Ночные животные - Эшли Энн Дьюал

Ознакомительный фрагмент

но уже сделал вывод.

– Некоторые вещи просто знаешь, – по-философски отрезал Артур и с совершенно невозмутимым видом отставил пиво на треснутый подоконник, – когда-нибудь я угощу тебя настоящей выпивкой, друг мой. И ты постигнешь счастье.

– Не помню, когда это мы стали друзьями.

– Не хочешь попробовать настоящую выпивку?

– Хочу.

– Тогда нам придется подружиться.

– Не думал, что это стóящий повод. Но ладно. – Костя осмотрелся и вздохнул. Ему уже порядком надоело расхаживать среди опьяневшей толпы. – Не видишь нашего героя?

– Нет. А ты?

– Тоже.

– Надо подняться на четвертый этаж.

– Иди на четвертый. А я осмотрю второй.

– Кто найдет – тот звонит. – Арт продиктовал Ромалу номер телефона и небрежным движением смахнул со лба волосы. – Надеюсь, мы не проторчим тут до утра.

– Нам нужно успеть до закрытия метро, иначе придется плестись пешком.

– Точно, у меня из головы вылетело. Тогда не будем тратить время.

Парни кивнули друг другу и направились к лестнице. Артур встал напротив лифта, а Костя свернул к ступенькам, и тут металлические створки лифтовой двери стремительно разъехались, и перед носом Арта появился Кирилл Семенов собственной персоной.

Толпа студентов побрела из лифта, задевая друг друга плечами, а Артур откашлялся и преградил несчастному сталкеру-психопату дорогу.

– Не торопись, – попросил он.

– Что? – фыркнул Кирилл, прищурившись, словно ему лимон попал в глаза.

– Погоди минутку.

– Какую минутку?

Костя подошел к соседу и одним движением запихнул Семенова обратно в лифт. На лице того появилось выражение жуткого недовольства, но Арт и Ромал уже перешагнули порог, створки двери уже захлопнулись, и возмездие приближалось. Внезапно Костя нажал на красную кнопку, и лифт резко тряхнуло, прежде чем он завис между этажами.

– Какого хрена? – возмутился Кирилл.

– Какой банальный вопрос, – удрученно растянул Артур.

– Я вас знаю?

– Ты знаешь нашу подругу, – низким голосом отрезал Ромал и по-птичьи наклонил голову. – Оля. Быть может, вы с ней пересекались…

– Общались…

– Виделись…

– Какая на хрен Оля? – Глаза парня налились дикой злостью. Он расправил плечи и шагнул вперед, но Костя даже не шелохнулся. Просто поднял подбородок, чтобы глядеть жертве прямо в глаза. – Вы с катушек съехали? Меня там ждут.

– Потерпят.

– Что вам нужно?

– Поговорить.

– Так говорите и проваливайте. Чего пялитесь? Я не собираюсь…

Константин выбросил вперед правую руку, и она врезалась Кириллу прямо в живот. Потом он замахнулся левой и оттолкнул парня от себя, да так, что тот ударился спиной о корпус лифта и застонал, словно раненое животное.

– Что за… – Семенов округлил глаза и неожиданно позабыл о злости, превратившись в перепуганного, сбитого с толку труса, – вы что творите? Сдурели?

– Оле совершенно не нравится, что ты ее преследуешь, – пояснил Артур, прислонившись к испещренной граффити металлической стенке. – Теперь ты понял, о ком мы говорим?

– Ни фига я не понял!

– Напряги извилины.

– Я ничего ей не сделал!

– Все-таки понял…

– Да что вам от меня нужно? – Надо же. Оказывается, даже имея гору мышц, можно выглядеть отвратительно жалко. Костя усмехнулся, а Кирилл сморщился, будто его подвергали немыслимым пыткам. – Я ее пальцем не тронул.

– Ты изрядно ей докучаешь, – продолжил настаивать Селиверстов.

