Убийственная страсть - Наталия Николаевна Антонова

составила. Но она не знала, что этот мужчина ездит на «БМВ».

– Вот видишь, милок, – сказала баба Валя, – с миру по нитке, голому рубаха.

– Бабуля! Какая рубаха? – вопрошающе вскричал Степан и делано закатил глаза.

– Бабушка под рубахой имела в виду сбор информации, – снисходительно пояснила Елена брату.

– Так и выражалась бы по-русски, – скорчил недовольную мину внук.

– Кто бы мне тут про русский язык говорил, – всплеснула руками Валентина Кузьминична, – вы же сами скоро совсем разучитесь по-русски говорить!

– Кто это вы? – уточнил внук.

– Молодёжь!

– Мама, как всегда, преувеличивает, – улыбнулась Тамара Никитична.

– А вот нисколечко я не преувеличиваю! – возмутилась несправедливым, с её точки зрения, замечанием дочери баба Валя.

Оперативник переводил взгляд с одного члена семьи на другого и думал, вклиниться ему или подождать.

– Вот на днях, – продолжала между тем баба Валя, – звонит мне сверху соседка, бабка Таня, которой от роду уже девяносто семь лет, и говорит: «Кузьминична, подымись ко мне, Христом богом тебя прошу!» Я спрашиваю, зачем. А она отвечает, что к ней сейчас насильник придёт. Я тут сама растерялась и говорю, мол, что ты такое, Матвеевна, несёшь? А она отвечает, мол, мне сейчас снизу звонил в домофон парень и сказал, что он будет меня мониторить! Я ему отвечаю, мол, стара я уже для этого дела, а он говорит, что этому делу возраст не может быть помехой!

Лена и Степан рассмеялись.

– Вам хихоньки и хахоньки, а я насилу успокоила бабку Татьяну. Объяснила ей, как могла, что напугавшее её нехорошее слово обозначает всего-навсего постоянное наблюдения за чем-нибудь и за тем, что с этим чем-нибудь происходит.

– Ну и объясненьице! – хмыкнул Степан. – Баба Таня хоть что-то из него поняла?

– Она поняла главное, – осадила внука баба Валя, – что никто на её честь покушаться не собирается!

Степан хихикнул.

– А этот балбес великовозрастный, – продолжила Кузьминична, – решив щегольнуть английским словечком, чуть ли не насмерть перепугал старуху.

– А что он хотел мониторить?

– Интернет!

– Так у бабы Тани нет интернета!

– Эта голова два уха забыл поинтересоваться, есть он у неё или нет!

– Видали, какая у нас бабушка продвинутая, – обратился к Дмитрию внук Степан.

Баба Валя отмахнулась от похвалы внука и сообщила:

– А вот Нил Афанасьевич из второго подъезда дома напротив всех на полном серьёзе уверяет в том, что его Жоржетта со всеми приходящими к ним в гости занимается лизингом.

– Простите, – растерялся лейтенант, – кто эта Жоржетта и чем она занимается?

– Жоржетта – собака Нила Афанасьевича. Очень она у него человеколюбивая. Всех, кто ни придёт к ним в дом, норовит облизать с головы до ног.

– А, – обронил Уваров облегчённо. – Какой же породы собака? – спросил он для приличия.

– Дворянской, – быстро ответил за бабушку Степан.

– Дворянской? – Дмитрий широко раскрыл глаза.

– Дворняга! – прыснул со смеху Степан.

– Или вот взять кэшбек, – как ни в чём не бывало продолжила Валентина Кузьминична, – Максим Иванович, что живёт в соседнем дворе, взял себе патент на индивидуальное предпринимательство, привёз из деревни коня.

– Купил, что ли? – опять не понял лейтенант.

– Нет, взял на время у кума. Назвал этого коня Кэшбеком и катает на нём ребятню!

– Бабушка! Коня зовут Кеша!

– Это люди его Кешей стали звать. А по документам он Кэшбек.

