Татьяна Луганцева - Crime story № 7 (сборник)

В результате все сложилось наилучшим образом. Бабушка сидела в ларьке. Мама добывала товар, бегая савраской по складам и закупочным базам. А Варе досталось заботиться о младшей сестренке. Но к тому времени, когда Тата пошла в школу, ларек уже превратился в две приносящие стабильный доход аптеки. А со временем их число увеличилось еще в несколько раз, увеличив соответственно и доход семьи. Вокруг стали появляться обеспеченные и даже богатые люди. Так что Тата просто не представляла себе, как это может быть, чтобы не было воды в дачном доме или туалет находился на улице.

– Не знаю, не знаю, – с сомнением протянул Альберт. – На вашу сумму в районе Финского залива у Зеленогорска вы сможете приобрести разве что курятник.

После просветительной беседы с матерью сумма на покупку дачного домика была увеличена. И Альберт начал предлагать свои варианты. Но все равно, на взгляд Таты, это были курятники.

– Не могут же мои племянницы жить в деревянной хибаре, у которой фундамент уже просел. И крыша течет. Покажите нам что-то другое.

Варя была настроена более реалистично.

– Крышу можно починить. Фундамент поправить. Зато место какое чудесное. Посмотри, стоит перейти дорогу, как мы оказываемся на заливе.

– Тогда лучше купить голый участок и построить там новый дом!

Но такие участки были на вес золота. И в конце концов сестры остановили свой выбор на небольшом, но еще довольно крепком домике.

– Один сезон поживем в нем. А за это время построим себе на свободном месте приличный дом из камня. А этот деревянный превратим в гостевой.

Альберт всюду мотался вместе с сестрами. Кажется, чары Таты на него подействовали. Во всяком случае, он стал появляться у них дома, прикладываться к морщинистой ручке бабушки и дарить Евгении Сергеевне букеты цветов и коробочки с хорошими шоколадными конфетами. Одним словом, Альберт имел в отношении Таты самые серьезные намерения, что не укрылось от зорких глаз Александры Сигизмундовны.

– Ох, Татка, все бы тебе хвостом вертеть. Поверь мне на слово, нужно хватать поклонника, пока молодая!

– Почему, бабушка?

– Мимо тебя пройдет, жалеть будешь. А парень он положительный. Мне он нравится. Выходи за него замуж, а то потом поздно будет.

Быть может, в словах Александры Сигизмундовны и была своя правда. Но самолюбивая Тата признать ее упорно отказывалась. Как же так? Ведь она такая молодая и красивая! Не может Альберт вдруг взять и исчезнуть. Он по ней сохнет!

Варвара в эту любовную историю не вмешивалась, хотя Альберт ей, честно говоря, не слишком нравился. Было в нем что-то такое неуловимо скользкое, что заставляло Варю думать: не любит Альберт ее сестру.

А между тем он стал появляться у них дома все чаще и чаще. И очень скоро превратился почти что в друга семьи. Ну, если и не в друга, то уж точно в очень хорошего знакомого. Сделка с покупкой дачного домика была давно и успешно совершена, дача перешла в собственность семьи Казариных, казалось бы, надобность в Альберте отпала. Но он никуда не исчезал. И продолжал свое несколько затянувшееся ухаживание за Татой.

– А ведь мы скоро станем с вами соседями, – как-то невзначай обронил он.

Девушки тогда не обратили никакого внимания на это высказывание. И вдруг через пару дней июльским солнечным утром Альберт позвонил Тате на трубку и сказал:

– Заеду за тобой через десять минут. Будь готова. Повезу показывать свой новый особняк.

– Особняк? – лениво переспросила Тата, которая как раз в этот момент сидела на их старомодной веранде и подсчитывала, сколько цветных стеклышек не хватает в рассохшихся рамах. – Какой еще особняк?

– Всего в паре километров от вас. Знаешь поселок «Тихие зори»?

– М-да, – произнесла Тата, чувствуя, как в ней зарождается нечто похожее на интерес. – Конечно, знаю.

– Вот туда и поедем.

Альберт повесил трубку. А Тата, забыв про все свои планы на сегодняшний день – загар, водные процедуры и тому подобное, – помчалась со всех ног к старшей сестре. Варвара купала своих дочек в надувном бассейне и тоже удивилась:

– Ты все поняла верно? Может быть, не расслышала название? Может быть, «Яркие зори»?

– А такие тут есть?

– Не знаю.

– Так чего тогда придумываешь! – обозлилась Тата.

– Но «Тихие зори» – это страшно дорогой поселок. Ты же видела, там каждый домик как маленький замок. Одни ажурные решетки стоят дороже, чем вся наша хибара вместе с участком.

