Лана Балашина - Кофе с молоком

Она вытерла глаза и виновато посмотрела на меня.

— Конечно, ты можешь решить, что у меня паранойя, но только я твердо знаю, что дважды за последний месяц меня пытались убить. Первый раз это произошло месяц назад. Я хорошо запомнила дату, потому что у моей школьной подруги был день рождения, она устроила девичник на даче. Затеяли баню, конечно, задержались допоздна, и домой я возвращалась уже глубоко за полночь. Подруга оставляла меня ночевать, но я решила все-таки вернуться: племянники приболели, и Полина была с ними дома одна, а на Илью надежда плоха, потому что он дома ночует редко. Дача у подруги в лесу, и мы договорились, что я отзвонюсь, как приеду домой. В этом дачном поселке два выезда, я, естественно, воспользовалась ближайшим. Зато, проезжая мимо второго выезда, заметила в стороне машину. Неожиданно она тронулась за мной, не включая фар. Я прибавила скорость, что при состоянии тамошних дорог не слишком разумно, но и они не отставали. Если честно, я не слишком испугалась: машина у меня хорошая, и водить меня учил папа, так что я надеялась благополучно уехать от преследователей. А потом в свете фар впереди на дороге увидела перегородившее дорогу дерево, людей, какую-то суету. Подъехав ближе, я узнала соседа подруги по даче: энергично ругаясь, он с подвыпившими приятелями разбирал завал на дороге. На мой вкус, парень он довольно противный и прилипчивый, но в эту ночь я была просто счастлива встрече с ним. Я оглянулась: преследовавшей меня машины видно не было. Воспользовавшись тем, что часть дороги ребята уже освободили, я поблагодарила их за помощь, и уехала, игнорируя предложения вернуться и отметить встречу. Домой я добралась благополучно, только руки почему-то дрожали. Конечно, я пыталась себя убедить, что это просто гопники какие-то, но слабо представляла, зачем бы они стояли у тех дач. В такое время суток там запросто можно никого до утра не встретить…

Я кивнул, спросил:

— Кто, кроме подруг, знал, что ты поедешь на дачу и что обязательно вернешься домой?

Лена пожала плечами:

— Илья знал, и Полина. Да, еще няня племянников, Раиса Андреевна. К ней приехала родня, и я отпустила ее, пообещав, что обязательно вернусь, чтобы помочь Полине с заболевшими малышами. Я вообще редко разговариваю с посторонними людьми.

Она вынула сигарету и неловко защелкала зажигалкой. Я достал свою, помог закурить и неодобрительно посмотрел на нее, но Лена только махнула рукой:

— Это я после Саши… — Руки у нее дрожали, наверное, рассказ ей давался тяжело. — Я потом звонила подруге, узнала, что так и не нашли придурков, устроивших завал на дороге. Я не стала ее пугать. Утром все кажется другим, чем ночью в лесу, и мне почти удалось забыть обо всем этом. А неделю назад я ехала по трассе, хорошо так ехала, знаешь…Последнее, что помню четко: какая-то машина пошла на обгон и я краем глаза увидела, как опускается заднее стекло. Потом мою «Октавию» повело, и я слетела с трассы вниз, чудом просвистела сквозь частокол деревьев и остановилась на свежей пашне. В общем, это и спасло мне жизнь. Я решила, что пробила камнем колесо. Дозвонилась Илье, он сразу же приехал с ребятами, забрал и меня, и машину. У меня даже царапины ни одной не было. Илья просто в недоумении был, как это могло случиться. Автомобили — это его единственная и сильная любовь, и за техническим состоянием машин он всегда следит сам. А вечером я заехала в гараж, и старый механик, работавший еще с моим отцом, показал мне сплющенную пулю, которую он вынул из пробитого колеса…

Я задумчиво протянул:

— Хорошенькие дела творятся в вашем королевстве…

Мы помолчали, и я вздохнул: с надеждой помахать всем ручкой и отбыть по месту прописки на ближайшее время мне придется расстаться. Не могу я бросить Ленку одну в такой ситуации… Я хотел, было, еще покопаться в себе, на предмет, не ищу ли я просто повод для того, чтобы остаться, но решил не рефлексировать. Повод-то был более, чем серьезный.

Я решился.

— Лена, если честно, я совсем не считаю это паранойей. Тебе давно следовало обратиться к кому-нибудь за помощью, и непонятно, чего ты ждала. Кстати, почему ты не рассказала обо всем Илье?

Лена погрустнела.

