Детектив поневоле - Яна Бош

теперь наконец поживу в свое удовольствие! Я уже и косметики себе прикупила, к которой давно приглядывалась, и одежонку какую-никакую. У меня ведь есть вкус, швея я, это все муж мне говорил, как лахудре одеваться. Заставлял меня экономить все время, гад такой, зато на свои забавы денег не жалел! Вон, в аппараты ваши каждый божий день бегал!

Я вклинилась:

– Ну не так уж много он и проигрывал, по-крупному-то не ставил, по сотне всего. А почему вы его терпели и не развелись?

Тетя Нина вздохнула:

– Знаешь, Каролина, тебя ведь Каролина зовут, верно? – я кивнула. – Я ведь человек старой закалки, в наше время разводиться было стыдно, да и привыкла я к этому козлу. Ну кому бы он нужен был без меня? Спился бы, опустился. Я даже, господи, прости, в какой-то мере рада, что он так рано ушел, хоть для себя поживу.

Вдруг она, словно опомнившись, спросила:

– А ты зачем ко мне? Не просто ведь так, в гости. После тех скандалов, которые я тебе закатывала, вряд ли хочешь меня в подругах видеть.

Я улыбнулась:

– Да, закатывать скандалы вы просто мастер! Вообще… – Я решила все-таки быть полностью откровенной, женщина-то вроде совсем неплохая! – Я долго думала, чего бы вам такого соврать, но лучше расскажу все как есть. Меня подозревают в убийстве вашего мужа. В тот день, когда все произошло, он сильно напился, и мы поругались, я его из зала выгнала, да еще и вслед крикнула, что если увижу снова – убью. А все эти скоты паршив… извините, то есть игроки, которые в зале сидели, разболтали ментам про наше небольшое разногласие. Меня только сегодня вызывали в отделение и обрадовали, что хотят пришить мне непредумышленное убийство при самообороне. Вы представляете!

Тетя Нина внимательно посмотрела на меня, потом медленно произнесла:

– Нет, ты не убивала, не такой ты человек, я думаю. Это его дружки постарались, я уверена!

Я заволновалась, дружки – это хорошо, дружки – это уже что-то. Может, получится что-нибудь такое эдакое раскопать?

– Тетя Нина, какие дружки? Расскажите мне все, пожалуйста! Я решила в детектива поиграть, если что-нибудь существенное найду и расскажу ментам, может, они от меня отстанут! А то покоя нет, они уже всех моих друзей и знакомых опрашивали, вы представляете, что обо мне люди думают!

Женщина молчала, я решила, что совсем не убедила ее.

– Тетя Нина… – начала я снова самым жалостливым своим голоском.

– Да помолчи ты! Я думаю, с чего начать! В общем, ладно, знаешь, на что я прибарахлилась? Вся эта косметика, кофемашина, другая техника? У Николаши на счету в банке было полтора миллиона! Понимаешь, полтора! Эта скотина заставляла меня каждую копейку экономить, а сам миллионы на счету имел! И ведь ни слова мне не сказал, паскуда такая, урод бородатый!

Справедливости ради, я ни разу не видела Николая с бородой, но не стала перебивать разгневанную жену, она-то лучше своего муженька знает.

– И ведь я случайно узнала! – разъяренно продолжала тетя Нина. – Когда меня привели этого скота опознавать, отдали кое-какие вещи его, а там визиточка банка и цифры, номер счета. Я, правда, не сразу поняла, что это за цифры такие, но интересно стало, сходила в банк, там-то все объяснили мне.

Я аж про кофе забыла, такой неожиданный пассаж вырисовывался!

– А как же вы воспользовались деньгами? – Эта информация показалась мне самой интересной. – Разве их можно было вот так просто забрать?

– Да опять же по чистой случайности! У нас была дача, и мы ее продавали, но, когда выставили на продажу, этому скоту нужно было куда-то там уехать по работе на неделю, а она на него была оформлена. Вот мы на меня доверенность и сделали на всякий случай, вдруг покупатель сразу подвернется. Доверенность сроком на год, и там, оказывается, спасибо нотариусу, дай бог ему здоровья, который посоветовал эти строки вписать, указано, что я могу распоряжаться всем его имуществом, включая банковские счета. Вот я с этой доверенностью в банк и пошла, а то, что эта скотина умерла, не сказала им.

– Вот это вам повезло! А так бы ждали, пока сможете наследством воспользоваться. Поздравляю вас! – Я искренне порадовалась за женщину.

– Вот я и думаю, – продолжала тетя Нина, – откуда у моего козла такие деньги? Ну точно куда-то вляпался, а за это его и грохнули.

– А вы рассказывали о деньгах ментам?

– Нет! И не буду! Вдруг они решат мои деньги конфисковать? Я поэтому все из банка забрала, чтобы они про счет его не пронюхали. Да и вообще, я с мусорами общих дел иметь не хочу! Спросят – отвечу, а сама ни за что рассказывать не буду!

Я тихонько поинтересовалась:

– А мне-то об этом рассказать ментам можно? Это ведь может быть зацепкой.

Тетя Нина махнула рукой:

– Да ты-то рассказывай, я денежки уже припрятала, не заберут. Я просто к ним претензию имею, терпеть не могу эти ментовские рожи!

Конечно, я обязана была спросить: «Почему?»

– Они брата посадили практически ни за что! На него один наркоман с ножом напал. Брат живет… жил, в таких трущобах, там кругом нарики, вот один и решил, видимо, на дозу «заработать». Накинулся с ножом, а брат ему руку вывернул и приложил головой о стену. То ли силы не рассчитал, то ли наркоман этот совсем уже плохой был, короче, помер он. Так брат ведь не убегал никуда, «Скорую» вызвал, потом в больнице этого придурка навещал, пока тот копыта не отбросил, но нет, все равно виновен! Там родственники этого торчка такой хай подняли, в общем, дали брату восемь лет строгого режима, представляешь, восемь! Да за заказное убийство столько не дают, а тут самооборона, еще и тот с ножом был! Я после этого с мусорами разговаривать не хочу и рассказывать им тоже ничего сама не буду.

Я сочувственно покачала головой, слышала, конечно, истории про то, как сажают почти невиновных, а тут, можно сказать, повествование из первых уст. Когда читаешь о таком в газете, это одно, это все далеко и тебя не коснется, а когда разговариваешь с человеком, с которым произошло такое горе, как никогда понимаешь правильность поговорки «От тюрьмы и от сумы не зарекайся». Кстати, в случае с тетей Ниной была и тюрьма, и сума.

– Очень жаль вашего брата! Я бы на вашем месте тоже ментов ненавидела, да я и так, без такого печального опыта не очень хочу показания всякие давать, хотя к людям в