Эдди Флинн - Стив Кавана
Мы проехали мимо здания суда. От тротуара, по ступенькам и до самого входа всё было похоже на пресс-конференцию. Можно было подумать, что президент вот-вот должен прибыть. Слишком много людей. Достаточно было бы кого-нибудь с 38-м калибром в толпе, чтобы Дэвид не поднялся даже на первую ступеньку. В толпе я увидел пару людей в костюмах, и в центре этой дорогой группы возвышалась высокая фигура Джерри Синтона, ожидавшего снаружи, чтобы сопроводить своего клиента к представителям мировых СМИ.
«Как и ожидалось, здесь многолюдно», — сказал я.
Мы развернулись и остановились за пару кварталов до здания суда. Ожидая, когда фургон Ящерицы покажется в зеркале заднего вида, я думал о ста двадцати пяти футах (примерно 125 футов) людей между тротуаром и входом в здание суда. Сколько стрелков может быть в этой толпе у фирмы? Я дал Ящерице фотографии службы безопасности фирмы для изучения. Я тоже изучал их лица – как и Дэвид. Если мы видели кого-то из них, мы бежали. В зеркале заднего вида появился синий фургон Ford Transit, он замедлил ход. Фрэнки выехал в поток, и «Транзит» пристроился за нами.
Седан припарковался у обочины, сразу за грузовиками СМИ с ихС крыши светили спутниковые антенны. Я вышел, перекинув документы через плечо в сумке для ноутбука. Хотелось, чтобы руки были свободны, на всякий случай.
Я увидел Джерри Синтона, отбивающегося от горстки репортёров, которые узнали в нём адвоката Дэвида и жадно окружали его. Он увидел меня и спустился по ступенькам, проталкиваясь сквозь съёмочную группу. Репортёры, знавшие, что происходит, почувствовали, что их вот-вот снимут, и последовали за Синтоном вниз по ступенькам к тротуару.
Он кивнул мне в знак приветствия.
«Транзит» подъехал и остановился позади седана. Синтон шёл рядом со мной, репортёры и камеры следовали за ним по пятам. Его голос дрожал, он изо всех сил пытался сдержать ярость.
«Где Дэвид? Он так и не добрался до отеля», — сказал он.
«Давайте заведем его внутрь, а потом поговорим. А вот и он», — ответил я.
Фрэнки вышел из седана и открыл заднюю пассажирскую дверь. Джерри выглянул из-за моего плеча и увидел, как пара красных кроссовок Nike упала на асфальт, а сгорбленная фигура, укрытая белой простыней, чуть не вывалилась из машины и не побежала к нам.
Джерри схватил простыню, обхватил подзащитного руками и повёл его к бурлящему морю камер, софитов и голосов. Не обращая внимания на репортёров, я проверил, кто же там тусуется. Никого из службы безопасности фирмы я не увидел. Несколько человек присоединились к толпе репортёров, не совсем понимая, что происходит, но просто переполненные энергией, витавшей в воздухе, и отчаянно желая увидеть обвиняемого под простынёй. Пока Джерри пробирался сквозь толпу репортёров, выставив перед собой правую руку, словно лайнбекер из семидесятых, я позволил себе отстраниться как раз перед тем, как СМИ полностью поглотили Джерри и его подзащитного.
Ещё раз осмотрелся — потенциальных стрелков нет. Я кивнул Фрэнки, который стоял на капоте машины и наблюдал.
Задняя дверь «Ящерицы» распахнулась, и я увидел маленькую фигурку молодого человека в плохо сидящем костюме. Он закрыл дверь фургона и быстрым шагом направился к входу в здание суда. Я двинулся вместе с ним и смотрел, как Холли идёт следом и бросает ключи от фургона Фрэнки, прежде чем она пускается в бега.
В этот момент я услышал выстрел.
ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ
«Вперёд!» — крикнула я, и Дэвид отвернулся от звука выстрелов. Холли схватила его за руку, и они вместе бросились к выходу. Путь был свободен.
Я обернулся и увидел, как по лестнице падают тела, люди спешно убегают, чтобы не попасть под перекрёстный огонь. Здоровенный парень в бежевом пальто, всё ещё говорящий в микрофон, оттолкнул меня плечом, и мне пришлось протиснуться мимо пары женщин-ведущих, чтобы хоть что-то увидеть.
Джерри Синтон стоял на коленях, опустив голову на бетон. Он сел, провёл руками по животу, груди, ногам, проверяя, не попала ли в него шальная пуля. Белая простыня слетела с головы Ящерицы, и вместе с ней он отбросил использованную петарду. Прежде чем Джерри успел его как следует разглядеть, Ящерица убежала. Фрэнки сделал над головой круговое движение кулаком. Он собирался припарковаться, а потом вернётся. Толпа репортёров затаила дыхание, камеры замерли, и крики превратились в комментарии.
Поднявшись наверх, я увидел Дэвида и Холли, благополучно миновавших зону досмотра, внутри здания суда.
Холли держала Дэвида за руку.
Я извинился, пробираясь сквозь толпу репортёров, собравшихся у входа. Меня схватили за руку, и я обернулся.
Мужчина с татуировкой «Крик» на горле схватил меня. Я не мог пошевелиться. Меня держала не его хватка, а его глаза. Его зрачки и радужки были не тёмно-карими, а чёрными. Абсолютно чёрными. Каждый глаз выглядел как идеальный…Жемчужина оникса покоилась в блюдце с молоком. А под этим лицом бледный человек кричал, сжимая горло.
Я уловил запах сигарет, исходивший от него, когда он отпустил меня и поднял раскрытые руки с широко расставленными пальцами. Кожа у него была тёмной, а ладони – ослепительно белыми. Я заметил ещё больше капель и пятен белой краски на его пальцах и запястьях. Кожа в этих местах была гладкой: ни морщин, ни линий на ладонях. Всё было ошпарено, чисто, ровно и без следов. Его прикосновения не оставляли даже отпечатков пальцев.
Этот человек был настолько необычен, настолько поразителен, что на мгновение я не заметил, что он что-то прячет в зажиме между большим и указательным пальцами.
«Передай своему клиенту, чтобы держал рот на замке, каброн », — сказал мужчина с сильным испанским акцентом.
Он отступил назад и оттопырил большой палец правой руки от указательного.
Я услышал треск тонкого стекла. Проталкиваясь сквозь толпу, он спустился по ступеням. Я услышал шипение и посмотрел вниз. Осколки стекла, размером не больше ложки, и вокруг них янтарная жидкость, пузырясь, разъедала бетон.
Он держал в руках небольшой пузырёк с кислотой. Я вздрогнул и оглядел ступеньки. Он исчез.
ГЛАВА СОРОК ДВА
Зал суда судьи Нокса быстро заполнялся всё ещё дрожащими от страха представителями СМИ.
