Шаг в пропасть - Рут Манчини

и еще потому, что она не осуждала меня, как наверняка осудили бы мои друзья. И я, похоже, наболтала лишнего. – Я тяжело вздыхаю. – Рассказала, как мы с Дэном обалденно проводили время и как тяжело было отпускать его домой к жене. К Мэдди. Ну а Хелен непрестанно твердила: «Тейт, ты тоже имеешь право на счастье. Ведь у нее есть все: шикарный большой дом, и деньги, и дочь, и успешная карьера в одном из самых крупных в стране издательств. – Я делаю паузу. – У нее есть все, а у тебя нет ничего». Вот что она мне говорила.

– Но откуда Хелен узнала такие подробности? – спрашивает Сара. – О семье Мэдди, о ее большом доме? О том, где она работала?

Я растерянно тру лоб:

– Точно не помню, рассказывала я об этом сама или она уже все знала. Но помню, что разговор становился реально странным. И я хорошо помню, как в какой-то момент она наклонилась ко мне и сказала, вкрадчиво так: «А знаешь, вы с Дэном могли бы быть вместе. Нужно только очень сильно захотеть». И после этого просто сидела и улыбалась.

Я наблюдаю за реакцией Сары. Она напряженно хмурится.

– Хорошо, – через секунду произносит она. – Ну и что было потом?

– Собственно, ничего особенного, – признаюсь я. – Послушайте, я понимаю, с этим далеко не уедешь…

– Не уедешь, – соглашается Сара.

– Но ДНК Хелен наверняка можно найти на винной бутылке.

– Так же как и вашу, – отмечает Сара.

– И тем не менее, сделав тест, они смогут идентифицировать Хелен. Ведь так?

– Они обнаружат смешанный профиль ДНК. Что может поставить под сомнение уличающие вас данные судебной экспертизы. Нет, никто не будет делать тест на ДНК наугад. Им придется арестовать Хелен как подозреваемую и получить образец ее ДНК, чтобы сравнить с уже имеющимся. Но в данный момент у них, похоже, нет никаких других улик, дающих им основание для ареста. Если бы они так сделали, это означало бы судебное преследование Хелен, а не вас.

– Бред какой-то! – не выдерживаю я. – Она вообще не имела права находиться в здании. Она проникла туда незаконно!

– Вы сами провели ее туда, – возражает Сара. – Поэтому на самом деле момент весьма спорный.

– Я вовсе не заставляла Хелен подниматься на крышу!

– А вы можете быть уверены, что это сделала именно она? – Сара выжидательно смотрит на меня.

– Нет, – наконец признаю я.

– Итак, не лишено вероятности – не так ли? – что полиция не ищет Хелен, поскольку записи камер видеонаблюдения не подтверждают ваши показания. И у полиции нет абсолютно никаких доказательств, что Хелен вообще там была.

– Но она была там!

– На первом этаже. Где вы с ней и расстались.

– Да.

– Однако вы не можете с полной уверенностью утверждать, что Хелен потом не развернулась и не вышла из здания. – Услышав мой тяжелый вздох, Сара наклоняется ко мне и осторожно говорит: – Вы оказались на крыше в нужное время. Вы представили полиции информацию, которая, как выяснилось, не соответствовала действительности, тем самым подтолкнув их к ложным выводам, что они имеют дело с самоубийством, а не с убийством. Представленные вами сведения, несомненно, сказались на ходе расследования в критически важные первые часы. Если оглянуться назад, дело выглядит так, будто вы умышленно вводили полицию в заблуждение. «Я этого не делала. Со мной был кто-то другой, но он убежал еще до приезда полиции». – Сара вздрагивает. – Честно говоря, все это смахивает на клише.

Я в ужасе смотрю на Сару:

– То есть вы хотите сказать, полицейские считают, я специально придумала некую женщину по имени Хелен, да?

– Вполне возможно, – неуверенно отвечает Сара.

– Ну а вы? – настаиваю я. – Вы тоже считаете, что я лгу?

Наши глаза встречаются, и выражение лица Сары немного смягчается.

– Тейт, меня там не было. Я не имею возможности узнать, что конкретно произошло тем вечером. И я здесь не для того, чтобы вас судить. Я здесь, чтобы вас защищать. – Она снова наклоняется поближе ко мне. – Но для этого я должна, среди прочего, помочь вам избежать заявлений, которые… явно не выдерживают критики. Советую избегать каких-либо заявлений, пока у вас не будет полной уверенности, что мы выбрали именно ту линию защиты, которой в дальнейшем вы будете придерживаться.

На секунду я задумываюсь.

– Меня определенно подставили. Кто-то рассказал полиции обо мне и Дэне. Но, насколько мне известно, кроме Хелен, о нас никто не знал. Дэн мог рассказать обо мне полиции только в том случае, если бы его прямо об этом спросили. Впрочем, и тогда он, скорее всего, не сознался бы, чтобы оградить Эмили, и наверняка не стал бы показывать на меня пальцем.

На лицо Сары набегает тень сомнения.

– И тем не менее он наверняка должен вас подозревать. Разве нет? Его жену столкнули с крыши именно в тот момент, когда вы почему-то там находились.

– Нет! – протестую я. – Нет! Он меня спрашивал, и я рассказала ему о Хелен. Он обещал помочь ее разыскать. Он мне поверил!

Я наблюдаю за выражением лица Сары. Оно совершенно бесстрастно, однако я догадываюсь, о чем она сейчас думает. Она думает, я заблуждаюсь. Тем не менее, когда я начинаю рассказывать ей о своем телефонном разговоре с Дэном, она невозмутимо проводит рукой по тачпаду и принимается снова печатать.

Глава 9

– Он позвонил мне только через три дня. Я оставляла ему сообщения, но он очень тяжело переживал утрату, к тому же на нем лежала забота об Эмили. Я боялась быть слишком назойливой, хотя от волнения места себе не находила. Не могла ни есть, ни спать, поскольку чувствовала себя ужасно виноватой, – говорю я Саре.

– Виноватой? – Она настороженно смотрит на меня.

– Из-за нас с Дэном. Из-за нашего романа. Я решила, Мэдди узнала о нашей связи, – объясняю я. – Решила, это мы во всем виноваты.

– Так вы думали, Мэдди совершила самоубийство?

– Поначалу да. Полицейские умолчали о том, что на Мэдди кто-то напал. Мы с Дэном познакомились в офисе, и я решила, что ее самоубийство, совершенное там, где мы работаем, – своего рода декларация, предназначенная нам обоим. Если честно, чего только не приходило мне в голову, когда я пыталась разложить все по полочкам. Но потом мне позвонил Дэн и сообщил, что Мэдди ударили бутылкой по голове, что на крыше нашли отбитое горлышко бутылки и на нем была… – Я замолкаю, делаю глубокий вдох, на секунду зажмуриваюсь и наконец говорю дрогнувшим голосом: – На нем была кровь Мэдди. По словам Дэна, Мэдди сперва сбили с ног, а затем