– Знаю! – возбужденно шагая взад и вперед, произнесла Тата. – Не глупей тебя!

– И как, по-твоему, работяга Альберт мог приобрести себе там дом?

– Не знаю.

Но по голосу сестры Варвара поняла, что та обязательно поедет с Альбертом и все выяснит.

– Я тоже с тобой поеду! Что ты так на меня смотришь? Мне тоже любопытно, что все это означает.

Своих близняшек Варя сбагрила бабушке, у которой сегодня как раз был выходной, и она страшно обрадовалась возможности провести его с обожаемыми внучками. А обе девушки в нетерпении приплясывали возле ворот, ожидая условного гудка машины Альберта.

Всю дорогу Альберт хранил загадочное молчание. И честное слово, если бы дорога была хоть самую малость длинней, сестры бы просто скончались от любопытства.

– Шикарно живут люди, – вырвалось у Вари, когда они оказались у массивных ворот коттеджного поселка.

О том, что поселок действительно высший класс, говорило уже то, что он был со всех сторон обнесен массивной кирпичной стеной, украшенной по верху красивой ажурной решеткой. Из-за стены были видны только крыши и флюгера домов. Но и они производили неизгладимое впечатление на слабые женские умы.

– Странно, что у ворот ежеминутно не караулят свое счастье молодые и незамужние девушки. Тут же живут одни миллионеры!

– Караулили, – кивнул Альберт. – Но охрана быстро положила конец этому безобразию. Теперь в поселок могут войти только те, кто тут живет, или их гости.

Чувствовалось, что Альберта прямо распирает от гордости за самого себя. Но он крепился и молчал. На входе он показал охраннику какую-то бумажку вроде пропуска, и они очутились в запретном раю.

– Потрясающе! Обалдеть! Ну и ну!

Только это и могли произнести сестры, пока Альберт нарочито медленно вел свою весьма потрепанную жизнью и временем «Киа Спортадж» по аллеям поселка. Наконец он остановился у дома, выкрашенного нежно-кремовой краской, и с облицовкой из натурального камня.

К дому вела широкая дорожка, выложенная мрамором. По обе ее стороны стояли чугунные светильники в форме деревьев. А вокруг дома раскинулся чудный цветник, разбитый по всем правилам ландшафтного искусства – изумрудно-зеленый газон украшали пышные яркие пятна многолетников, хвойные, рододендроны и прочие экзотические растения.

Альберт помог сестрам выйти из машины и, горделиво обведя вокруг руками, произнес:

– Вот и мой дом! Ну что? Нравится?

Сестры молчали. О чем тут говорить, когда слов просто нет!

– И этот дом принадлежит тебе? – выдохнула Тата.

– Да!

– Врешь!

– Вы не поверите, со мной случилась потрясающая история. Мне просто феноменально повезло!

И Альберт выложил им действительно невероятную историю. Оказывается, иметь загородный дом было его заветной мечтой с самого детства. Другие мальчики мечтали о машинах, красивых женщинах или новых джинсах, а он мечтал о шикарном загородном доме. Почему-то именно загородный особняк являлся для юного Альберта воплощением респектабельности и солидности, основой будущей роскошной жизни.

– Квартира – это ерунда. А вот дом, да еще в фешенебельном месте, – это внушительно и солидно!

Но Альберт прекрасно понимал, что его доходов вряд ли хватит даже на покупку крохотного сарайчика в курортном районе. Что уж говорить о более монументальном приобретении.

– И тут мне повезло! Сказочно! Невероятно! К нам обратилась наследница одной скончавшейся недавно старушки. И пожелала, чтобы я занялся продажей ее дома.

Дом перешел наследнице от ее бабушки. Находился он на побережье Финского залива, построен был всего пять лет назад, и поэтому Альберт охотно взялся за эту сделку. Каково же было его удивление, когда он прибыл на место и вместо ожидаемого бревенчатого сруба обнаружил настоящий дворец.

– И за все это вы хотите всего сто тысяч долларов? – не веря тому, что все происходит с ним, прошептал парень. – Но ведь это сущие гроши. Дом стоит раз в десять дороже.

Но наследница его словам не вняла. Вообще девица показалась Альберту несколько чокнутой. Одета она была в просторные полотняные штаны, украшенные многочисленными кожаными фенечками и камушками, и безразмерную рубаху с изображением просветленного Будды. На груди и шее красавицы висели многочисленные ожерелья и амулеты. Дополняли наряд также несколько четок и странный колокольчик, которым девушка звонила вокруг себя каждые десять минут.

Вела девица себя соответственно. Постоянно бормотала молитвы на странном наречии, завывала и по дороге в поселок несколько раз впала в медитативное состояние. Одним словом, Альберт понял, что этот цветок жизни к самой жизни совершенно не приспособлен.