Луч правды во мгле лжи - Мария Арслановна Мусина

рук дело. Нам надо прояснить это обстоятельство. То есть выяснить – его или не его рук дело. Для этого я вас всех и собрала.

– Фото есть? – оживился Владимир.

– А как же? – Ира положила перед ним свой телефон с изображениями счастливого периода Наташкиной жизни: она и Валерий на фоне Венецианского канала. Солнце светит. Архитектура нашептывает прекрасные романтичные мысли и чувства.

– Этот что ли вашу подругу обижает? – вглядывался сенс в изображение. – Да я его в лягушку превращу!

– Пусть сначала Наташкины деньги отдаст! – деловито заметила рачительная Осокина. – Которые украл по сути! С лягушки какой спрос?

– Можно вопрос? – спросила Лариса. – Что изменится от того, что вы выясните, кто конкретно сбил Наталью? То есть выясните, что это была не случайность, а конкретно кто-то целенаправленно сбил Наталью? Что изменится?

Мы с Ирой переглянулись в недоумении. «А я тебе говорила, не надо связываться с тонким миром, – телепатировала я Ирке, – говорила. Запутают только все».

– Ну, как что? – сказала я вслух. – Очень многое изменится.

– Например? – допытывалась Верещагина.

– Мы будем знать, что Коростылев – уголовник, который не остановится ни перед чем, – сказала я и почувствовала, что прозвучало это не очень неубедительно.

– Вы это и без того знаете, – не сдавалась Лариса, – разве нет? Просто получить очередное подтверждение того, что вы уже знаете?

– Нет, ну тогда мы его просто посадим, – взвилась Ирка, – в тюрьму.

– То есть вы хотите его наказать? – спросила Лариса.

– Да, а как же? – загалдели мы с Иркой одновременно. – Конечно, зло должно быть наказано!

– Не мстите за себя, – громогласно встрял Владимир, – но дадите место гневу. Писано об: Мне отмщение, Аз воздам. Так глаголет Господь.

Я ткнула Ирку локтем: мои худшие предчувствия сбывались. Сейчас нагонят вековой морали, обезличат и дезавуируют всю нашу деятельность. А кто Наташке помогать будет? Кто конкретно? Наташка, она сейчас в реанимации, распластанная, подключенная проводочками к датчикам и капельнице…

– Нет, – резко сказала Верещагина, – дело не в этом. Просто чтобы узнать что-то, надо определить точную точку, точку необходимости знаний. Вы хотите сделать доброе дело или наказать обидчика вашей подруги?

– Когда нам хочется делать предсказания, – встрял сенс, – об определенной группе явлений, то нам важно уловить главнейшие нити, связующие их с комплексом удобоизучаемых феноменов. Чем больше нитей уловлено и чем нити эти существеннее – тем вернее предсказание. Наш ум, должен быть готов всецело погружаться в существо определенного вопроса, создавать особые методы для его исследования, так сказать, настраивать свой интимный механизм мышления на диапазон вопроса.

– Одно другому не мешает, – отмахнулась Ирка от вековых опытов оккультизма, – сделать доброе дело или наказать. Надо помочь подруге – и все.

– Я, я должна задуматься. Мне нужно знать, – не обратила внимания на Иркино раздражение Лариса, – мне необходимо знать основную причину и от нее отталкиваться, чтобы узнать, как на самом деле обстоят дела. Видите ли, в космосе действует великое множество энергий. Какую из них искать? Чтобы узнать истину, надо точно знать мотивы, какие мотивы вами движут?

Ира внимательно посмотрела на Верещагину и еще пуще ощерилась:

– Я, кстати, с вами, госпожа Верещагина, еще договор не заключила. На использование возможностей детективного агентства «Чистая вода» в интересующем вас деле. Или вы уже не хотите узнать, кто вас на поединок вызывает? С помощью детектора лжи?

Лариса растерялась. Это только я к Иркиной прямолинейности привыкла. Новичкам – несдобровать.

Ирка понаслаждалась немного произведенным эффектом. Но – недолго:

– Хорошо. Лариса, давайте я сначала вам расскажу, как прошел мой разговор с редакторшей передачи. Может быть, тогда вам будет легче искать истину, – добавила Ира довольно-таки противным голосом.

А я подумала: если Верещагина всегда так работает с космическими энергиями – нет ничего удивительного, что кто-то ей будет мстить и наезжать на нее. Пусть даже и в такой извращенной форме, как вызов на детектор лжи на Всероссийском телевидении.

Верещагина спорить не стала с Иркой. В том смысле, что благосклонно отнеслась к Иркиному предложению рассказать о визите в телевизионную редакцию. Еще бы! Я и сама сгорала от нетерпения послушать, как Ирка внедрялась. И только несчастье с Наташей отвлекло меня от этой темы.

– Жулики они там все, – безапелляционно заявил Владимир.

В его устах это звучало почти экспертным мнением – Владимир Бородин был победителем нескольких сезонов «Битвы экстрасенсов», пообтесался, пообщался в телевизионных коридорах.

Ира выдержала паузу.

– Пришла я. Редакторша заказала мне пропуск, но велела идти не в редакционное помещение, а в буфет, куда сама и явилась незамедлительно. По всему видно: у них там между собой секреты – видимо, темы друг у друга тырят – конкуренции боятся. Я ей, Оксане этой, изложила историю Наташки. Про Муром, про фиктивный развод. Про то, как Коростылев Наташку нашу обобрал. Представляете, говорю, посадить их друг против друга – Наташу и Коростылева. Пусть он в глаза ей скажет, что разлюбил. А за кулисами уже сидят его жена с ребеночком и новая пассия. А тут и спросить у Коростылева этого, да под детектор лжи – любит ли он их – пассию новую и жену старую? О-о-о!

Ирка в блаженстве закатила глаза, представляя эту сцену.

– Редакторша уцепилась, конечно, – поторопила я.

– Еще бы! Прониклась! Такая тема! Но! – тут Ира торжественно подняла палец вверх. – У них же поток, сказала, у них же не одни мы такие, которые хотят погреться в лучах правды. И сейчас как раз в работе у нее еще одна очень важная тема.

Ирка опять сделала паузу, победно посмотрев на Верещагину. Та, бедняга, аж сжалась под этим взглядом – со всеми своими мудреными мотивами и космическими энергиями. Ирка плотоядно улыбнулась:

– Да! Это была она! Та самая интересующая нас тема. Причем мне так показалось, что тема-то эта еще и проплачена.

– Почему так показалось? – настороженно спросила Лариса.

– Или я плохо знаю людей? – ухмыльнулась Ира. – Такие люди, знаете ли, есть, которые, когда о деньгах говорят или просто даже думают, у них особое такое выражение по их лицам бродит. Удовольствие отображается в глазах.

– Может это быть удовольствие от личной мести? – допытывалась Лариса.

– Может, – согласилась Ирина, – но вы же с редакторшей-то в жизни не пересекались?

– Может быть, не с ней, с ее какой-то подругой, с другом… – замялась Верещагина.

Ирка внимательно посмотрела на астрологиню и согласилась:

– Возможный вариант. Но мне все же кажется, что здесь замешаны деньги. В любом случае – интерес сугубо личный. Драматично личный! В данном случае мотив, – Ирка выделила слово «мотив», – не очень важен. Человек явно заинтересован шкурно, а не только профессионально – вытащить