Игра в кости - Камилла Лэкберг

Винсент был согласен оставаться в таком положении всю жизнь.

Но тот, кто его разбудил, не ушел. Винсент повернул голову, ожидая увидеть Натали, и вздрогнул. Над ним, склонившись, стоял Тень. От неожиданности Винсент толкнул Мину, и та заворочалась. Тень приложил палец к губам и жестом предложил выйти на кухню.

Винсент мягко отстранил Мину и поднялся с кровати. Отыскал рубашку в ворохе тряпья на полу, прежде чем последовать за Тенью. Он не хотел закрывать дверь, чтобы не терять Мину из виду ни на полсекунды. Но и будить ее было ни к чему.

Тень сел на кухонный стол и указал Винсенту место напротив.

– Браво, – прошептал Тень и бесшумно забил в ладоши. – Я знал, что в тебе это есть.

– Это то, что от меня требовалось? – спросил менталист. – Спасти город? Во всяком случае, такое количество жизней, которое может тебя удовлетворить.

– Вовсе нет, – отвечал Тень. – Меня совсем не интересует, что вы там затеяли в своих туннелях. Я об этом, – Тень махнул рукой в сторону комнаты, где спала Мина.

– О чем? – не понял Винсент.

– Ну… ты ведь понимаешь, что личность, которую ты создал, твой мастер-менталист, не более чем психологическая защита. Ментальный щит. А как иначе ты объяснишь то, что постоянно подсчитываешь и анализируешь?

– Мама тоже считала. Теперь я понимаю, что это расстройство в спектре аутизма.

Тень серьезно кивнула.

– Принадлежность к спектру передается по наследству. Но это перебор. Когда ты постоянно рассчитываешь и анализируешь, когда ты Винсент Вальдер, в тебе ничего не остается, кроме рацио. Никаких эмоций. Об этом ты не задумывался? Твое чувственное «я» до сих пор заперто в том ящике, где умерла твоя мать. Ты его не проработал. Вместо этого просто решил избавиться от него, заменить Винсента Бомана Винсентом Вальдером. Менталистом, у которого все под контролем. Ты спрятался за ним и за своей семьей.

Винсент оглянулся на чуть приоткрытую дверь спальни. Увидел Мину через щель, и это его немного успокоило.

– Моя семья, – повторил он. – Где они?

– И вот теперь, – продолжал Тень, – когда у тебя нет возможности укрыться за их спинами и за мастером-менталистом, ты наконец понял, кем мог бы стать.

Тень как будто не услышал его вопроса.

– Ты прочувствовал, – продолжал Тень. – Да, наконец прочувствовал, что мог бы иметь, если бы остался Винсентом Боманом.

У Винсента на глаза навернулись слезы.

– Я был ребенком, – тихо ответил он. – У меня не было выбора. Отключение эмоций сработало как естественный защитный механизм.

– Это стало твоей личностью, – кивнул Тень. – Но сейчас Винсента Вальдера больше не существует. Я написал в записке, что он прекратит свое существование. Он не нужен тебе. Научись чувствовать, Винсент.

Эмоции, копившиеся с того лета, когда умерла мать, и до сегодняшнего дня, хлынули, как из прорвавшейся плотины. Чувства, о которых Винсент и не подозревал. Связанные с матерью, Яне, им самим. С Миной.

Чувства большие и маленькие, знакомые и те, для которых у него не было слов. Цунами чувств, обрушившееся на менталиста. Он не знал, как долго это продолжалось. Долю секунды или вечность. Когда шторм стих, внутри все еще что-то шевелилось. Так ли это у остальных? Неужели все люди носят в себе бурю? Для Винсента это был новый образ жизни. Севершенно незнакомый.

И это оказалось совсем непросто.

– Как ты? – участливо спросил Тень. – Теперь понял, каково это – жить без ментального щита, когда чувствуешь столько, сколько думаешь?

– Да, – беззвучно ответил Винсент. – Но… это слишком, тебе не кажется?

– Просто ты не привык, Винсент. Добро пожаловать в нормальное человеческое состояние. Где не считают шаги и бутылки. Где царят иррациональность, противоречивость и… любовь. Эта жизнь с Миной, она могла бы стать твоей с самого начала. Если бы ты только осмелился быть Винсентом Боманом. Чувствовать.

Винсент кивнул. Слезы застилали глаза.

– Я хочу этого, – прошептал он. – Мне больно, страшно, но я этого хочу.

– Вот и отлично. – Тень склонился к нему. – Но мы еще не закончили.

Взгляд Тени потемнел.

– Тебе нужно осознать последствия своего выбора и понести наказание.

– Наказание? – Винсент прищурил глаза.

– Конечно. Твой выбор в пользу Винсента Вальдера не только подавил память о матери. Он привел к гибели людей. Яне, Кеннет, Тува, Роберт, Агнес. Даже если ты не убил их собственными руками, твои действия повлекли за собой их смерть. Такое нельзя оставлять безнаказанным.

– Что ты собираешься делать? – неуверенно пробормотал Винсент.

Он снова оглянулся на Мину. Похоже, она все еще крепко спала. Винсенту было больно видеть ее. Или нет, «больно» – не то слово. Странная болезненная нежность, выразившаяся и в том, как он дышал. Как будто в комнате было мало воздуха.

Тень откинулся на спинку стула и соединил кончики пальцев.

– Твое наказание будет заключаться в том, что ты останешься Винсентом Вальдером, мастером-менталистом, – объявил он. – Теперь, после того как ты осмелился некоторое время побыть Винсентом Боманом.

– Что ты имеешь в виду?

– Сколько розеток в квартире Мины?

– Шесть на виду, – с ходу ответил Винсент. – Я сдвинул диван, чтобы закрыть одну. С ней семь. На лестничной клетке их шесть, по две на каждом этаже.

Винсент вдруг ощутил, как разрушенная дамба в его голове восстанавливается. Плотина, сдерживавшая эмоции почти на протяжении всей его жизни. Он слишком поздно это понял и теперь отчаянно пытался восстановить прорубленную было брешь. Поздно. Он снова стал Винсентом Вальдером. Сверхрациональным мастером-менталистом.

Винсент опустил веки. Если бы он мог заплакать, сделал бы это. Когда спустя некоторое время открыл глаза, дверь в спальню была плотно прикрыта. Он больше не видел Мину. И Тень исчез так же незаметно, как и появился.

Первый день

Когда Мина проснулась, Винсента не было. Как ни прислушивалась она к звукам из кухни и ванной, все было тихо. Мина почти физически ощущала его отсутствие. Она зевнула и встала с кровати. На полу в беспорядке валялась одежда. Неужели… Нет, она бы это запомнила. Как ни была травмирована вчерашними событиями.

Но почему он ушел так рано? И куда? Мина взяла с прикроватной тумбочки телефон и позвонила. Ответа не было. Она забыла, что Локи разбил телефон менталиста. Мине стало не по себе. Вчера менталист был сам не свой. Если он совершит какую-нибудь глупость, она себе этого не простит.

По крайней мере, свою одежду он по большей части забрал. Мина подобрала с пола черную ленточку с вшитым прямоугольником посредине. Вместо передатчика и микрофона в нем оказались детали лего.

Мина наморщила лоб. Что происходит, в конце концов?