. Всем сразу захотелось переночевать в этом замечательном месте.

А потом был пир на весь мир! На дощатом столе, который мужчины соорудили из досок и высоких пеньков, расстелили цветную клеенку. Они ели мясо, овощи, пили замечательное красное вино. Много говорили и смеялись. В какой-то момент Иван вдруг сделался серьезным, попросил всех наполнить пластиковые бокалы и заявил, что хочет попросить прощения.

Все налили вина в стаканчики и затихли.

– Я хочу попросить прощения у Яны – это первое, – проговорил Иван, посмотрев на нее виновато. – И не потому, что не явился к тебе на свидание, а потому, что, не явившись на него, вдруг сделался самым счастливым человеком на земле. Тетя – у тебя прошу прощения… Я впервые сделал что-то без твоей подсказки. Пропал. Исчез. И нашел это место. Вернее, не я – Настя нашла. Но… В общем, резюмирую: оказывается, счастье не всегда случается по умным правилам. Просчитать его, как биржевые скачки, практически невозможно. И оно случается…

– Ваня, не тяни, – перебил его Игорь со смешком. – Мы все поняли. Особенно я! Я же не просто так, а тоже участник. И резюмировать теперь буду я… Давайте выпьем друзья за наше с Ванькой счастье, которое у нас случилось по обмену! Ура!..

Татьяна Устинова

• Игра в дурака •

Сане, племяннице, было четыре года, когда мы с Женькой, два великовозрастных идиота, научили ее играть в дурака.

Было лето, и какое-то совершенно особенно прекрасное. Оно было жаркое, просторное и тянулось очень долго, а не проскочило за одну минуту. Наш младший сын Тимофей полгода как родился, и все эти полгода он вел себя довольно прилично, и мама согласилась с ним побыть, пока мы со старшими детьми сгоняем в Питер на каникулы. У нас редко случаются каникулы, решительно не каждый год, а тут все совпало.

Мы поехали в Питер на машине «Нива», в которой сзади не открываются окна – так она устроена – и дверей тоже всего две. Нам так нравилась наша «Нива»! И она была совершенно новой, мы ее купли в марте, кажется, а в Питер поехали в июле.

Мы решили, что поедем с ночевкой – чтобы не слишком спешить и чтобы как следует насладиться путешествием. Ночевали мы в Великом Новгороде, там была такая гостиница «Садко», очень даже приличная, и мы успели сбегать к памятнику «Тысячелетию России», рассмотреть на постаменте фигурки, обходя по кругу с путеводителем, и еще даже искупаться в Волхове, и поужинать в кафе, вот как!..

В Питере нам было прекрасно. Ах как прекрасно нам там было, несмотря на жару – такая жара на Балтике случается, наверное, раз в пятьдесят лет! Мы старательно, с высунутыми от старательности и жары языками, обходили достопримечательности, выстаивали очереди в музеи, а если вдруг не было очереди, ликовали и старались провести в таком музее как можно больше времени. Мы объездили все пригороды, фотографировали Саню и Мишку на фоне Самсона, раздирающего пасть льва, рядом с Ростральными колоннами и на Трубецком бастионе, откуда открывается такой праздничный, имперский вид на Неву и Исаакиевский собор на той стороне!..

Наши дети, надо сказать, решительно не протестовали против очередей и музеев, иногда только немного скулили от усталости, и еще Саня каталась на всех лошадках, которые предлагали катание. Увести Саню от лошадки не представлялось возможным. Саня не шла. У нас было не слишком много денег, и мы специально экономили, чтобы охватить всех встреченных нами на пути лошадок. Иногда, завидев их издали, мы предпринимали маневры, чтобы Саню отвлечь, и несколько раз нам этот номер удался!..

По вечерам мы возвращались в гостиницу, совершенно изнемогшие от усталости, жары и впечатлений, обливали детей прохладной водой из душа – они стонали от наслаждения – и усаживались на кровать играть в дурака.

Сане было четыре года, и мы ее научили!.. То есть, разумеется, за нее играл Женька, и поэтому она постоянно выигрывала. Она выигрывала всякий раз, когда мы принимались играть! Поначалу мы с Мишкой всегда бывали великодушны. Потом ее триумфы начинали нас раздражать. Потом мы оба принимались сердиться всерьез. Потом завывать. А Саня хохотала от счастья, валялась и дрыгала ногами!

Нет, мы понимали, что соперничать с Женькой, закаленным физтеховской общагой и поездками на картошку, нам не под силу, но, позвольте, хоть пару раз-то нужно дать нам выиграть! Но нет! Выигрывала все время только Саня, и каждый раз мы с Мишкой клялись, что больше никогда и ни