Башня ветров - Ирина Грин

звонка, а потому, не задавая лишних вопросов, передал телефон подруги хозяину дома. Похоже, внутренним этикетом различного рода гаджеты за столом не приветствовались, и Матя нахмурила брови, отчего ее лоб сделался маленьким и морщинистым, но ничего не сказала.

– Извините, – сочла необходимым пробормотать Ася.

Матя, скорее всего, даже не расслышала, потому что в это время Мадина – высокая черноволосая девушка с фантастически длинной косой – Ивану даже захотелось проверить, настоящая ли она, – начала разливать суп из большой пузатой супницы.

Обед проходил в полной тишине, нарушаемой лишь звяканьем столовых приборов, и Рыбак никак не мог решиться спросить у Аси, чего от нее нужно было Лебедеву. Оставалось дождаться удобного момента, и он не заставил себя ждать. Где-то, кажется в глубине одного из кресел, раздался звонок мобильного. Лоб Мати снова катастрофически уменьшился в размерах, но тут она молчать не стала.

– Что за телефонные разговоры за столом?! – громогласно вопросила она.

– Я не за столом. – Глеб подскочил с места и помчался за продолжающим трезвонить гаджетом.

– Не за столом он, как же! – пробурчала Матя и хотела еще что-то сказать, но тут Ариадна Марс подняла правую руку, выставив вперед ладонь.

– Едут… Гости едут… – произнесла она придушенным, замогильным голосом. – Грядут перемены… Кого-то ждет большая потеря… Надо всем надеть обереги… Беременной Асе тоже…

Ее глаза жутко закатились, рука упала на стол, чуть не опрокинув тарелку с остатками супа, в глубине перстня вспыхнул и тут же погас зеленый огонь. Словно глаз спящего великана открылся на мгновенье и снова погрузился в дремоту.

«Черт бы подрал эту сумасшедшую старуху, возомнила себя невесть кем». – Иван посмотрел на Асю, но той, казалось, не было никакого дела до марсианского бреда. Воспользовавшись тем, что все внимание приковано к Ариадне, она что-то писала в своем смартфоне. Переписывается с Лебедевым, понял Иван. Закончив, Ася вышла из мессенджера и кликнула по иконке почты. Телефон тут же пискнул, сообщая о новом письме. Иван заглянул через ее плечо и заметил, что в послании нет текста, зато прикреплен какой-то файл. Все понятно. Лебедев прислал шпиона, который сейчас с легкого Асиного пальца пойдет гулять по местной Сети в поисках ноутбуков обитателей дома.

– Это Дамир звонил, они через пять минут будут здесь, – провозгласил Глеб, возвращаясь за стол. – Мадина, поставь прибор для брата, он согласился с нами пообедать.

Мадина подскочила, легкая, словно птичка, коса метнулась следом за хозяйкой. Настоящая, подумал Иван с уважением и перевел взгляд на Асину косицу. У нее волосы были чуть ниже плеч, и обычно она сооружала из них французскую косу, тщательно приглаживая, чтобы ничего не торчало, отчего становилась похожей на учительницу. Сейчас, после дороги, прическа растрепалась, русые волосы торчали во все стороны, и подруга напоминала Страшилу из книги про волшебника Изумрудного города, но, даже невзирая на это обстоятельство, Асина коса в глазах Ивана была прекрасней кос всех Мадин в окрестности. Рыбак вдруг почувствовал огромное желание зарыться лицом в соломенные пряди и сидеть так долго-долго, вдыхая аромат вербены, любимых Асиных духов, который в его голове уже давно ассоциировался с запахом любви. Права ясновидящая, ему должно быть стыдно за до сих пор не оформленные отношения. Но он старался. Честно старался! Даже обзавелся приличествующим случаю костюмом и в назначенный день явился в ЗАГС[8].

Тогда свадьба не состоялась не по его вине, но не будешь же все это рассказывать сумасшедшей старухе. А в том, что она сумасшедшая, сомневаться не приходится. Вот только пять минут тому назад что это было? Грядут перемены… Чтобы такое заявить, вовсе не нужно быть ясновидящим. Вся наша жизнь – сплошная цепь перемен. Да и потери, конечно, тоже случаются. Большие и маленькие. Вообще, величина потерь – вещь сугубо субъективная. Для кого-то посеять сто рублей – вселенское горе, а кто-то миллион потеряет и не поморщится. Про обереги – это, наверное, какая-то местная фишка, надо будет у Глеба поинтересоваться. Еще и Аську приплела, зараза! Хорошо, что та не слышала. С ее болезненной мнительностью подобные, так сказать, «пророчества» совершенно противопоказаны.

Ася сунула телефон в карман.

– Я что-то пропустила?

– Ничего особенного, вот-вот приедет дочь Новикова с мужем.

Ася машинально пригладила рукой волосы.

– Как я выгляжу?

– Как всегда, замечательно, – улыбнулся Иван, нисколько не покривив при этом душой.

