Антон Леонтьев - Код одиночества

Ознакомительный фрагмент

Алексей не мог позволить себе ни секунды заминки – Беспалов вперил в него немигающий взор таких же, как у дочери, чуть раскосых глаз, привычно оценивающий любой нюанс в поведении собеседника, любую реакцию. Поэтому молодой человек подал ему ладонь – рукопожатие Беспалова было стальным, будто он хотел раздавить руку своего визави.

– Левандовский, – произнес Алексей, понимая, что произнесенное им сейчас имя становится для него своеобразным Рубиконом, границей между его прежней и новой жизнью.

– Знаю, – кивнул Беспалов. – И вы, Ян Казимирович, спасли мне жизнь. Не люблю слюнявых речей и долгих благодарностей, поэтому скажу всего один раз, и без свидетелей: merci. Все же не каждый был бы готов пожертвовать ради меня своей жизнью. А почему вы сделали это?

И снова изучающий, поистине инквизиторский взгляд. Еще до того, как Алексей нашелся с ответом, дверь палаты распахнулась, на пороге возникла сиделка, а вслед за ней вошла Татьяна с серебряным подносом, на котором возвышалась большая фарфоровая супница, рядом с которой стояла тарелка.

– Папа, ты опять за свое? – воскликнула сердито дочка. – Устроить Яну Казимировичу допрос с пристрастием ты можешь и позже, а лучше вообще забыть о подобном. Ведь так не относятся к своим спасителям!

Татьяна водрузила поднос на тумбочку и ласково сказала, обращаясь к Алексею:

– А теперь, Ян Казимирович, вы будете кушать. Иван Григорьевич прописал вам питательный куриный бульон, который быстро восстановит ваши силы.

– Танюша, я же должен знать, ради кого ты покидаешь родной дом и у чьей постели ты проводишь ночи напролет, – недовольно скривил рот Беспалов, и в его тоне явно звучали нотки недовольства.

Девушка тем временем зачерпнула ложкой ароматный бульон и поднесла ее ко рту Алексея.

– И вообще, дочка, доверь-ка лучше процедуру кормления больного достопочтенной Агриппине Феокистовне, – сказал Беспалов.

Это была не просьба, а приказ, и Татьяна повиновалась, уступив место сиделке. А миллионер, взглянув на Алексея, продолжил:

– Ян Казимирович, вам нужно набираться сил и как можно быстрее выздоравливать, потому что работа не ждет. Вы ведь желали работать на меня? Мне нужны такие, как вы!

– Папа, прошу тебя, только не заводи речь о работе! Яну Казимировичу надо сначала прийти в себя, – покачала головой девушка, а Беспалов добавил:

– Хорошо, не буду вам более докучать, однако мы на днях продолжим прерванный разговор. Желаю скорейшего выздоровления! – пожелал Беспалов и вышел.

Татьяна последовала за ним, но на пороге обернулась и ободряюще улыбнулась Алексею:

– Ян Казимирович, он всегда такой, вы не принимайте близко к сердцу. Однако вы ему понравились, уж я-то знаю!

Сиделка Агриппина Феокистовна, приняв эстафету, принялась с ложечки кормить Алексея.

– Как же вам повезло, в вас влюблена сама Татьяна Беспалова! – мечтательно проронила она.

– Что? – произнес грубо Алексей, мотнув головой.

Бульон растекся по подбородку, сиделка вытерла его салфеткой и запричитала:

– Вот они, мужчины, не могут понять чувств женщины! Да ведь невооруженным глазом видно! Вы спасли ее отца, что, наверное, и послужило отправной точкой. Татьяна Афанасьевна провела у вашей постели три ночи, и я сама видела, как она держала вас за руку и что-то шептала. Господи, как это прелестно!

Еле дождавшись, когда же болтливая сиделка накормит его и уйдет восвояси, Алексей закрыл глаза и задумался. Голова ныла, тело болело – сказывались последствия ранений. Слова Агриппины Феокистовны поразили его в самое сердце, в другой ситуации он наверняка был бы на седьмом небе от счастья, узнай, что красавица Татьяна к нему неравнодушна. Однако его занимало совершенно иное: похоже, ему потребуется изменить свой план, причем коренным образом.

Дочь Беспалова станет в нем ключевой фигурой. Он ведь никак до сих пор не мог придумать, как же в итоге завладеть империей Беспалова, которая принадлежит ему по праву. А теперь Алексей решил – он женится на Татьяне во что бы ни стало и через несколько лет превратится в единоличного хозяина всего, чем обладает враг. Тогда Беспалову не останется ничего иного, как покончить с собой.

Алексей, приняв решение, почувствовал усталость и быстро заснул – и на сей раз кошмары его уже не терзали.

