Доверься мне - Лука Весте

на лицо. Утром я завязала ей хвостик, но обычно домой она приходила уже растрепанная.

– Хорошо, мама, – буркнула она, удаляясь на заднюю половину дома. Я последовала за ней, однако по дороге завернула на кухню.

– Джей сегодня какой-то неразговорчивый, – сообщила мне Стефани.

Я взглянула на сестру Джека, которая стояла спиной ко мне, разглядывая содержимое холодильника. Оно явно пришлось ей не по вкусу, и она, захлопнув дверцу, медленно отошла. И, смерив меня взглядом, сгребла со стола свои ключи.

Ростом Стефани не уступала брату. А фигурой она была обязана бесчисленным физическим нагрузкам и отсутствию свободного времени. Мне всегда казалось, что она смотрит на меня свысока, но после очередного крушения ее надежд в личной жизни я перестала на нее обижаться и стала жалеть. Она приглядывала за нашими детьми, когда они приходили из школы, а до моего возвращения с работы оставался час. Ей это было несложно, тем более Джек считал, что в таком деле родственники всегда лучше чужих людей. Стефани было уже под сорок, но в первые десять лет нашей семейной жизни мы виделись с ней нечасто. В начале 2020 года она вернулась домой в Штаты и открыла ресторан в соседнем городке. В этом ей, несомненно, помогли деньги родителей.

Всего у нее была пара ресторанов и несколько кофеен. В последние годы они выживали с трудом, и на лице Стефани поселилось выражение отчаяния, которое ей не удавалось скрыть.

У нас часто возникали противоречия.

– Привет, Стефани, – поздоровалась я, собираясь немного пообщаться. – Как дела в ресторане?

Она остановилась с ключами в руках, поскольку я невольно перекрыла ей путь к отступлению.

– На эту тему я даже говорить не хочу, – отрезала Стефани, округлив глаза. – А вот с Джеем творится что-то неладное.

– Странно, что ты заметила это только сейчас, – ответила я, бросив сумку и ключи на стол. – Последнее время он с нами почти не разговаривает.

– С мальчишками это часто бывает. Я помню Джека в его возрасте.

– Не могу представить Джека угрюмым подростком, – заметила я, прислонившись к столу и умирая от желания сбросить туфли, чтобы ноги хоть немного продышались, как говорила моя английская бабушка. – Мне всегда казалось, что он уже родился взрослым.

– О, мне есть что рассказать о твоем муже, – усмехнулась Стефани. – Но когда вы познакомились, он запретил мне распространяться о его прошлом.

– Однако с тех пор уже прошло пятнадцать лет, – возразила я, сожалея, что за все это время ни разу не поговорила со Стефани по душам. Возможно, сейчас мне было бы легче с ней общаться.

– Да он просто убьет меня, если я начну рассказывать о его молодости, – заявила Стефани, поднимая руки.

– Ну, может, как-нибудь позже.

Она что-то промычала в ответ. Похоже, из стены между нами вывалился первый кирпич. Хотя я не уверена.

Однако он тут же будет вставлен обратно, когда она узнает, что я сотворила до знакомства с ее драгоценным братцем. Не говоря уж об их родителях. Страшно подумать.

– Я поговорю с Джеем, – пообещала я Стефани, одарив ее приветливой улыбкой, которая была почти искренней. – Выясню, все ли у него в порядке. Я знаю, что у него какие-то зацепы с некоторыми мальчиками из класса.

– Ну, ты сама знаешь, как тут поступить, – сказала Стефани таким тоном, который предполагал обратное. – А ты что-то неважно выглядишь.

– Спасибо, – поблагодарила я, с нетерпением ожидая, когда она наконец уйдет. Каждый раз, когда у нас намечалось какое-то сближение, Стефани неизменно нажимала на тормоза. – Приятно слышать.

– Извини, я не хотела тебя обидеть, – проговорила Стефани, проходя мимо меня. У двери в коридор она задержалась. – Я знаю, Джек так много работает, что тебе приходится нелегко. Но если ты очень постараешься, ему уже не захочется подолгу задерживаться на работе.

Я прикусила губу, зная, что спорить с ней бесполезно. Стефани была из тех людей, которые порой не отличают прямоту от жестокости. Лучше спустить все на тормозах.

– Надо подумать над этим, – сказала я, надеясь, что она почувствует в моем тоне скрытый сарказм. – Мы увидимся сегодня в ресторане? Джек говорил, что хочет вечером туда заскочить.

Стефани театрально закатила глаза.

– Ох уж этот ресторан. Признаться, иногда я удивляюсь, как до сих пор все это выдерживаю. Повара у меня фантастические, но иметь с ними дело – сплошной кошмар. Да и официантки не лучше. Ведут себя как девчонки. Мне еще нет и сорока, а они считают меня старухой. Но ведь никто не хочет стареть ни физически, ни эмоционально.

– Я так тебя понимаю, – сказала я, качая головой. – Конфликт поколений. Старики то же самое говорили про нас.

– Ты права. Хотя вовсе не обязательно вести себя в соответствии с возрастом.

С этими словами она удалилась, оставив меня наедине с кухонными принадлежностями, которыми мне очень захотелось воспользоваться в ответ на ее последнее замечание. Поскольку я выглядела на все свои сорок два, а с ней природа обошлась милосерднее.

Я стала прикидывать, как бы я потом избавилась от ее трупа, утверждая, что она покинула наш дом живой и здоровой.

Чувство ненависти вернуло ко мне мои прежние мысли. Но только сейчас их было уже легче игнорировать.

Глава 10

Джек позвонил в половине шестого – несколько раньше, чем я ожидала.

– Привет, извини, но я задерживаюсь…

– Ничего страшного, – перебила я, прежде чем он начал бы выступать с избитыми оправданиями, которые мне надлежало принять, а ему уже надоело повторять. – Ты не приедешь в ресторан?

– Приеду, только немного задержусь. Мы встретимся уже там.

– Отлично, – с готовностью согласилась я. У меня в руках уже были ключи от машины, а Оливия с Джеем, одетые, стояли по стойке смирно. – В котором часу ты приедешь?

– Самое позднее – через час, – отрапортовал Джек, явно преуменьшая срок своего отсутствия. – Клянусь.

– До встречи.

Но я знала, что он явится не раньше семи, и потому приняла меры. Дети уже проголодались, поэтому я дала им немного перекусить, после чего мы поехали в ресторан к Стефани.

Мы вошли под приветственное звяканье столовых приборов и гул голосов посетителей. В прошлом году Стефани отремонтировала старый зал, но это не слишком помогло. Занято было всего несколько столов, а скорость, с которой к нам подлетела официантка, свидетельствовала о малочисленности посетителей.

Официантка нас не узнала, пока я не сообщила ей свою фамилию. Очередное новое личико, которое мы обнаруживали практически в каждый свой приход. Нас быстро усадили у окна в передней части зала, где мы были частично изолированы от остальных посетителей.