On-line - Никита Александрович Костылев

сам сделаю тогда». Бывало такое? Когда одновременно испытываешь чувство облегчения и вины, что ты такой бестолковый.

Вот и сейчас, когда мы подошли к домику, я испытал нечто похожее. Ворота во двор были распахнуты, и рядом с пустующей собачьей будкой стоял полицейский бобик, озаряя тьму красно-синими огнями.

Сразу два патрульных выбросили на нашу сторону автоматы и заорали:

– Руки подняли! Ты! Выбрасывай пистолет!

Стоя с поднятыми руками и видя приближающихся к нам полицейских в бронежилетах, я только тихо сказал под нос самому себе:

– Где ж вы были, когда Тупака убивали.

Глава 7

Кабинет следователя очень сильно напоминал каморку Говорова. Иногда, когда я заходил к Коле, все удивлялся, как он умудряется работать в этом бетонном мешке без окон. Теперь, попав в кабинет следователя УВД Боровска, я понял, что Говоров, как бывший мент, прекрасно себя чувствует в своей каморке именно потому, что на его прошлой работе примерно такие же условия для работы. Они для него, собственно, родные.

И вот теперь, сидя в крохотной каморке напротив следователя, я в основном размышлял про убранство кабинета. Сидящий напротив следователь, похоже, не разделял моего настроя и продолжал задавать вопросы, на которые уже знал ответ. Сидящий напротив меня капитан юстиции производил впечатление человека, который очень давно не был в отпуске, да и в принципе не был дома. У него был какой-то… застиранный вид. Знаете, вот есть у вас старая застиранная футболка дома, которую вы уже точно никогда не оденете никуда, вот так и сидящий напротив меня капитан выглядел так, будто правоохранительная система перестирала его тысячу раз, а наш разговор длится уже не меньше нескольких дней, и я невольно ощущал себя человеком, который пытает этого замученного работой, в общем-то, еще достаточно молодого мужчину. Посмотрев на старенькие дешевые часы, следователь предпринял очередную попытку добиться у меня правды:

– При каких обстоятельствах Вы оказались по адресу Северная, 15? – спросил следователь.

– Я хотел бы воспользоваться 51-й статьей Конституции Российской Федерации, – повторил я.

– Послушайте, Сергей Владимирович, – следователь протер лицо и устало сказал, – ну вот к чему это все? Я ведь Вас ни в чем не обвиняю, мне просто нужно разобраться в этом деле. Я ведь понимаю, что Вы ни в чем не виноваты.

– Отлично, это очень хорошо, – кивнул я.

– Ну так при как обстоятельствах Вы оказались там, Сергей Владимирович?

– Я хотел бы воспользоваться 51-й статьей Конституции Российской Федерации, – упрямо повторил я.

– Сергей Владимирович, ну мы же договорились, – осуждающе покачал головой мент. – Зачем же Вы нарушаете наши договоренности.

– Я с вами не договаривался… эм, простите, как Вас? Я забыл.

– Олег Андреевич, – ответил следователь. – Капитан юстиции Савельев. Я же представлялся.

– А я забыл.

– Ох, ну а что произошло, не забыли?

– Нет.

– Но хотите воспользоваться 51-й статьей Конституции? – уточнил следователь. – На все мои вопросы?

– Почему на все? Я же сказал Вам ФИО, – возмутился я.

– И на том спасибо, – вздохнул следователь.

– Олег Андреевич, – сказал я.

– Что?

– А разве в полиции не пытают, когда люди не сознаются?

– Разные способы есть разговорить человека, – ответил капитан. – И не всех бить нужно. Вот Вас, Сергей Владимирович, можно разговорить без… других методов допроса. Просто я не могу понять, почему Вы не хотите говорить, что произошло. Вот Ваш коллега, Алексей Коротков, уже все рассказал. Мне только Ваши показания записать, и Вы поедете домой. Ну что, Вам нравится тут сидеть, что ли?

– Вообще, я думаю, что моя супруга меня просто убьет, когда я приеду домой.

– Ну вот, – улыбнулся следователь, – зачем заставлять супругу ждать, нервничать?

– Дайте позвонить.

– Супруге?

– На работу.

– А на работу зачем? – удивился капитан.

– Хочу сказать, чтобы завтра не ждали. И похоже ближайшие 10 лет тоже.

– Ну зачем Вы так, – осуждающе покачал головой следователь и добавил с почти ласковой, какой-то убаюкивающей интонацией. – Я же говорю Вам, что мне достаточно просто записать ваши показания… Кому сейчас звонить на работе? Ночь на дворе.

– Капитан, дай телефон, а?

– Звоните, – капитан протянул трубку.

Шли длинные гудки, а когда на том конце сняли трубку, я только коротко сказал:

– Я в УВД Боровска. Вытаскивай.

После чего я нажал на красную кнопку и протянул телефон капитану. Тот положил телефон на стол и спросил:

– И что это сейчас было?

– Я хотел бы воспользоваться 51-й статьей Конститу…

– Я понял, – капитан откинулся в кресле и внимательно посмотрел на меня, скрестив руки на груди, – слушай, ты же нормальный парень, ну по тебе видно. Пропуск твой на работу я видел, работаешь в крупной компании на руководящей должности, наверное, хорошо зарабатываешь, женат. И оказываешься за 150 километров от Москвы с каким-то судимым кретином на мушке. Я могу, конечно, давить на тебя, позвать оперов, чтобы раскололи, но я хочу по-нормальному…

Телефон на столе капитана зазвонил.

– Савельев, – отозвался капитан. В следующий миг на лице офицера произошла странная метаморфоза: зрачки расширились, он молниеносно посмотрел на меня, потом как-то даже чуть выпрямился и отчеканил, – никак нет. Есть. Есть.

Положив трубку, он посмотрел на меня:

– Влиятельные у Вас друзья, Сергей Владимирович. Подождите их в моем кабинете, пока они сюда не приедут.

Ждать пришлось где-то полтора часа. Капитан любезно предложил мне выпить чаю, но поговорить с Коротковым все-таки не дал. Я просто сидел на стуле напротив, в то время как капитан, тихонько что-то насвистывая, настукивал на клавиатуре старенького ноутбука. Несколько раз он выходил из кабинета, минут на десять-пятнадцать, после чего снова возвращался и сосредоточенно что-то печатал. Надо сказать, ожидание казалось вечным. Телефон мне капитан не вернул, поэтому я просто… сидел. Ну вот сидел и все. Позвонил я, естественно, Говорову, потому что в этой ситуации больше набрать было некому. После того как нас задержали, выяснилось, что приехавший бобик – это только первая ласточка. Спустя минут 20 к дому