Преступление в «синих» тонах. Том №1 - Оксана Александровна Ливанова

любой препарат, который попал в ротовую полость пациенту, «априори» не может ни при каких обстоятельствах, сжечь слизистую желудка. Он может схватить диарею, колики поиметь может, даже рвота может быть от передозировки, но…Ожога быть не может. А значит, это яд. Потому что, если предположить, что это химическое вещество, в виде уксуса, или ему подобного вещества, значит можно просто не понять, зачем такой суицид нужен. Аж больше двухсот человек погибло. Нет ребята, здесь что-то другое.

— Верно говоришь, Петрович, — сказал Серёга, — у меня на прошлой неделе операция была, там бабулек флаконы перепутала, и уксуса хряпнула. Я прочистил, отрезал, и жить её оставил. А здесь не похож препарат на химический элемент. Яд, не иначе.

— Мужики, давайте доедать, и допивать, — сказал я, — такси на всех вызывать, или каждый сам по себе поедет?

— На всех давай — сказал Лёнька, — спать хочу, аж глаза режет.

Я закончил переговоры с такси по телефону, взял стакан водки, и тоже, как Серёга, залпом выпил. Хотелось немного приглушить боль в спине, и душевную боль, от потери пациентов на операционном столе. В один день столько смертей, это не мыслимо. Помогая друг — другу, и чтобы не упасть, потому как ноги уже не держали, мы потихоньку, гуськом, двинулись к выходу. Сердечно отблагодарив хозяйку хорошими чаевыми, за тёплый приём, и поздний уход из её заведения.

На улице было неимоверно хорошо. Дождь уже прошёл, и осенняя прохлада давала ощущение свежести и новизны. Стояла глубокая ночь. Подъехало две машины такси, и посадив дам в одну, мы сели во вторую, и тут же вырубились. Я очнулся, когда водитель вежливо покашливал, намекая, что пора на выход. Расплатившись, я не без труда вылез из машины.

Открыв своим ключом квартиру, нисколько не удивился, обнаружив включенный свет в прихожей, и руки моей жены, которые торчали в её боках…

— Карина, давай не сейчас, прошу тебя, — сказал я, — мне очень плохо, болит спина. Я двое суток на ногах.

— Да? — ответила красотка, которая ещё не так давно была моей любимой женщиной, — ты я смотрю, прекрасно устроился. У тебя прям всё замечательно. На телефонные звонки отвечать не надо, жене звонить не надо. Прям вынь и положи, лафа, а не жизнь.

— Если бы у меня была хорошая жизнь с тобой, то я не стал бы задумываться о разводе так часто, как это делаю в последнее время.

— Ах ты тварь такая. Да я сама от тебя уйду, даже не сомневайся.

— Я не сомневаюсь ни одной минуты. Только дай мне сначала принять душ, и лечь отдохнуть.

— Да на здоровье, вперёд и с песней. А я пошла чемоданы собирать.

— Делай пожалуйста это по тише, родная. Не буди соседей, и меня не тревожь.

— Вот как знала, не надо было за тебя замуж выходить. Я, дура, думала за красавца иду, перспективного хирурга. А вышло, что ты рядовой мудак, с вонючей биографией. Сам себя обстирывай, готовь и детей рожай.

— Ты и не делала из всего, что мне сейчас перечислила. Давай потихоньку, цивилизованно разведёмся. Мы взрослые люди. Одно прошу, сейчас меня не трогай — закончил я диалог, и направился в ванную.

Снимая с себя одежду, и принимая на себя горячие струи воды, я наконец то почувствовал, как спадает напряжение последних двое суток. Прошла целая вечность, перед тем, как я обратил на себя внимание. Профессия обязывает думать сначала о других, а потом уже о том, что у тебя, лично, болит. И то, что от меня собралась уходить Карина, никак не прибавила мне боли. Наоборот, я очень хотел, чтобы это произошло. Выйдя из ванной, я взял аптечку, и набрав в шприц лекарство, ввёл его себе в ногу. Звать почти бывшую жену, чтобы она уколола, радость не большая, поэтому решил проблему самостоятельно. Обезболивающее подействовало быстро, буквально пока брился.

Выйдя из ванной, обнаружил себя в пустой квартире. Вещи собраны, жены нет. Спасибо тебе господи, за твои деяния. Не пришлось находить другие способы, чтобы наконец освободиться от этого никому не нужного брака. А сейчас срочно в койку, иначе вырубит прямо в коридоре. Пока укладывался в постель, всё время думал о том, что произошло в операционной. Не было ли где ошибки, и почему в таком огромном количестве погибли люди, отравленные совершенно не понятным веществом, о котором я не имею ни малейшего представления. Закрывая глаза, я пообещал себе, что попробую разобраться.

Глава № 9

Когда открыл глаза, за окном было темно. Непонятно, сколько проспал, и где я вообще. Взял телефон и сильно удивился. Время — четыре утра. Только дня — следующего. Ничего себя — сутки проспал. Повернувшись бочком, потому что спина всё ещё давала о себе знать, потихоньку встал на ноги. Терпимо, и то хлеб…Приняв душ и позавтракав яичницей, я практически был счастлив. Омрачало только то обстоятельство, что последние события никак не были мной расшифрованы. Я терпеть не могу загадки, и всегда стараюсь от них держаться подальше. А тут — настоящий детектив. Из жизни. Только вместо перевёрнутой страницы книги — очередная каталка с трупом. Совершенно не понятно, с чем собственно боролись. Коллега утверждал, что это не химия, а яд. А вот мне казалось в точности наоборот. Слишком ровно обожжён пищевод. Яд бы дал рваные края. Неровности — это природа. Химия (препарат, содержащий химические элементы) наоборот, «ужалит» ровно туда, к чему прикоснулась. И сделает это аккуратно.

Я взял бумагу и ручку, налил себе кофе, и включил лампу. На бумаге нарисовал небольшой круг. Потом закрасил его и внимательно посмотрел на рисунок. «Очень похож он был на ожог, когда при неосторожном движении во время застолья. махнёшь сигаретой другу в кисть. И вот он. Ровные, чёткие края. И тоже самое я видел в операционной. Значит — химия. Осталось узнать состав у патологоанатомов, и неплохо бы было взглянуть в глаза человеку, который такое сотворил. Гений, не иначе. И пристрелить этого гения тоже надо, чтобы ничего больше не смог изобрести. Теперь вопрос, а что собственно могло быть таким круглым в желудке у пациентов, чтобы оставить ровные края ожога. Когда пациентов привезли в больницу, прошло не меньше трёх часов от отравления. В их желудках была «горючая» смесь из воспалённого желудка. Невозможно было определить, что он до этого пили или ели. Поэтому, здесь только коллеги по «холодному» цеху могут помочь в открытие правды преступления. Вот у них и спрошу, при первом удобном случае.