Это была странная парочка – женщина лет сорока в длинном белом пуховике с надвинутым на лоб капюшоном и высокий мужчина в классическом однобортном пальто из черной шерсти. Кукольное лицо женщины, обрамленное белокурыми локонами, носило выражение избалованного ребенка, которое совершенно не вязалось с ее возрастом. Мужчина же выглядел законченным подкаблучником. По мнению Ивана, экстрамодное пальто было ему слегка коротковато, из-за чего зять Новикова казался выше и худее, чем был на самом деле. «Долговязый», – мысленно окрестил мужчину Рыбак.

– Здравствуйте, я – Антонина, это мой муж, Эдуард, – представилась женщина, стянула пальто и, небрежно бросив его на руки подоспевшей Мадине, поинтересовалась: – Где я могу попудрить носик?

«Чем, интересно, она собирает пудрить свой носик?» – задался вопросом Иван. В руках женщины не имелось ни сумочки, ни косметички, а бежевое шерстяное платье так облегало все изгибы стройного тела, что спрятать под ним хоть что-нибудь было проблематично. Мадина подобными вопросами не заморачивалась.

– Пойдемте, я вас провожу, – сказала она.

– Я с тобой. – Эдуард тут же стащил пальто, оставшись в более демократичных джинсах и светлом джемпере, отчего уже не выглядел таким несуразно долговязым.

– Эдуа-а-рд! – очень похоже передразнила Антонину Матя. – Весь обед испортили.

На самом деле обед уже плавно перешел в стадию завершения, Мадина убирала тарелки.

– Предлагаю чай выпить в гостиной, а эти пусть сами обедают, – подала голос Татьяна Максимовна.

– И то правда, – согласилась Матя, вылезая из-за стола.

Все остальные последовали их примеру. Только Кира, извинившись, скрылась за дверью, ведущей, как понял Иван, на второй этаж.

В гостиной, той самой, с диванами и креслами, Мадина уже поставила на низкий столик вазочки с печеньем, вареньем, расстелила кружевные салфетки и с подносом, нагруженным целой кучей разнообразных чайничков, подошла к Рыбаку.

– Чай черный или зеленый?

Ивану, в принципе, было все равно, лишь бы не травяной. Он неопределенно покивал, и Мадина поставила перед ним сразу два чайничка. Сама она села в большое бежевое кресло, похожее на добродушного пса, и налила в пиалу чая.

Похоже, здесь, в гостиной, запрет на разговоры за едой не действовал – усевшись в кресло с самой высокой спинкой, Матя скомандовала:

– Рассказывай, Ада!

– Да нечего особо рассказывать, – принялась набивать себе цену Марс. – Все очень быстро произошло. Как будто полет, стремительный и смертельный…

– А кто летел-то? Кто, Ада? – теряла терпение Матя.

– Да не знаю я, не успела разглядеть!

– Хоть не Кэп?

– Нет, точно не он. У него же оберег мой, его я издалека узнаю.

– Что за оберег? – Это Антонина, приведя носик в порядок, в сопровождении верного Эдуарда присоединилась к компании.

– Мадина! – всполошилась Матя. – Ты почему гостей за стол не усадила? Они небось голодные с дороги.

– Не стоит беспокоиться, – возразила Антонина, – мы в аэропорту пообедали, еще и в самолете перекусили. Я с гораздо бо́льшим удовольствием послушаю ваши разговоры об отце. Это же его вы называете Кэп?

Судя по ее лицу, особого удовольствия перспектива посиделок в такой странной компании ей не доставляла, но за отсутствием выбора пришлось смириться. Антонина устроилась в кресле напротив Ариадны и, скрестив руки на груди, приготовилась слушать.

– Оберег… – постаралась вернуть к себе утраченное внимание Ариадна. – Это был шарф. Большой шарф. Батюшка ваш, Сергей Егорович, немного приболел, и я решила связать ему в подарок шарф. Дамир, добрая душа, – Ариадна с благодарность посмотрела на жующего печенье таксиста, – отвез меня в Ялту на рынок. Ты, кстати, Иван, собрался ехать куда-то? Смотри, сам не езжай. Пусть Дамир тебя отвезет. В горах скоро стемнеет, нечего разъезжать. А если все-таки поедешь, Асю с собой не бери. Не бойся, мы тут ее в обиду не дадим.

«И откуда она узнала, что я собираюсь уезжать? – подумал Рыбак. – Я сказал только Глебу и Асе. Подслушивала под дверью? Может, действительно не ехать?» Он собирался смотаться к Крылову, поговорить еще раз с глазу на глаз, попутно прикупить в каком-нибудь строительном маркете респиратор, чтобы обследовать помидорные кущи. Если нужно что-нибудь спрятать – тот же ноутбук, – лучшего места не найти. Можно, конечно, позаимствовать что-нибудь для защиты органов дыхания у Глеба, но кто знает, как он отнесется к подобной просьбе. Иван до сих пор не был уверен