Я во всем виновата - Элизабет Кей

– Разумеется.

– И ты, конечно, очень злишься, когда появляется кто-то, кто плавает медленнее тебя. Ты уверена, что в бассейне есть минимальная скорость.

Эмбер расхохоталась и поперхнулась вином.

– А что, нет?

– Нет! – Лидия наклонилась к нам. – Это как на трассе. Нужен баланс. Нужно задействовать все полосы, чтобы ни одна из них не оказалась перегружена.

– Ну да. – Я тоже рассмеялась. – Но трасса устроена не так.

– Как это не так? – почти взвизгнула Лидия.

– Не так, – пояснила Эмбер. – Ты всегда должна выбирать более медленную полосу – или дорожку. Но если тебе приходится регулярно обгонять других, разрешается перейти на более быструю.

– Разрешается. – Лидия закатила глаза.

Когда разговор начал затихать – когда была допита последняя бутылка вина и огонь в камине почти потух, – все пошло наперекосяк.

– Ладно, – сказала Эмбер. – Давайте поиграем в «Я хочу». Лидия, начинай.

Мы играли в эту игру в детстве. Сидели в кругу и говорили, чего хотим, как можно быстрее. Мы кричали, пока кто-то не сбивался, что означало, что все, о чем мы говорили, останется недостижимым. Мы переходили от плюшевых мишек и тамагочи к футболкам с пузырчатой надписью «крошка с характером» на груди. Заканчивали мы черной тушью для глаз, которая позволила бы быть похожими на старших девочек и кокетливо улыбаться мальчикам в автобусе.

Лидия сморщила нос.

– Наверное, я бы хотела… чувствовать себя в полной безопасности.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я.

– Я хочу… – Она помолчала. – Ты знаешь это ощущение, как будто во всем есть смысл? Вот его я хочу.

Эмбер водила пальцем по краю бокала, и тот отзывался гудением.

– Я бы хотела уже быть в пижаме, – сказала я.

– А я хочу еще бокал вина, – подхватила Эмбер.

Мы с нетерпением повернулись к сестре.

– Как-то не очень искренне, – заметила она.

– Ну да. Я бы хотела…

– Не твоя очередь, – прервала меня Эмбер.

– Я хочу замуж, – сказала Лидия.

– У тебя кто-то есть? – спросила Эмбер.

– Может быть. – Лидия пожала плечами.

– Так нельзя, – возразила Эмбер. – Кто он?

– Это отношения на расстоянии. Ничего у нас не получится. Я не хочу уезжать из города, а…

– Как вы познакомились? – спросила Эмбер.

Лидия поднесла бокал с вином ко рту и замерла на несколько секунд.

– В Интернете.

– В приложении для дейтинга?

– Да.

Эмбер подняла бокал и допила последние капли.

– Джесс? Только честно.

Я рассмеялась:

– Я хочу смерти.

Я слушала их, но не особенно вдумывалась. Я почти ответила «ребенка», а потом, не желая вести эту беседу, перешла к следующему правдивому ответу. Я думала об усталости, копящейся где-то за глазами, об изнурительном звоне в ушах, который начинался каждый вечер, о страхе, который охватывал меня, хотя мы были за много миль от дома и сын не разбудит меня этой ночью. Я не должна была обращать внимания.

Я увидела шок на их лицах и поняла, что выпила минимум бутылку вина, а может, и больше. Я давно не попадала в такую ситуацию и забыла, что нужно думать, прежде чем говорить.

– Джесс! – воскликнула Эмбер.

– Это не смешно, – сказала Лидия.

– Что? – капризно сказала я. – Я не хочу умирать. Я хочу быть мертвой. Это разные вещи.

– Правда? – спросила Эмбер.

– Да.

Я попыталась объяснить. Я хотела – и все еще хочу – лежать, совершенно неподвижно, не издавая ни единого звука, в пространстве настолько темном, что там не видно совсем ничего. Я хочу, чтобы меня никто не беспокоил. Я хочу освободиться от всех обязанностей, всех ожиданий.

– Это просто ночь, – не поняла Эмбер.

Я рассмеялась гадким гортанным смехом – еще одно неприятное последствие лишней пары бокалов.

– Нет, если у тебя есть дети. Каждую ночь меня будит крик ребенка. Я врываюсь в его комнату и вижу, как он цепляется за простыни, задыхаясь от страха. Я никогда не сплю крепко. Я всегда жду его кошмаров.

Мой голос немного дрогнул, выдавая мое раздражение. Я чувствовала, как постоянный гнев копошится под кожей, вызывая зуд. Им легко было говорить. «Ночей» у меня не было уже очень долго.

Я увидела, что они расстроились, и подумала, что это из-за меня. Если бы я осталась трезвой, то раньше бы поняла свою ошибку.

– У него кошмары? – спросила Лидия.

Мы замолчали.

– Простите, – сказала я наконец. – Я не хотела… Я говорила о своем сыне. Я говорила не о ней.

Глава 12

Я был полна решимости пройти испытание. Я знала, что на самом деле между балками чердака нет призраков, но страх никуда не девался. Я сказала себе не дурить, не волноваться, не вести себя как ребенок. Я замерла на лестничной площадке перед закрытой деревянной дверью. Потом дернула за ручку, протащив дверь по ковру. Протиснулась внутрь и поднялась по лестнице. И увидела еще одну дверь – низенькую, приземистую, тоже деревянную, со сверкающей ручкой. Я повернула ее, и дверь скрипнула, открываясь. Пыль пеплом посыпалась с рамы. Я вошла внутрь, и дверь закрылась за мной.

На полу валялись мышиные какашки, в слабом свете поблескивала паутина, в которой висели мертвые насекомые. Воздух казался густым и пыльным, как будто он застаивался тут десятилетиями. Слышались какие-то звуки – поскрипывания, поскребывания, скрежет. Я напомнила себе, что дома тоже живые, что они могут болеть и ныть, почти как люди. Я поискала место, куда можно было бы присесть и провести час. Я была готова на все, чтобы не разочаровать Эмбер.

И тут что-то желтое рвануло с громким треском и отскочило от стены.

Я закричала, громко, гортанно, как зверь, почуявший опасность. Нутряной страх взорвался во мне, как будто рядом с газом зажгли спичку. Вслед за ним наступила паника. Я бросилась к двери, попыталась открыть, но ее заклинило. Я закричала, но вышел какой-то писк. Я дернула дверную ручку, но та не подалась.

Я вздохнула и повернулась.

Это была палатка, желтая складная палатка без колышков, которую мы брали с собой на пляж, когда дул ветер. «Я смогу», – подумала я. Смогу остаться здесь. Смогу сесть и подождать, ведь это всего лишь час, совсем немного. Но мне не хватило упорства.

– Я застряла! – крикнула я. – Я не могу выбраться.

Потом послышалось много голосов, как будто бы шесть, а не три. Они говорили одновременно и очень быстро. На второй лестнице раздались шаги.

– Хорошо, – сказала Эмбер, – не впадай в панику.

– Открой, – попросила я.

– Я стараюсь. Только не кричи. Я не могу…

– Там ручка.

– Она не двигается. Заклинило.

– Что?

Я не могла оставаться там ни минуты. Каждая секунда меня убивала.

– Тогда найди кого-нибудь, кто