Эхо разрушенных судеб... - Юлия Иванина

Девушка ещё сильнее заплакала. Теперь не только от жалости к себе и своей семье, но и от жалости к Егору.

- И я тоже знаю, кто изнасиловал мою сестру, - пару минут спустя заговорил Егор. - Я утром был у Хитрюков. Они мне помогли понять, кто изнасиловал сестру. Я как раз собирался ехать к нему, когда позвонила ты.

Девушка подняла голову и недоверчиво уставилась на Егора. Она не могла поверить в то, что только что услышала. Мужчина посмотрел на неё в ответ и грустно улыбнулся:

- Говорю же, верёвки из меня вьёшь…

Глава 46

- Собирай монатки. Мы уезжаем прямо сейчас! – услышал Костя, когда поднялся на крыльцо дома, в котором не был уже несколько лет.

- Ты задолбал меня! – послышался второй голос, более молодой, но так похожий на первый. – Я никуда не поеду. Я за эти два дня устал прятаться. Не хочу жить так всю жизнь. Я спать не могу, жрать не могу. Это невыносимо!

Послышались громкие торопливые шаги, и Костя отступил за угол дома. Сам не понял, почему это сделал.

- Куда ты собрался?! – заорал мужчина постарше.

- В ментовку! Главное, подальше от тебя!

Хлопнула входная дверь, и молодой рыжеволосый мужчина пробежал по дорожке к калитке. Костя хотел его окликнуть, но не успел, его отвлек женский голос, который послышался из окна за его спиной:

- Боже, Семён, у меня сердце разрывается…

Петренко замер. Какое-то нехорошее предчувствие зашевелилось под кожей.

- Ты должен сделать всё, чтобы он не оказался в тюрьме!

- Я пытаюсь, но ты видишь, какой он остолоп! Своей бараньей упёртостью они оба в тебя.

- Сёма, он мучается, как ты не понимаешь?! Мы его кое-как вытащили после смерти той девчонки, за которой он хвостом ходил. Ты вспомни, как он убивался, как он страдал! А ведь он её даже не убивал!

У Кости сердце ухнуло вниз.

- Ты бы мог ещё тогда облегчить его страдания, сказав, что он не убийца. Нет же, ты повёз его к какому-то своему психологу, чтобы он вправил ему мозги, - продолжила женщина.

- Я не виноват в том, что он сейчас грохнул двух баб!

- Виноват, Семён! Только ты и виноват. Если бы ты тогда сказал ему правду, он бы не считал себя убийцей на протяжении двадцати пяти лет!

Раздражённый мужской рык заставил Костю вздрогнуть, казалось, что звук пронёсся прямо у него над головой, хотя до окна было пару метров.

- Что, по-твоему, я должен ему сказать?! Что он трахнул девку и отрубился, а я случайно набрёл на них, когда она зарёванная и помятая собиралась идти домой и рассказать всё своему папаше, и что я задушил её, чтобы прикрыть его пьяную кобелиную задницу?!

Петренко зажмурился, пытаясь осознать услышанное. У него даже ноги подкосились. Сука, да когда же это кончится? В этой ненормальной семейке когда-нибудь закончатся скелеты в шкафу?

- Именно это ты и должен был сказать, - тихо ответила женщина. – Если бы он знал, что не убивал ту девчонку, то не стал бы убивать и этих двух…

- Не факт. Факт в другом: если бы он знал, что это я, он бы не промолчал. А я не сказал только потому, что, сядь он в тюрьму, я бы его вытащил. А если посадили бы меня, то хана была бы всему – и бизнесу, и вам всем…

«Да нет, папа, ты всегда боялся только за свою шкуру», - подумал Костя и тихонько отступил к выходу.

****

Егор остановил машину возле высокого зелёного забора из металлопрофиля и повернулся к Ане. Она посмотрела на него в ответ и попыталась улыбнуться, но улыбка вышла вялой, даже какой-то мучительной. Он собирался отвезти ее домой, но она устроила целую истерику, даже слышать не хотела о том, чтобы отпустить его сюда одного. И он дал слабину, изнутри грело, что кто-то так сильно переживал за него. Эгоистично, с этим не поспоришь, но так приятно, что душу выворачивало.

- Подожди меня здесь, - попросил он, опустив руку на ее нервно сжатые пальцы.

Она вздрогнула и крепко вцепилась в его ладонь.

- Егор, пожалуйста, не ходи сам.

Он улыбнулся, почувствовав ещё один тёплый спазм в груди.

- Всё будет хорошо, красотка. Я обещаю. Просто поговорю.

Наверное.

Ее успокаивал, а у самого душа в пятки уходила. Вот он – тот момент, ради которого он приехал сюда, но страшно было просто до одури. Не за себя, нет. Он боялся просто не услышать правды, боялся, что человек не пойдет с ним на контакт, и всё, что он узнал, так и останется ничем не подтвержденными словами. А еще боялся, что не удержится и просто убьет этого пока безликого Николая.

- Если меня долго не будет, позвони брату и уезжайте. Я приеду, как только разберусь. Всё может затянуться, не хочу, чтобы ты замёрзла.

- Не самое главное, из-за чего нужно переживать.

- Для меня главное. Трусы на тебе не самые сухие, - попытался пошутить он.

Вышло криво и тупо, но, судя по тому, что Аня возмущенно фыркнула и ударила его по плечу, немного отвлечь ее получилось.

- Ты просто непроходимый идиот, - прошипела девушка и попыталась оттолкнуть его.

Только Егор не позволил: он крепко обхватил ее плечи и прижал к себе. Еще секунда слабости, и он отпустит ее и войдет в этот двор. Просто секундочка наедине с ней и ее теплым, таким соблазнительным телом, которое туманило мозг похлеще виски.

- Пообещай, что не пойдешь за мной, - сказал он, а потом наклонился и прижался к ее губам.

Аня дёрнулась, но потом ответила на поцелуй с каким-то отчаянным напором.

- Пообещай, - настойчиво потребовал он, отрываясь от нее и заглядывая в испуганные карие глаза.

- Обещаю, - прошептала девушка и поджала дрожащие губы.

Егор улыбнулся, проведя большим пальцем у нее под глазом, прямо по темнеющему родимому пятну, а потом наклонился над ней и, открыв бардачок, достал оттуда свой травмат.

- Зачем? – испугалась Аня.

- Забыла? Это же главный аргумент, - подмигнул он, а потом быстро вышел из машины.

Время слабости и сомнений прошло. Пора