— Знаешь, у нас с ним сейчас все так непросто. Девчачьи иллюзии о вечной любви быстро выветрились у меня из головы. Я давно знаю, что у Ильи своя личная жизнь, и весьма насыщенная. Знаю и о его многочисленных любовницах, и просто о подружках. Это только кажется, что город у нас большой, а все на виду. Конечно, нашлись доброжелатели, мне и звонили, и писали о его похождениях. Кстати, в последнее время он что-то присмирел. Я даже решила, что нагулялся, так нет: не так давно мне позвонила знакомая, бывшая пассия Ильи, и сказала, что моего мужа часто видят в казино «Фламинго», с некой Аленой Кашириной, а заодно оповестила, что от нее можно ждать любых пакостей. Я ей посоветовала поговорить об этом с Городецким, и положила трубку.

— Подожди, — остановил ее я. — Когда был этот звонок — до поездки на дачу, или после?

Она подумала и уверенно сказала:

— Да вот как раз накануне. — Посмотрела на меня. — А что? Ты предполагаешь, что это как-то связано?

Я пожал плечами.

Она вздохнула:

— От моей гибели Илье не будет никакого прока. Понимаешь, когда мы поженились, некоторое время работали с моим отцом. Потом, лет восемь назад, папа ездил к себе на родину и встретил там одну женщину. Не знаю, было ли у них что по молодости, но только к тому времени она тоже овдовела, и он переехал к ней. Хотя официально предприятием по-прежнему владеет отец, все эти годы руководил фирмой Илья. Я понимаю, ты считаешь его недоучкой, но в технике он прекрасно разбирается, а экономическими вопросами занимается его зам. Можешь не верить, но у них все очень хорошо получается, фирма процветает, автомобильный парк растет. Илья по натуре — собственник, не думаю, что ему захочется расставаться с насиженным местом.

Я вспомнил, что Илья в нашей команде всегда считался спецом по технической части и контролировал подготовку машин к соревнованиям. По моему мнению, любовь к технике — единственное его достоинство.

Не удержавшись, спросил Лену:

— А ты-то чего терпела все это? Как я понял, прежние чувства в тебе отгорели, почему ты все это не прекратила?

Она вздохнула.

— Знаешь, я Илью даже не слишком виню во всем, что с нами произошло. Когда-то он был другим, ну, или мне казалось, что он другой. В общем, первой проблемой нашего брака стало отсутствие детей. Где я только не лечилась! Я и с работы вынуждена была уйти, потому что по полгода лежала в клиниках и санаториях. Илья все это терпел. Правда, в последнее время стал заговаривать о том, чтобы усыновить ребенка, мол, многие так делают. Наверное, понимал, что наш брак трещит по швам, а может, сам хотел остановиться… В общем, после того звонка я решила, что Илью удерживать не буду.

— Да, кстати, хоть какой-то разговор у вас на эту тему состоялся?

— В том-то и дело, что нет! Илья молчал, я тоже ничего говорить не стала. Так и жили, каждый сам по себе. Вообще, после гибели Саши все стало плохо…

— Кстати, расскажи мне о нем. Вообще, что за человек был твой брат, какие отношения были у него с людьми, враги, друзья, семейная жизнь — меня все это интересует. И, конечно, обстоятельства гибели — если тебе не трудно об этом вспоминать.

Она мотнула головой.

— Саша был замечательным братом. У нас большая разница в возрасте, но он мне был настоящим другом. Не знаю, зачем он полез в политику, мы все его отговаривали. И Полина, кстати, тоже. У них тогда родились двойняшки, Тимур и Леша, на работе все было хорошо — живи и радуйся! Я думаю, нет, точно знаю, что его Меньшов на это уговорил, наш бывший районный глава. Понимаешь, они с ним и раньше знакомы были, а в районе у нас во власти не все чисто было. И, когда Меньшов стал главой, он себе стал подбирать соратников. Я понимаю, что он хотел, как лучше — только кончилось это вот так: сам Меньшов заработал инфаркт, до сих пор не отошел толком, Саша погиб, а к власти опять пришел освободившийся Иваненко. Правда, есть на свете справедливость: вверху опомнились, он опять присел, устроившись в СИЗО со всем возможным комфортом. Я до последнего думала, что откупится, но нет: видно, столько уж натворил, что даже наше гуманное правосудие не смогло найти оправданий.

— Расскажи мне подробнее о том времени, как брат стал мэром.

Она задумалась:

— Знаешь, а я ведь толком ничего не знаю. Саша дома бывал совсем мало, и о работе старался не рассказывать. Больше с детьми играл, или около Полины побыть старался. — Она подняла на меня глаза: — Вот, если хочешь, я созвонюсь с Павлом Ильичем. Думаю, что он не откажется поговорить с тобой, или порекомендует, к кому тебе обратиться можно.

— Хорошо, — кивнул я. — Завтра я все равно в администрацию собирался, поговорю там с людьми. А как погиб твой брат?