– Да что за на хрен! – Семенов встрепенулся и кое-как выпрямился. – Я никому не докучаю, я вообще не понимаю, о чем вы, если вы сейчас же не…

Ромал предупреждающе покачал головой, и Кирилл запнулся.

– Не надо лгать, – попросил Артур.

– Она наплела вам всякой чепухи, выставила меня кретином, а сама прыгает из койки в койку, ублажила уже всю общагу, а я ведь знал, что она первоклассная шлюха. Вы ведь с ней тоже спите, да? Поэтому приперлись сюда и мозг мне выносите? Поэтому…

Костя не выдержал и вновь дернулся вперед. Что-то срабатывало в его голове – громкий щелчок, после которого наступала темнота.

Каждый раз, когда Виктор Ромал поднимал руку на свою жену – Анну, их маленький сын прятался в гигантском платяном шкафу, закрывал глаза и зажимал уши. В этом мраке он провел изрядную часть своего детства. И потом этот мрак вырвался наружу, не томился больше в платяном шкафу, а стал неотъемлемой частью его жизни. Всего один импульс. И всего одно слово. Механизм срабатывал – и Костя оказывался в кромешной темноте.

Ромал очнулся, прижимая Кирилла за ворот куртки к стене лифта.

– Эй, тише! – присвистнул Арт, оказавшись совсем рядом. – Давай оставим его в живых для разнообразия, ладно? Отпусти парня, он все понял, слышишь? Отпусти.

Костя замер и увидел, как по лицу Семенова течет кровь. Когда он его ударил? Ромал не помнил. Паника овладела им всего на мгновение, потом он скривил губы в холодной усмешке и рывком приблизил лицо к перепуганному лицу жертвы:

– Если я узнаю, что ты опять следил за Олей, что ты посмотрел в ее сторону… я тебя найду. – Безумие сверкнуло в угольных глазах. – Ты понял меня?

– Я…

– Что?

– Понял.

– Не слышу.

– Понял! – простонал пунцовый от стыда и ужаса Кирилл, и Костя отпустил его.

На лице Артура появилось странное выражение. Он нажал на красную кнопку. Лифт поехал вниз, а в воздухе повисло гнетущее напряжение.

Перед выходом Артур улыбнулся:

– Оля передавала привет! – и тенью последовал за Ромалом. Едва ребята оказались на достаточном расстоянии от лифта, Арт остановился и взмахнул руками: – Ты жутко выглядел, амиго. Что это, вообще, было?

– Амиго?

– А как правильно сказать? Мучачо?

Костя обернулся и предупредил:

– Не нарывайся.

– Я задал вопрос.

– А я сделал то, о чем нас попросили.

– Ты здорово его напугал.

– По-моему, в этом был весь смысл. Или у тебя тоже затряслись поджилки, неженка?

– У меня ничего не затряслось. Не говори чепухи. – Артур подошел ближе к Ромалу и вдруг улыбнулся: – Мы хорошо сработались, верно?

– Сработались? – скептическим тоном переспросил Константин, выгнув дугой левую бровь, которую не пересекал светлый шрам в форме полумесяца.

– Ага, как будто всю жизнь этим занимаемся. Я – хороший коп, ты – плохой. Думаю, Кирилл больше к девчонке не подкатит.

– А если подкатит – пожалеет.

– Точно.

Селиверстов внезапно рассмеялся. Почему-то эта ситуация показалась ему забавной и смешной. Им хватило минуты, чтобы вывести из равновесия рослого двадцатилетнего парня.

Золотая молодежь обычно так не развлекается, но ведь Артуру хотелось измениться, стать кем-то совершенно другим, новым, свободным. Он и раньше марал руки в драках, но удовольствия ему это не доставляло. Сейчас парень криво улыбался, так и видя перед глазами перекошенное от недоумения и страха лицо Кирилла Семенова.

– Надо бы отпраздновать.

– Что именно? – поинтересовался Костя и сунул руки в карманы куртки. – Тебе не доводилось прежде застревать в лифте?

– С целью устроить кому-то суд Линча