Капкан для бабочки - Александра Столярова

Выглядел он неважно: глаза — покрасневшие, лицо — сонное, да и не брился он как минимум три дня. Хотя, уставший вид его совсем не портил: даже сейчас Стас был стопроцентно похож на какого-нибудь красавчика из рекламы машин или дорогого виски. Кики привычно залюбовалась им.

— Этот твой… труп… Он где?

— Увезли. Не жажду узнать, куда, но, наверное, в морг. Поставят в очередь на вскрытие…

— Какая мерзость! Скоро аппетит пропадет и у меня.

В кухне Кики тут же занялась кофе, а Стас взгромоздился на высокий барный стул и зашелестел бумажным пакетом.

— Гамбургер, кола, картошка. Ты что будешь?

— Я же сказала, есть не хочу. Меня до сих пор слегка подташнивает.

Оба замолчали. Вода в турке не требовала пристального внимания, но Кики не отрывала взгляда от крошечных пузырьков. Стас за ее спиной торопливо жевал гамбургер, в стакане с кока-колой позвякивали кубики льда. Внезапно ожило радио и веселым голосом сообщило, что в Москве девять утра.

— Ты хоть спала ночью? — спросил Стас, спрыгивая со стула и подходя к ней. — Выглядишь ты утомленной.

— Спала. Я на дачу ездила. Не могла оставаться в квартире, здесь было просто ужасно.

— Сильно испугалась? — он сочувственно провел по Кикиной спине кончиками пальцев.

— Конечно! Меньше всего я ожидала найти дома мертвого незнакомого мужика. Приехала из аэропорта, а он тут лежит, в коридоре… И голова вся в крови.

— Стоп! Давай по порядку. Расскажи все с самого начала. Ты приехала из Домодедово…

— Да, я приехала из Домодедово, но по дороге случилось небольшое ДТП. Сахар будешь?

— Нет, спасибо.

Кики взяла свою чашку с кофе, пристроила ее на стойке, подвинула поближе пепельницу и закурила, не обращая внимания на недовольство некурящего Стаса. Одной сигареты ей хватило, чтобы рассказать все, начиная от происшествия на Каширском шоссе и заканчивая туманными намеками майора.

— Весело, — прокомментировал Стас, усиленно разгоняя руками сигаретный дым. — Не нравится мне эта история.

— Полностью согласна. Честно сказать, я вполне обошлась бы без трупов в собственной квартире.

— Да еще неизвестно, откуда он вообще тут взялся… Ты знаешь, как его зовут, этого мужика?

— Матвеев Максим Николаевич.

— Не очень-то редкая фамилия. Ну а как он выглядел?

— Как абсолютно мертвый тип, которого ударили по голове тяжелым предметом.

— Кики, заканчивай резвиться! Я серьезно.

— Я не собиралась резвиться, — буркнула Кики. — Это всего лишь мой неразвитый юмор, с помощью которого я спасаюсь от депрессии.

— Ты можешь описать внешность Матвеева?

— Вообще-то я не особенно пристально вглядывалась. Созерцание трупов не является моим излюбленным хобби, — она потянулась за следующей сигаретой. Разговор давался ей нелегко. — Но менты показали мне его паспорт. Симпатичный мужик, лет тридцати. Такой, знаешь, красавчик. Но лицо довольно стандартное.

— Слушай, я одного не понимаю. Как мог посторонний тип попасть в квартиру?

— Менты из меня вчера душу вынули, задавая этот вопрос. Я и сама ничего не понимаю.

— Но это же бред! В моем доме, к примеру, никаких посторонних типов не бывает! Тем более — мертвых.

— Тебе крупно повезло, — сказала Кики нервно. — Я, знаешь ли, тоже с удовольствием обошлась бы без этого приключения.

— Но менты хоть что-то говорят?

— Намекали, что убийство совершила именно я, и были очень разочарованы, узнав, что у меня есть алиби!

— Да, с этим алиби все очень удачно сложилось… — задумчиво протянул Стас. — Иначе куковать бы тебе на нарах, солнышко.

— Молчи, я как представлю — мне плохо становится!

— Нет, а все-таки, кто такой этот Матвеев, и что он делал в твоей квартире? — настойчиво допытывался Стас.

Кики тяжко вздохнула.

— Если бы я знала. Сама ничего не понимаю. И майор, кажется, пока ничего не знает. Но зато выяснили, что убийца закрыл за собой дверь ключом.

— И что это значит? — Стас непонимающе смотрел на нее.

— Это значит, что у него были ключи от моей квартиры. Нехило, правда? Я вот думаю, может, меня пытались ограбить? Дождались, пока я уеду в командировку, заранее запаслись ключами…

— Каким образом?!

— Ну мало ли, сделали слепки, — отмахнулась Кики, слабо представляя себя, что представляют из себя эти самые слепки, и каким образом их снимают. — Неважно. Так вот, грабителей было двое. Потом они поссорились, один схватил статуэтку и…

— Кики, у тебя что-нибудь украли?

— Нет, — смутилась она. — Я вчера проверила — все на месте.

— Тогда твоя версия ни в какие ворота не лезет. Грабители так себя не ведут!

— Придумай что-нибудь поумнее, я не возражаю.

— Вся эта история — полный бред, — вынес он вердикт. — Ничего не приходит в голову. Милиция снова явится сюда?

— Да, и думаю, очень скоро. Надеюсь, ты останешься со мной, потому что я не в силах больше общаться с ними и выслушивать их дурацкие намеки.

— Но ведь у тебя есть алиби.

— Есть, даже не сомневайся. Но я все равно побаиваюсь.

От кофе, а может, от бессонной ночи, в голове у Кики шумело, и чтобы прогнать это неприятное ощущение, она спрыгнула с