Татьяна навестила больного на следующий день, и молодой человек, исподволь наблюдая за девушкой, находил тысячи едва заметных деталей, подтверждавших смелое заявление сиделки. Судя по всему, он, Алексей, для нее – герой вроде античных. А молодые девицы, в особенности столь романтично настроенные, как Татьяна, от подобного без ума. Дочка Беспалова сама подтвердила это в разговоре, заметив:

– Ян Казимирович, новое время налагает отпечаток на человеческую суть: так, среди современных мужчин практически не осталось рыцарей, и вы – поразительное и тем самым чрезвычайно приятное исключение.

И с этими словами девушка склонилась над Алексеем и поцеловала его в лоб. Молодой человек уловил тонкий аромат духов и окончательно уверился в том, что Татьяна в него влюблена. Имеет ли он право манипулировать ее чувствами и использовать их в своих целях? Конечно же, да! Она – дочка врага, соответственно, тоже враг. И то, что она изображает из себя такую тонкую, ранимую, трепетную особу, все только ухудшает.

Алексей с нетерпением ждал нового визита Татьяны – ее присутствие волновало молодого человека, несмотря на то, что он собирался вести себя с ней если не надменно, то индифферентно (по крайней мере, сейчас). Вместо нее появился Беспалов, и Алексей в этот раз был готов к разговору с ним. Миллионер, как он отметил, был в плохом расположении духа, и немногим позднее выяснилось, что послужило тому причиной.

– Ян Казимирович, – заявил он, прохаживаясь по палате, – мы так и не завершили объяснения: так в чем же коренится причина вашего благородного поступка? С какой целью вы решили спасти меня? Скажу честно: в России имеется не менее сотни человек, которые с большой радостью сами подложили бы мне бомбу!

Алексей, наморщив лоб, произнес как можно более правдиво:

– Афанасий Игнатьевич, я бы мог долго рассказывать вам о том, что почитал своим долгом уберечь жизнь своего будущего хозяина, однако все было не так.

– Не так? – спросил, грозно взглянув на него, Беспалов.

– Увидев бомбу и сообразив, что она вот-вот сработает, я менее всего думал о вас, – продолжил Алексей. – И мне уж точно в тот момент было не до карьерных планов. Жертвой безумного террориста могло стать множество людей, в том числе – и я сам. Чтобы этого не произошло, я и бросился на него.

Воцарилось долгое молчание, в продолжение которого Беспалов, не отрываясь, смотрел на Алексея. Молодой человек выдержал его взгляд и, когда миллионер заговорил, понял, что одержал первую победу.

– Вы, Ян Казимирович, смелы и правдивы. Чрезвычайно редкое сочетание, – заявил он. – Другие бы на вашем месте стали пламенно убеждать меня в том, что мечтали спасти мою жизнь и почли это за великую честь, но вы, видимо, не из числа подхалимов. Как раз лгуны мне и не нужны – они могут в любой момент предать и переметнуться на сторону того, кто окажется сильнее меня. Собственно, я знаю, что никто и никогда не обретет большей силы, чем я, однако мне требуются люди, обладающие не только здравым рассудком, но и честью. И вы – именно такой.

Остановившись перед кроватью Алексея, он продолжил:

– Поэтому я принял решение: сразу же после выздоровления вы начнете работать на меня, и я уже знаю, какое задание вам будет поручено. Вы отправитесь за границу, в Британию, – нам нужно многому научиться у англичан.

«Он хочет отправить меня за границу: – с разочарованием подумал Алексей. – Но как же тогда быть с осуществлением моего плана. И как быть с Татьяной?»

– Делаю я это для вашего собственного блага, – как бы угадал частично его мысли Беспалов. – Хочу сразу же посвятить вас в семейную тайну: моя дочь Татьяна более не будет навещать вас в больнице, потому что сие не к лицу девушке, которая в ближайшее время сочетается узами брака!

И, попрощавшись, Беспалов удалился.

Алексей, откинувшись на подушки, кусал губы и думал. Его плану не суждено осуществиться! Выходит, он слишком слаб, дабы сразиться с Беспаловым? Тот наверняка пронюхал, что Татьяна влюблена в красивого молодого героя, и решил немедленно положить конец их отношениям, так, собственно, и не начавшимся.

У сиделки Алексей спросил о том, кто же является женихом Татьяны Беспаловой.

– Голубчик, неужто вы не в курсе? – удивилась Агриппина Феокистовна. – Об этом писали практически все столичные газеты! Афанасий Игнатьевич давно лелеял планы породниться с дворянским семейством, причем не абы с каким, а с одним из самых блестящих в империи. Говорят, он рассматривал возможность выдать единственную дочь замуж за заграничного принца или герцога, однако в итоге решил, что не в состоянии расстаться со своей любимицей и позволить ей уехать в чужую далекую страну.