– Зачем такое странное имя? – спросил Уваров.

– Видать, тронулся умом Иваныч, решил от молодёжи не отставать. Но не просто тронулся, а со смыслом! – Баба Валя выразительно постучала костяшками пальцев по лбу.

– Как это? – теперь уже растерялся не только лейтенант, но и другие присутствующие при занимательной беседе.

– Очень просто, – махнула рукой баба Валя, – Максим Иванович тем, кто катается несколько раз подряд, возвращает часть уплаченных денег.

– Понятно, – насупился Степан, – но Кеша лучше!

– Кто бы спорил, – согласилась баба Валя.

– А давайте теперь кэшбек Кешей называть?! – выдвинул идею подросток.

– А давайте! – развеселилась Елена.

– Между прочим, – неожиданно для всех заявил Степан, – я запомнил номер «бумера».

Уваров своим ушам не поверил.

– Правда?

– Буду я ещё врать, – с достоинством ответил подросток.

– Чего же ты молчал?

– Как-то к слову не приходилось…

Лейтенант был готов расцеловать подростка. Он достал блокнот и приготовился писать.

– Вы сказали, что у вас есть его фоторобот? – спросил Степан, продиктовав номер автомобиля.

– Точно! – подтвердил оперативник.

– Так узнайте по номеру машины адрес этого типа и езжайте к нему. А когда он откроет дверь, сравните его физиономию с фотороботом.

– Спасибо за совет, Стёпа, – поблагодарил подростка лейтенант, не желая разочаровывать мальчика в чувстве собственной значительности.

Все остальные члены семьи сделали серьёзные лица и в глубине души были благодарны Уварову за его великодушие. Поднявшись из-за стола, лейтенант поблагодарил хозяев за хлеб-соль и за информацию и стал прощаться.

– На здоровье, – ответила за всех Валентина Кузьминична, – заходите ещё, как в наших краях будете, мы, Дмитрий Михайлович, добрым гостям завсегда рады.

Лейтенант хотел пообещать, что непременно воспользуется приглашением, но почему-то смутился, бросил быстрый взгляд на внучку Кузьминичны и заторопился к двери.

– Лена, проводи, – велела дочери нейтральным голосом Тамара Никитична.

И девушка, послушно поднявшись из-за стола, последовала в прихожую следом за оперативником.

Глава 7

Лето забыло о том, что оно на исходе…

За окном стояла душная, тёмная августовская ночь.

В помещении ровно гудел работающий кондиционер. Дежурящая группа расслабилась. Мерный шум кондиционера убаюкивал. Кому-то даже грезилось море.

Хотя капитан Турусов был, как всегда на службе, бодр и готов в любую минуту приступить к работе. Но на данный момент он листал сборник изречений великих людей. Расширял, так сказать, свой кругозор.

У старшего лейтенанта Усольцева сна не было ни в одном глазу. Его даже не огорчало ночное дежурство. Он сидел на стуле, вытянув свои длинные ноги, и с удовольствием прихлёбывал только что заваренный чай. Пачку чая ему сунула в карман Зоя Семилукова. Да, теперь не Зоя Константиновна, а просто Зоя, и добавила, что это её любимый чай и название у него романтическое – «Граф Грей».

Усольцев потом посмотрел: и правда, «Граф». «Чего только не придумают производители, чтобы продать свою продукцию. Не написали же – «Мужик-лапотник». Оно и понятно, с графом чаи гонять соблазнительнее. Хотя опять же, смотря какой граф, – раздумывал Усольцев. – Вот Лев Николаевич вроде ничем от простого мужика не отличался. Если только богатством. Талант не в счёт. Талант на титулы не смотрит, ему что граф, что мужик, кто приглянется, в том и поселится». Так думал старший лейтенант, хотя у других может быть совсем другое мнение по этому вопросу. Мысли Усольцева с чая снова перетекли на Зою. Но додумать свою мысль