Смертельное Таро - Валерия Хелерманн

мой, как видите, вас опередили в нанесении визита. Только вот мои сегодняшние гости прибыли по иному поводу.

В комнату вошел Леонард с бокалом вина в руке и толстой связкой бумаг под мышкой. Он окинул молодых людей холодным, чуть ли не брезгливым взглядом. Выдавив подобие извинения и стерпев все приветственные формальности, месье Гобеле бросил документы на рабочий стол, а затем уже сам рухнул в стоящее в углу кресло.

– Как и оговаривали, я принес бумаги на землю. Надеюсь, ваше предложение их проверить все еще в силе – не хотелось бы бегать по инстанциям, пока покупка не потеряет актуальность.

– Вы собираетесь расширять свое поместье? – елейным голосом полюбопытствовала Камилла.

В ответ на ее вопрос Леонард нарочито искусственно растянул губы в подобии улыбки:

– Я серийный убийца, нужно где‑нибудь спрятать трупы. Вот сейчас куплю участок леса и закопаю их под соснами. Забот больше не будет.

Пласид гулко рассмеялся, принимаясь за изучение бумаг. Девушка обиженно раскраснелась. Внезапно Эмиль, побагровевший даже сильнее сестры, резко вскочил с дивана. Столик заскрежетал о деревянный пол, тревожно качнулся чай в чашках. Никто не успел ничего предпринять – за секунду юноша оказался перед креслом.

– В-вы бестактны и невежественны! – Голос его слегка дрожал от волнения и злости. – Я не позволю вам так обращаться с моей сестрой!

Губы поджались, и без того светлые глаза Эмиля подернулись белесой пеленой от накатившего гнева. Секунда. Еще секунда. Он успел сделать два рваных выдоха, а затем…

– Брат! Что ты делаешь?!

Леонард замер с поднятой вверх рукой. Лицо его оставалось спокойным, а взгляд – холодным и презрительным. Пальцами он сжимал над своей головой направленную на него трость.

– Месье, прошу прощения, я не понимаю, что на него нашло! – Камилла вскочила вслед за братом, не зная, к какому из троих мужчин ей подбежать. – Это просто ошибка, не принимайте это близко к сердцу!

– Не волнуйтесь. Я не собираюсь стреляться с глупым юнцом из-за его столь же глупой истерики.

– Да как вы… – начал Эмиль, но Леонард при этих словах сильнее сжал руку.

– Успокойтесь, если не хотите, чтобы вас выгнали в первый же визит, – тихо отметил месье Гобеле. – Я не воспринимаю вас как соперника в чем‑либо. На ваше же счастье.

Он притянул к себе трость и рывком отбросил ее – Эмиль от неожиданности отступил на несколько шагов.

Заметив, что обстоятельства больше не предвещают трагедии, Пласид облегченно выдохнул. Все это время он стоял, вцепившись в край стола и не понимая, как поступить. Мужчина уселся за рабочее место и попробовал отшутиться:

– И все же, Леонард, вы слишком строги к строптивости молодых лет. Неужели вы сами в эту пору не стремились к приключениям?

– Нет, я тщетно пытался не спиться.

– Друг мой, я уверен, вы недооцениваете себя! – Месье де Фредёр напряженно рассмеялся.

– Полагаю, в день нашего знакомства вы самостоятельно смогли убедиться в моей честности.

Радость быстро ушла с полного лица, а карие глаза устремились в пустоту. Леонард, наоборот, улыбнулся, и в этой тонкой линии губ было нечто надменно торжествующее. Будто месье Гобеле владел чем‑то, что недоступно всем остальным в комнате.

Все это время Камилла металась вокруг Эмиля, помогая тому взять себя в руки. Она чувствовала смущение за его резкий всплеск гнева, и потому повисшую между Леонардом и Пласидом тишину приняла на их с братом счет. Не в силах в очередной раз поправлять его манжеты и воротник, она спросила:

– Месье, так мы скоро пойдем навестить Хелену? Нам очень хочется ее увидеть!

– Да, разумеется! – Мужчина явно был рад переменить тему. – Я лично вас к ней проведу, самому хочется осведомиться об ее самочувствии.

– Я пойду с вами, нет желания сидеть здесь в одиночестве. Дела без вас все равно не сдвинутся.

Эмиль успел перехватить у сестры коробку, а Леонард забрал с собой бокал с недопитым вином. Когда они небольшой процессией покидали кабинет, Люси со стопкой постельного белья в руках метнула в сторону месье Гобеле полный неприязни взгляд.

* * *

Прикрыв веки, Хелена рассматривала потолок над кроватью. Она уже оставила попытки отслеживать вереницу неясных пробуждений и внезапных провалов в сон. Мозг ощущался тяжелым и горячим; в уголках сухих губ скопилась слюна. Сейчас она могла бы чувствовать себя особенно некрасивой: волосы лоснились от корней и почти до висков, а от пота к телу липла сорочка. Но девушка об этом не думала, ей тяжело удавалось собирать мысли воедино. Она смотрела на молочного цвета потолок и представляла, как вся эта сливочная патока течет ей прямо на лоб.

– Сюрприз! Провидица, мы к вам в гости!

Камилла влетела в спальню вперед месье де Фредёра и едва не подбежала к постели больной. Не обращая внимания на болезненный вид, она звонко чмокнула Хелену в щеку и стала жестами поторапливать брата.

– Смотрите, что мы вам привезли! – Отбросив крышку, она достала из коробки плоскую шляпку, украшенную цветами. – В мастерской только одна такая оставалась, да и объездить ради нее пришлось пол-Франции. Правда, чудесненькая?

Но Хелена смотрела на подарок невидящим взглядом и молчала. Отголоском сознания она понимала, что ее приехали навестить, но в голове было слишком туманно для радости. Гостья еще несколько раз покрутила шляпу, а потом разочарованно скривилась.

– Провидица, если вздумаете умирать, передарите эту шляпу обратно мне! Я сама очень бы хотела себе такую, но решила вас порадовать.

– У нее уже несколько дней не спадает жар, мадемуазель Пэти, – тактично отозвалась Люси. По просьбе Леонарда ее уже успели отправить за новой бутылкой вина. – Она сейчас вряд ли сможет искренне порадоваться подарку.

Эмиль внимательнее всмотрелся в лицо девушки, будто в надежде, что на нем появятся еще более явные следы болезни. Но их не было. Юноша аккуратно убрал приставшую к ее лбу прядь, и пальцами ощутил, насколько тот горячий.

От прикосновения Хелена перевела взгляд на гостя, в глазах у нее промелькнуло блеклое подобие испуга.

– Почему… оно у вас за спиной, это черное? – тихо спросила она и постаралась отодвинуться.

– Мадемуазель, кажется, бредит: ей уже сущности видятся, – заметил Леонард, который сидел у трюмо и листал один из журналов.

При виде знакомой обложки Камилла просияла и вновь потянулась к коробке с возгласом:

– Тогда я знаю, как скрасить ее болезнь!

Со свежим, еще пахнущим краской выпуском «Красного экрана» она уселась в изголовье кровати и, тихо прокашлявшись, начала читать вслух.

Мадемуазель де Фредёр не совсем помнила события того дня – уж слишком плохо себя чувствовала. При иных обстоятельствах он вполне мог бы